Екатерина Васильева - Берегиня. Нити судеб

– Покойся с миром! – тихо проговорил он, вспомнив каким вдруг счастливым стало лицо Лиссандры в последний момент. Он еще не до конца понял весь план Дианы и магов, но чувствовал, что стоит на самом пороге.

А где-то на Варии, в Шелате, Влада облегченно вздохнула, видя как расчищается небо.

– Диана! – раздался откуда-то снизу отчаянный голос. Кричал Авенир…

Глава 26.

"– Держись, моя королева, ведь мне еще столько надо тебе сказать!" – тепло от руки, гладящей плечо."– Сюда ее, быстрее" – отдаленные взволнованные голоса."– Я отбываю домой. Мне нужно решить кое-какие проблемы" – тепло исчезает, уступив место горькой безнадежности. А тот же голос удаляется"– Что с ней? Велла, ответь немедленно! Да остановитесь же!"На этом месте Кира вздрогнула и проснулась. Шея затекла и противно ныла, во всем теле слабость, но в целом вполне комфортно. И просыпаться после сонных чар гораздо приятнее, нежели от наркоза. Просто ощущаешь, что выспался по полной программе. Кира пошевелилась, принимая более удобную позу, и тут же взвыла: боль внизу живота моментально заставила вспомнить все последние события.

– Осторожней! – откуда-то сбоку подскочила Ирина – Тебе еще нельзя делать резких движений!– она протянула девушке чашку с каким-то отваром

– Так…-Кира послушно проглотила горячую кислую жидкость – Я долго провалялась?

– Почти сутки.

– Где…оно? – рука невольно поползла к животу, но Ирина перехватила ее на полпути и покачала головой.

– Все произошло быстро…

– Оно…погибло?!

– Нет, нет, нет! – затараторила начинающая целительница, испугавшись бледности пациентки. Велла строго предупредила не нервировать и не волновать Киру.

– Просто яйцо нужно было сразу поместить в специальную среду, где оно должно развиваться дальше. Потому правитель Шааба и отбыл сразу в свой мир, едва ты…мы…в общем, как только яйцо извлекли.

– Ясно…– Кира на секунду закрыла глаза, не обращая внимания на суетившуюся вокруг Ирину.

Все…закончилось. Или…

– Погоди! – карие глаза снова распахнулись – А что с Лиссандрой?

– Ох, ты же ничего не знаешь! – спохватилась Ирина, переставая бегать вокруг и присаживаясь на край постели.

– Лиссандру победили, Селар оказался местным героем. А Диану сейчас пытаются спасти!

– Так, стоп! – перебила девушка – Давай по порядку и в подробностях!

"– Унес яйцо, – бились в голове горькие мысли – теперь есть все, что нужно. А она может смело идти лесом. А зеленоглазый снова вернется к прежней жизни, где для нее не было и нет места".

Велла выгнала всех из спальни Дианы и Авенира, и теперь застыла у края широкого ложа, до боли сжимая пальцы дочери. Предавая ей силу. Очень редко подобные ей отдавали чистую, неразбавленную целительскую энергию. Слишком большое напряжение и для того, кто отдает, и для того, кто забирает. Но выбора не было: Диана сумела защитить всех, но сама пострадала. Льярская магия не принесла бы ей вреда, не будь наложенной на проклятье. И огненная плеть оставила на спине глубокие раны. Просто удивительно как она не упала сразу. Велла закусила губу, стараясь не расплакаться: в этом вся Диана. Никогда не думает о себе!

На другой стороне кровати застыл Авенир. Он безумно хотел коснуться жены, но этого нельзя делать, пока целительница делиться своей силой. Поэтому чародей просто смотрел на то, во что превратилась спина Дианы, и сжимал кулаки. В своих мыслях он снова и снова убивал Лиссандру. Но облегчения это не приносило.

– Шрамы останутся. – прошептала Велла, осторожно убирая руку. Льярка чуть пошевелилась и тихо застонала. Авенир дернулся: он примерно представлял, каково сейчас Диане.

– Успокойся, чародей, – целительница, сама бледная как привидение, потянулась за водой – Сейчас ей нужен покой и сон. Я наложу повязки, их нужно будет менять каждый час. Посиди с ней, а я посмотрю как там ваши дети.

"-И чего позеленел?" – едва не сорвалось с губ. Но Велла сдержалась, а просто вышла, осторожно прикрыв дверь. Она прекрасно понимала чародея, и чувствовала, как болит его сердце при мысли, что не смог защитить, прикрыть, взять боль на себя…

Голова кружилась. Несильно, но ощутимо. Отдала много сил, но для дочери не жалко. Они восстановятся, а вот за Дианой еще потребуется уход, уход и еще раз уход. И пусть лучше никто не знает, в каком состоянии находилась льярка, когда она приступила к лечению.

Влада не совсем понимала, почему Владислав и Дэмиан решили перенестись сюда, на одну из вершин гор Трансильвании. Хорошо еще как чувствовала и оделась потеплее. И все равно холодный осенний ветер, особенно резкий на высоте, моментально залез под куртку.

– Ну и что дальше? – буркнула берегиня, пряча нос в меховом воротнике. Дэмиан, вполне вольготно чувствовавший себя в легкой накидке, задумчиво обводил взглядом скалистые гряды и темную поросль леса. Надо сказать, что вампир отказался лететь на Эльбрус, к месту упокоения Лиссандры. Коротко ответил, что не будет вновь пробуждать прошлое.

– И что все-таки произошло там? – шепотом поинтересовалась Влада у мужа. Тот тоже кутался в одежду.

– Диана смешала наши самые теплые и искренние эмоции, наши мечты, надежды и цели. Медальон был лишь проводником. Лиссандра взяла его в руки, и все это обрушилось на нее, ведь льярка позволила когда-то эмоциям взять верх над собой. А кровь ребенка Селара не позволила Лиссандре уничтожить "коктейль", как она поступила бы с обычными эмоциями. А напротив, дало возможность ощутить все, проникнуться и…уйти освобожденной.

– Почему не кровь Селара?

– На нем слишком много негатива прошлого. Нужен был кто-то совершенно невинный. Это все сложно, милая, боюсь, ответ на вопрос даст только Диана…когда поправится.

– Не болтайте. – перебил их Дэмиан, оборачиваясь – Приступайте к работе!

Влада заволновалась: таких масштабных операций ей еще не приходилось совершать. Хватит ли сил? Вампир и Влад обещали подпитать ее энергией, но вдруг и этого будет недостаточно?

– Маги сотрут память всем, кто был свидетелем происшествия с Завесой. – шепнул Влад – твоя же задача: закрепить ложные воспоминания, чтобы люди искренне поверили в это. Земля не готова к нашему открытому прибытию. Может, через много лет. А пока будет вести скрытую пропаганду, подготавливать почву. Давай, милая!

Удивительное ощущение! Она чувствовала руки Дэмиана и Влада, знала, что стоит на земле. Но одновременно могла увидеть любой уголок планеты. Берегиня сейчас была одновременно и человеком, и ветром. Влад призвал силу своей стихии, передавая ее жене.