Майя Зинченко - Маг Эдвин

– Ладно, признаю, у тебя получилось. Из тебя бы вышел прекрасный наставник, – сказал я и к вящей радости Мелл добавил: – Поэтому дальше занимайся девушками сам. Определись с улицами и объясни, где они находятся. Справишься?

Норман кивнул и склонился над планом.

– Мелл, пойдем выйдем ненадолго.

Я потратил несколько минут на открытие двери, и мы вышли из церкви. Взяв жену под руку, я повел ее вдоль церковной стены. Возле невысокой каменной кладбищенской ограды мы остановились. Мелл, одетая в легкое платье, поежилась – ночная прохлада давала о себе знать. Ох уж эта ночная прохлада… Иногда она играет нам, мужчинам, на руку. Я привлек ее к себе, обнял и вздохнул:

– Обещай, что не покинешь церковь. Что бы ни случилось, ты не должна выходить этой ночью на улицу.

– Ты их чувствуешь, да? Они уже начали выкапываться? – Мелл тоскливым взглядом посмотрела в глубь кладбища.

– Еще нет. До тех пор, пока полностью не сядет солнце, они не двинутся с места.

– Эдвин, и почему ты выбрал себе такое опасное призвание?

– Она само выбрало меня, – улыбнулся я. – Но ты мне не ответила.

– Конечно, я обещаю. Я же не сумасшедшая. А почему мы пришли сюда?

– Потому, что я хочу сказать тебе, что я тебя очень сильно люблю, и поцеловать, а так как я очень скромный, то предпочитаю делать это наедине, а не служить пособием для юных дев.

– Да, подходящее место для признания в любви. На темном небе силуэт старой церкви, рядом кладбище, полное живых мертвецов, – она усмехнулась. – Эдвин, ты всегда был романтиком.

– Рад, что тебе нравится, – пробормотал я, целуя жену. – Я тебя люблю. И с теми девушками у меня исключительно деловые отношения.

– Верю. Но нам нужно вернуться.

– Сейчас. Не волнуйся за меня. И не из таких переделок выбирался.

– Кстати, у Нормана есть погреб, в котором он хранит церковное вино. Вход в погреб находится прямо в молитвенном зале. Может, в крайнем случае нам перебраться туда?

– Отличная идея, – оживился я. – Так и сделайте. Одного не пойму: почему в связи с последними событиями никто из жителей города не решил спрятаться в церкви? Неужели рамедийцы настолько утратили веру в Бога?

– Неправда, пока ты отсутствовал, в дверь не раз стучались, но Норман им не открыл, потому что боялся.

– Чего?

– Что они могут оказаться одержимыми демонами.

– Вот тебе и священник…

– Норман верит, что на том свете Бог сам разберется, кто был прав, а кто виноват. Богу виднее, куда отправить праведников, а праведником легче всего стать, погибнув от лап демонов или умертвий.

– Замечательная философия. Но что он скажет своим прихожанам, когда опасность минует?

– Что его не было дома.

– Мудрое решение.

Где-то вдалеке на кладбище вспыхнул зеленый огонек. Рядом с ним еще один. Это означало, что очнулись мертвецы.

– Все! Пора! Медлить больше нельзя.

Мы с Мелл поспешно зашли в церковь. Я взял Эрика на руки и отдал Норману последние указания. Когда девушки услышали, что их час настал, глаза невольных спасительниц города потемнели от страха. По-моему, они до конца так и не верили, что им предстоит в этом участвовать. Мы вышли из церкви, и за нами со стуком захлопнулась дверь. Послышался шум задвигающегося засова и сдвигаемых лавок. В организации обороны на Нормана можно было положиться.

– Итак, вы стойте здесь, – я подошел к могильной ограде, за которой уже виднелись десятки зеленых огоньков, – и, когда покажутся первые клиенты, начинайте отходить к улицам. Все помнят, куда конкретно они должны бежать?

Девушки несмело кивнули.

– Я не прошу, чтобы вы подпускали их к себе вплотную. Пускай между вами всегда будет не менее двадцати метров. Не обманывайтесь кажущейся неповоротливостью умертвий – если надо, они могут совершать гигантские прыжки. И ничего не бойтесь.

– А что означают эти зеленые огоньки? – спросила одна из девушек. Кто именно, я не разобрал.

– Это знак, что мертвецы принялись выкапываться из могил. – Раздался приглушенный вопль ужаса. – Эти огоньки недолговечны и скоро исчезнут. Вот возьмите эти… кусочки. – Я протянул им семь порций Розового корня.

– Их надо съесть?

– Да, они придадут вам силы. Это растение еще называют Последним Шансом. Оно нынче очень редкое, так что пользуйтесь возможностью…

Корень был проглочен в мгновенье ока и без возражений.

– Горький, – скривилась Джулия. – А он скоро подействует?

– Скоро, уже через минуту вы почувствуете разницу.

– Я тоже хочу корня, – заявил вдруг Эрик.

– Больше нет. Это мои последние запасы. Ну девушки, удачи вам! Встретимся на площади.

Я быстро пошел вперед, не оглядываясь, зная, что девушки провожают меня тоскливым, полным укора взглядом. Мне не терпелось попасть на площадь и вызвать Вольта. Рядом с другом мне было бы спокойнее, даже если сущность друга будет на время заключена в маленьком мальчике.

На улицах не было никого – ни пьяниц, ни бродяг. Трактиры были закрыты. Ставни жилых домов наглухо заколочены. Никто в эту ночь в городе не спал. За стенами я ощущал тревогу жителей. Во многих дворах жгли дополнительные костры, давая столь необходимый свет. Пару раз в дверные щели я мельком заметил чьи-то блестящие глаза. Один раз меня с крыши негромко окликнул какой-то стражник, но, разглядев мантию, кивнул и хрипло прошептал:

– Улица впереди на сто метров чистая. Удачи!

В это самое время все кладбище пришло в движение. Могильные холмы содрогались. Надгробные плиты отодвигались или ломались на куски, а из-под них показывались белые костлявые руки. Это были старожилы кладбища, похороненные много лет назад. Зеленые огоньки над могилами гасли, зато стали загораться другие огоньки – красные. Умертвия, гонимые чужой волей, собирались на славу погулять в городе. Их было много, они не чувствовали ни боли, ни жалости, и их ничто не могло остановить.

Раздался сиплый, полный ненависти вой. Мертвецы почуяли девушек и устремились в погоню за своей добычей.

Услышав этот вой, я непроизвольно осенил себя охранным знаком. Небо приобрело лиловый, а потом красный оттенок. Запахло гарью. Над головой закружился пепел.

Я, совсем запыхавшись, наконец добрался до площади и опустил на землю Эрика, который сидел у меня на руках, крепко зажмурившись. Даже очутившись на земле, мальчик не стал открывать глаза.

Почувствовав подошвами неясный гул, такой, что волосы на моем затылке непроизвольно поднялись, я понял, что мне нужно поторопиться. Умертвия начали свой бег. Девушки заманивают их сюда.

– Эрик, ты готов?

Мальчик послушно кивнул и, посмотрев вверх, вздрогнул от страха и восторга одновременно.