Ринат Мусин - Повелитель Мории

Разбойник уже начал придумывать для каждого подгорного жителя пытки и способы медленного умерщвления, как перед глазами вдруг встало суровое бородатое лицо с безумными глазами. Борп чуть не застонал от бешенства. Как он мог забыть об Оине? Разбойника не вводил в заблуждение малый рост гнома. Он видел Неистового (это прозвище прочно закрепилось за Оином) в битве и не строил иллюзий насчет того, что произойдет, если этот безумец вступит в бой даже с сотней противников.

«Отравлю, — холодно решил Борп. — Соберу пир, приглашу всех и отравлю, как бешеных собак. Пытки придется отложить, но это ничего».

Борп вышел из ворот Мории, не попрощавшись ни с кем. За лестницей, что вела к Северным воротам, его поджидали еще полсотни людей, оставшихся снаружи с лошадьми.

— Идем к ручью, — приказал Борп, взлетев в седло.

Позади послышались довольные смешки — все сразу поняли смысл приказа. Многие из друзей Борпа уже не раз подходили к главарю с идеями, как бы хорошенько пощупать толстопузого Скринка. Разбойникам пришлось идти нижней дорогой, через перевал. Верхняя тропа, ведущая по гребням скал, была непроходима для лошадей — из-за обилия встречающихся трещин.

Но именно эту тропу выбрали вышедшие из Северных ворот на час раньше Ори, Родогор и Антор. Гном собирался провести людей в цитадель как можно скорее. Родогор полностью одобрял выбор гнома, мечтая добраться до обжитых мест до захода солнца. Ведь ночи в горах холодны, а многие из его людей еще не совсем оправились от болезненной слабости. Антор со своей немногочисленной свитой приехал верхом. Но желая осмотреть короткую дорогу от ворот Мории к своей цитадели, сегодня князь решил пойти пешком. На лошадей нагрузили немногочисленные пожитки крестьян, и вскоре два отряда разошлись — конные двинулись на перевал, а пешие, вытянувшись в длинную цепь, исчезли в скалах.

Старатели, что работали в пещерах около ручья Комер Кошлак, решили не ставить палаток и не строить хижин. Вместо этого они нашли несколько вполне приемлемых для житья гротов выше по течению. Но сейчас там никого не было — люди как один работали на жиле. Правда, теперь, когда их стало больше, русоволосый Твиррел был отстранен от работы и переведен в сторожа. Увидев на ведущей к ручью тропе всадников, он тихим свистом предупредил работающего около промывочных колод Йолмера. Гигант подошел ко входу в пещеру, рявкнул так, что ближайшие скалы вздрогнули, и вскоре почти все старатели высыпали наружу. Теперь их было гораздо больше — около тридцати человек.

Борп только усмехнулся, глядя, как из темного проема по одному выходят грязные люди с инструментами в руках.

— Ну что, крысы? — прорычал он, приблизившись к кучке старателей.

Ответом ему было настороженное молчание. Послышался звон железа — это Йолмер, не обращая ни на кого внимания, надевал кольчугу. Потом гигант проверил, хорошо ли выходит из ножен громадный меч, и не спеша направился прямо к Борпу.

Разбойник ухмыльнулся — теперь у него появился повод применить оружие. Хотя даже если повода и не было, Борп никогда не стеснялся обнажить саблю в довесок к словам.

— Тебе чего? — хмуро спросил Йолмер, остановившись в десяти шагах от главаря разбойников.

Борп поискал глазами в толпе Скринка и насмешливо сказал:

— Я не понимаю, что здесь за отношение к гостям! И почему вы не на пиру у Балина? Вы что, не уважаете повелителя Мории? Пользуетесь его пещерами, моете его серебро и в ус не дуете? Нехорошо.

Толпа старателей молчала.

— Надо бы вас наказать, да уж ладно, сегодня я добрый, — продолжал Борп. — Но все серебро и миф-рил, что намыли, придется сдать. Я заберу его, но все будет по закону. Десятую долю, так и быть, оставлю вам.

— По какому закону? — выкрикнул Скринок.

— По нашему закону, по разбойничьему, — ответил Борп. — Все в общий котел. Аль запамятовали?

— Вот что, друг любезный, — заговорил великан Йолмер. — Разворачивай оглобли и иди откуда пришел.

— Это что еще? — деланно изумился Борп.

— Я тебя предупредил! — рявкнул гигант и одним движением выхватил меч.

— Что здесь происходит? — спросил холодный голос откуда-то сверху. Огибая скалу, в которой находился вход в шахту, к разбойникам спустился Ан-тор. Короткая дорога, по которой от Северных ворот до цитадели было всего шесть миль, заканчивалась именно здесь, у Серебряной Ложки. Князь продрался сквозь невысокий кустарник и подошел к Йолмеру. Великан-роханец обернулся — и вдруг захохотал Антор недоверчиво посмотрел на неистово хохочущего Йолмера, но тот словно и не заметил недоуменного взгляда.

— Братишка! — заревел Йолмер. — Родогор!

Братья, хохоча в два голоса, кинулись друг другу в объятия. Со стороны встреча сильно смахивала на драку между быками — столько силы было в дружеских хлопках по спине и реве могучих глоток.

— Так что же здесь происходит? — снова спросил Антор Борпа.

Братья, враз затихнув, встали каменными глыбами по обе стороны от князя.

Борп, заметив, что перевес сил теперь складывается не в его пользу, вмиг переменил тактику.

— Я заехал к своим людям, чтобы посмотреть, как идут дела. Как идет добыча серебра. И не слишком ли распоясались гномы.

— При чем тут гномы? — хмуро спросил Антор.

Борп усмехнулся. Кроме того что он прекрасно владел оружием, искусство красноречия ему также не было чуждо. Борп решил дать почувствовать всем, кто настоящий враг и кого действительно стоит ненавидеть.

— Гномы обманули меня, благородный Антор. Они обманут и тебя, и его. — Борп указал на Скринка. — И всех нас! Они маленькие обманщики. Нашими руками нахапали себе золота, на наших горбах выехали в цари, а теперь нашим потом и мозолями продолжают богатеть! — Разбойник почти кричал.

Борп уже не скрывал чувств, владеющих им.

— Гномы — вот наши главные враги. Мелкие уродливые поганцы, которых надо давить как крыс!

Ряды людей расступились, и последние слова застряли у Борпа в горле. Но приглядевшись, он понял, что стоящий перед ним гном — не Оин.

— Ну что скажешь, вонючий коротышка? — заорал тогда Борп.

Ори даже присел от ненависти, звучавшей в голосе главаря разбойников. Гному вдруг показалось, что все смотрят на него осуждающе, что он среди врагов и единственное, что осталось — достойно принять смерть. Ори шагнул вперед и… широкая ладонь остановила его.

— Мастер Ори, — прогудел Родогор. — Я бы хотел оказать вам еще одну услугу.

— Да, голубчик, — промямлил гном, подумав, что гигант в следующее мгновение предложит ему умереть быстро, без мучений.

— Можно, я проучу этого… э-э-э… нахала? — Роханцу явно с трудом удалось подобрать слово. — Вместо вас. Что вам руки марать о такую мразь?