Василий Осипов - Последняя война

Мне все же удалось посредством эфирной сети связаться с батальонным сержантом Шай-Аром, пробив прямой астральный канал. Я наскоро обрисовал ситуацию и отдал ряд приказов: выслать за нами несколько боевых платформ и готовиться к эвакуации. Ох, и разозлятся на меня остроухие из инженерного батальона. Прямо сердце радуется. В свою очередь сержант поведал мне по большей части радостное известие. Связь с орбитой была утеряна. Видимо то неизвестное заклятье, которое ослепило орбитальные средства слежения, заработало на полную мощность. Так что я автоматически стал самым старшим по званию офицером на планете. А самое главное у меня сохранилась прямая связь, с высшим командованием минуя эльфов. Империя не спешила давать доступ к эфирной сети нашим дорогим союзникам. Терминал доступа в сеть мог купить любой, но чтобы пользоваться большинством эфирных узлов необходимо было получить специальный идентификационный номер, сокращенно ИН, и длиннющий пароль, на расшифровку которого ушли бы столетия. Причем пароль менялся каждый год. Пароль и ИН были записаны в камне памяти, который имплантировался каждому Имперскому гражданину в возрасте пяти лет. Вообще камнем памяти его называли по традиции, на самом деле это был многофункциональный имплантат. Кроме основной своей функции отраженной в названии он одновременно являлся: кошельком; медицинским датчиком, отслеживающим состояние здоровья носителя; маячком и удостоверением личности. Помниться когда я впервые узнал что из собой представляет камень – был очень удивлен. Ну не могло такое крохотное устройство вмещать в себя столько информации и выполнять столько функций. Ларчик открылся просто – сам имплантат являлся лишь приемопередающим устройством между эфирной сетью и душой носителя. Причем эта связь остается даже после физической смерти, ведь в камень помещается частичка души носителя. Поскольку доступ в эфирную сеть завязан на столь тонкие материи, не гражданам ничего не светит кроме гостевого входа и всех сопутствующих ему прелестей вроде кучи навязчивой рекламы и закрытого доступа почти ко всем эфирным узлам.

Кошкоглазые не смогли полностью перекрыть доступ в эфирную сеть. Кишка у них тонка. Это под силу только сынам Лона. Так что я послал краткий отчет Императору и запросил дальнейшие инструкции. Если свести длинный витиеватый ответ к трем словам, мне было сказано: «Делай что хочешь». Ведь, с моими полномочиями я сам себе высшее командование. Забавная ситуация – полковник, командующий маршалами. Я старался не пользоваться этой возможностью, дабы не нажить себе лишних врагов. Их итак в достатке, как в Империи Феникса, так и за ее пределами. Но если потребуется – я растопчу чужую гордость без колебаний. Дело должно быть сделано!

Мной было принято решение остаться на планете и еще раз попробовать взять в плен кошкоглазого. В конце концов, разбомбить планету мы всегда успеем. Сейчас жизненно необходимо поймать хоть одного кошака для создания вакцины от болезни превращающей людей в вурдалаков. Орбитальная бомбардировка – не выход. Если мы будем сжигать собственные миры это даже не ничья, а полное поражение.

Мы разбили лагерь в пятистах километрах от города посреди покрытой пеплом равнины. Это результат взрыва ракеты выпущенной наобум с моего «Палача» во время войны с эльфами. Подобные «отметины» «Пожиратели» оставили на многих эльфийских планетах. Славное было время: чувства, прежде всего ненависть, яркими, а жизнь простой. Есть я, мои боевые товарищи, моя месть и враги. А сейчас чувства выгорели, месть стала бессмысленной. В этом мире меня держали только долг и любовные марафоны, которые мы вместе с Неко устраивали, когда она была не на задании, а у меня было свободное время. Случалось это не часто. Наверно это можно назвать любовью, ведь Мари сама нашла меня в новом теле и предложила продолжить отношения. Наверно такова любовь чудовищ. Лучше бы я погиб на Парадизе. Я мог бы еще долго придаваться рефлексии, но меня отвлек вошедший в палатку командир инженерного батальона.

– У нас почти нет строительной пены, прошу разрешение на формирование партии лесорубов. Нам необходимы бревна для частокола.

– Запрещаю. Вы не успеете управиться до темноты. Да и не нужны все эти стены. Лучше отройте окопы, остатки пены пустите на строительство блиндажа, затем можете отправить своих людей отдыхать. Ночь будет жаркой. – Эльф вытарищлся на меня как на какое то чудо природы и попытался что-то возразить.

– Но…

– Это приказ! Его надо выполнять беспрекословно, но так и быть я дам вам объяснения. Вы развеяли мою грусть своим выражением лица. Зрелище преуморительное. Конечно, вурдалакам не добраться до нас пешком за столь короткое время. Но кто мешает кошкоглазым доставить их с помощью какого-нибудь транспорта. Теперь об окопах – это хороший способ защиты от огнестрельного оружия и осколков. Я более чем уверен, что кошаки притащат с собой вурдалаков вооруженных стрелковым оружием. Да и сами придут не с пустыми руками. И вы не представляете как хорошо то, что ваше квазиживое оружие не подчиняется чужакам. Появление у врага чего-нибудь вроде реактивной артиллерии было бы неприятным сюрпризом. Это все, можете идти. И не забудьте: инструктаж начнется через час в штабной палатке.

Эльф вышел от меня в состоянии легкой прострации. Наверно он подумал, что я сошел с ума. Тоже самое подумали и остальные эльфийские офицеры. Это было видно по их лицам во время инструктажа.

Ровно в три часа ночи лагерь подвергся массированному минометному обстрелу. – никто не погиб, так как я заблаговременно разогнал эльфов по вырытым ими же окопам. Правда десяток остроухих получили осколочные ранения разной степени тяжести. Если бы эти олухи спокойно дрыхли в палатках за «надежным» частоколом – так бы легко они не отделались. «Пожиратели» же отделались несколькими контуженными – спасла броня и то, что как только просвистела первая мина, я повел их в атаку. На встречу нам выдвинулись ровные шеренги вурдалаков вооруженных легким стрелковым оружием. Мы расстреливали их как в тире! Хотя тут и целиться не надо. Вурдалаки выдавали залп, которые только царапал краску на наших новеньких доспехах. Новые бронекостюмы невозможно пробить из легкого стрелкового оружия на дальних и средних дистанциях. Разве что в сочленения бронепластин попасть, но это нетривиальная задача даже для хорошего стрелка. Если бы твари воспользовались своими когтями и то больше шансов навредить кому-то из моих людей, попросту поддев и оторвав бронепластины. Мы быстро выкосили всю первую шеренгу противника. Тоже самое произошло со второй, третьей и четвертой. Пятая же, внезапно отбросила бесполезные винтовки, выхватила виброклинки из ножен на поясе и перешла на бег. Наконец то дошло, что пулями нас не проймешь! Моим солдатам пришлось сойтись с вурдалаками в рукопашную. Обычно, когда описывают битвы древности, авторы очень любят использовать выражение: «Ударять как одна рука». Это был как раз такой случай. Все вурдалаки, похоже, контролировались одним кошкоглазым. Значит пятьдесят тварей для них – не предел.