Ксюша Ангел - Исповедь пророчицы. Источник силы

 Я не знаю, блефовал Влад или нет, но говорил он убедительно. Однако Охотник был не расположен идти на компромиссы.

 – Мне не нужна твоя смерть, – сказал он спокойно. – Я хочу, чтобы ты потерял дорогих тебе людей, как потерял я. Из-за тебя!

 – О чем ты говоришь? – спросил Влад.

 – Моя сестра. Ты убил ее!

 Он все еще держал меня за грудки, и мне было жутко неудобно, но я молчала, боясь его разозлить еще больше.

 – Я никого не убивал!

 – Ты высосал ее, и она помешалась! А потом покончила с собой! – Охотник задумался о чем-то, его лицо исказила гримаса боли, и мне стало его жаль. – Она дорога тебе?

 Он имел в виду меня, я понимала это. «Не отвечай «Да!», – посылала я сообщение Владу. Словно услышав меня, Влад поморщился и ответил как можно более безразлично:

 – Она – саки! Довольно сильна, и мне не хотелось бы терять ее!

 – Не ври мне! – рявкнул на него Охотник, и я вздрогнула. Мне было трудно дышать от того, как он держал меня.

 – Отпусти меня, – прохрипела я.

 – Охотно! – сказал он. – Последнее желание – закон!

 И он разжал пальцы, я закашлялась и вздохнула с облегчением.

 – Это не вернет ее, – прохрипела я.

 Охотник повернулся ко мне и прищурился, его лицо исказилось гримасой злости, я подумала, что он убьет меня сейчас.

 – Нет, не вернет, – согласился он. – Но она будет отомщена!

 – Тебе станет легче?

 – Да.

 – Я не могу позволить тебе этого! Я очень люблю жизнь, и я не высосала в своей жизни ни одного ясновидца! Это несправедливо! – сказала я с чувством.

 – А справедливо, что такие, как ты, выпивают таких, как я, до дна? Справедливо, что дурдомы страны полны нашими, а вы разгуливаете на свободе, и у вас все путем? Мир вообще несправедлив, деточка!

 Пока он говорил, я заметила краем глаза, что Влад обходит его сзади.

 – Остановись, хищный! – взревел Охотник. – Она умрет сейчас, потом твой брат и сестрица!

 Я почувствовала его щупальца, ищущие мою жилу, и мысленно попрощалась с жизнью. Как бы защищаясь, я выставила навстречу Охотнику открытые ладони и зажмурилась. Говорили, что это чертовски больно, когда рвется жила. Я приготовилась к боли.

 Критические ситуации. Как часто они активизируют наш мозг, и мы становимся способными делать что-то, о чем и подумать не могли в нормальном состоянии. Некоторые противостоят целой банде отморозков в темном переулке, некоторые, надышавшись дымом, спасают себя и родных из горящего дома, некоторые выживают после продолжительного пребывания на лютом морозе. Когда чувства отключены, включаются инстинкты – в данном случае, инстинкт самосохранения. И, черт возьми, он у меня был!

 Я почувствовала, как из моих ладоней мощным напором полилась сила. Эта сила, направленная на Охотника, отбросила его от меня и шмякнула о противоположную стену. Он ударился с глухим звуком, а потом сполз на пол. Я не знала, был ли он в сознании или нет, меня начало трясти от осознания того, что я чуть не лишилась жизни.

 Несколько продолжительных мгновений Влад и Рита стояли, уставившись на меня, словно на прокаженную, а потом он рванул к Охотнику. Влад знал, у него немного времени, чтобы со всем покончить, у него был всего один крохотный шанс. Я посмотрела на свои ладони – обычные ладони, мои. Только пахли они как-то иначе, но в тот момент я не придала этому значения.

 Влад занес руку для удара, когда Охотник открыл глаза. В этих глазах отражалась лишь боль и отчаяние, не знаю, почему, но мне стало его жаль. Он потерял родного человека, кто из нас не захотел бы расквитаться с виновным в этом?

 Но я знаю одно: зло порождает зло!

 Превозмогая усталость и истерику, которая начиналась у меня – я чувствовала это – я подскочила к Владу и схватила его за руку, которую он занес для удара. Все это происходило в считанные секунды, но мне казалось, что прошло так много времени. Как в замедленной съемке в каком-нибудь экшне.

 – Не делай этого! – сказала я ему.

 – Отойди! – прорычал в ответ Влад, в нем кипела ярость и азарт, я чувствовала их под его кожей, когда держала его запястье. Однако руку он не отнял.

 – Не нужно. Он мстил за сестру. Скажи, что не сделал бы то же, если бы с Ритой что-то произошло! – я старалась говорить спокойно и примирительно, но голос мой дрожал.

 – Он Охотник. Он заманил нас сюда, чтобы убить! Сейчас нет времени рассуждать о справедливости!

 – А когда будет время? – спросила я его со злостью. – Когда ты сделаешь что-то, о чем потом будешь жалеть?

 – Я никогда не буду жалеть об этом! – раздраженно ответил Влад, стряхивая мою руку.

 Это взбесило меня еще больше, и тогда я встала между ним и приходящим в себя от моего удара Охотником.

 – Я буду жалеть об этом, если позволю тебе сделать это! – отчеканила я, удивляясь, откуда у меня эта решимость.

 – Отойди, Полина! – глаза его метали молнии, и мне показалось, что если я не отойду, первым делом Влад ударит меня.

 Я выставила свои ладони так, как сделала это, когда Охотник держал меня, в надежде, что это остановит Влада.

 – Нет! – твердо ответила я.

 – Зачем ты делаешь это? – осипшим голосом спросил Охотник из-за моей спины. – Если он не убьет меня сейчас, я найду его завтра и завершу начатое!

 – Нет, я не допущу больше насилия! Я не знаю, насколько правда то, что ты сказал мне о своей сестре, и какова в этом роль Влада, но я остановлю это. И если завтра ты придешь, чтобы убить кого-то из саки, я буду защищаться. Но никогда я не буду нападать на тебя.

 Охотник ничего не ответил. Я не могла увидеть его лицо, потому что стояла к нему спиной. Влад, казалось, не воспринял мои слова всерьез, потому что дернулся вперед с целью отодвинуть меня с дороги. Тогда я выпрямилась и показала ему свои вытянутые вперед ладони.

 – Не. Нужно. Этого. Делать. Влад.

 – Что? – его брови поползли вверх. – Ты угрожаешь мне? Мне? Я твой вождь, ты забыла?

 – Нет, – сказала я. – Я не забыла. Но в том, что с ним произошло, виновата я. И я не позволю, чтобы из-за меня опять кого-то убили.

 Я напомнила ему о том, что когда-то он заставил меня убить одного Охотника. Небо знает, как я жалела об этом сейчас!

 – Идиотизм! – воскликнул Влад, но отошел на один шаг.

 Тогда я заметила, что Рита окончательно развязала Роланда и приводила его в чувство.

 – Что случилось? – спросил Роланд еще сонным голосом.

 – Случилось то, что твоя…подруга – идиотка! – сказал Влад. – Знаешь, что она сделала? Решила помиловать Охотника, благодаря которому ты, кстати, здесь! Мы все здесь. И это в тот единственный момент, когда я мог убить его!