Химера-читатель - Память героя

И только в комнате девочек возле зеркала стояла ученица, расчесывая прекрасные густые волосы. Она всматривалась в свое отражение и с триумфом улыбалась ему. Все идет как надо.

А в Восточной башне в своей постели снова метался подросток. Ему в очередной раз снился кошмар о темном длинном коридоре и двери, за которую он никак не мог попасть. Но он должен её открыть. Должен.

Воскресенье 3 (части 36–48)

Часть 1 (36)

— Ты следующий, — Люциус протянул Гевину Нотту листок с надписью.

— О, дом Блеков, легенда магического мира, — сказал тот, быстро прочитав написанное. — Давно хотел туда попасть.

И старший Нотт шагнул в камин, бросая летучий порох в огонь и произнося нужный адрес. Следом за ним исчез и Снейп.

— Ты пойдёшь с нами? — спросил Люциус, глядя на жену. Он со страхом ожидал её ответа. А вдруг она решила вернуться в род Блеков прямо сейчас?

— Пока нет, — сказала она, немного подумав. — Я останусь здесь и отдам необходимые распоряжения по подготовке замка к завтрашнему визиту Воландеморта. А ты поспеши, у вас не так много времени.

Лорду Малфою хотелось расцеловать жену за то, что она даже в такой ситуации сохраняет хладнокровие и пытается, несмотря ни на что, помочь ему.

— Спасибо, — едва слышно прошептал он, отправляясь в путешествие по нужному адресу. Последнее, что он увидел, была она, его женщина, уставшая от навалившихся забот, но готовая сражаться со всем миром за своё счастье.

— Ну наконец-то! — была первая фраза, которую он услышал от Блека, едва очутившись в месте назначения. — У нас уже всё готово, ждём только тебя.

— Так быстро? — такая оперативность не могла не удивлять. — Ведь прошло всего несколько минут, как вы отправились из Мэнора.

— Мы с Ремусом приготовили всё на всякий случай, как только узнали, что нужно для ритуала, — не стал юлить Сириус. — А переодеть твоего сына — так это вообще дело нескольких секунд. Держи, снимай свою мантию и надевай ритуальную накидку, остальные уже внизу.

Люциус обратил внимание, что его шурин уже облачён в подобное одеяние. Не задавая вопросов, лорд Малфой поспешил выполнить данные ему указания. И они прошли в ритуальный зал. В нём уже горели свечи, и на столике стояло около пятнадцати хрустальных флакончиков. На алтаре, с головой, обращённой на север, лежал облачённый в специальную накидку подросток. Северус стоял у него в ногах, а Нотт по левую сторону от Драко.

— Все действия очень сходны с легиллименцией. Там даже заклятье «Легиллименс максимум», — начал объяснять Блек присутствующим взрослым, становясь в изголовье младшего Малфоя и оставляя Люциусу место по правую сторону от сына. — Местами меняемся по часовой стрелке. Сложность ритуала состоит в том, что вся магия Драко будет противостоять нам, пытаясь защитить его сознание от нашего вторжения. И надо действовать достаточно жёстко, чтобы преодолеть его сопротивление. Но при этом мы должны действовать с ювелирной точностью, чтобы не причинить мальчику вред, находясь в его сознании. Иначе Драко останется в состоянии, близком к тому, в котором находятся сейчас Френк и Алиса Долгопупсы. Вопросы?

— Нет, давайте уже начинать, — как менталист, Снейп лучше всех представлял, какая сложнейшая задача им предстоит. Даже после занятий с неподготовленным и почти, как выяснилось теперь, несопротивляющимся Поттером ему иногда часами приходилось унимать головную боль. Каково же будет сопротивление преуспевающего с детства в мысленной защите крестника, он просто не мог себе представить. Причём, если добавить к этим мысленным щитам весьма неслабый магический потенциал младшего Малфоя, то перспектива выдавалась удручающей.

— Сейчас, — спокойно ответил Блек, выглядевший на удивление собранным. — Кикимер!

— Да, хозяин Блек, — тут же появился домовой эльф. Снейпа удивило отсутствие привычных причитаний о недостойном поведении последнего Блека.

— Закрыть доступ к дому для всех без исключения и максимально усилить его защиту, — отдал приказ анимаг.

Эльф молча поклонился и исчез.

— Теперь я могу начинать, — сказал Сириус, поднимая палочку.

— Почему ты, а не Северус? — спросил Люциус. Всё это время он не мог отвести взгляд от сына. Тот тихо лежал на алтаре, измученный и исхудавший, бледный до синевы. — Он менталист и мог бы лучше тебя справиться.

— Нет, этот ритуал может проводить только Блек по крови. Так сказал предок, — ответил анимаг и начал читать латынью заклинания.

С каждым произнесённым словом атмосфера в комнате становилась всё тяжелее и тяжелее. Казалось, что из помещения кто-то понемногу выкачивает весь кислород. Вдруг по ритуальному залу пронёсся ветер. Но он не принёс ни толики свежести, наоборот, создавалось впечатление, что это ветер, дующий в жаркой пустыне и переносящий только песок и пыль. Каждый вздох давался с трудом.

Блек продолжал читать заклинание. Вслед за жарой и проблемами с кислородом появилось ощущение тяжести. Как будто на плечи каждого навалилась неподъёмная плита, с каждой секундой становящаяся всё тяжелей и тяжелей. Мужчины, сцепив зубы, старались устоять на месте, не поддаваясь ударам бушующей магии. С каждым мигом выполнять эту задачу становилось всё трудней и трудней.

Блек начал произносить слова нараспев. На миг профессор поразился скрытым магическим резервам, находящимся в этом обычном на первый взгляд волшебнике. Это был уже второй сложнейший ритуал за день, не считая потрясения после исчезновения Люпина, а анимаг переносил испытания лучше, чем они, маги, по праву входящие в близкий круг Тёмного Лорда.

Но тут ситуация снова изменилась и по залу пронеслась волна вони. Выдержать её было сложно даже зельевару, в силу своей профессии сталкивающемуся с самыми отвратительными запахами. Сейчас же создавалось впечатление, что всё зловоние мира сосредоточилось в одной комнате. Никто даже не мог сказать, что именно это было. Это был смрад, вызывающий резь в глазах и тошноту даже у самых бывалых и закалённых мужчин. Казалось, что даже глоток самого неприятного раньше аромата будет сейчас подобен озону в сосновом лесу после грозы.

Голос Сириуса всё набирал и набирал силу. И тут на присутствующих обрушилась волна страха. Создавалось впечатление, что во всех углах ритуального зала, затаившись во тьме, как монстры, сидят самые тайные боязни мужчин и подкрадываются всё ближе и ближе. Снейп вдруг увидел тело матери, забитой до смерти отцом, и вспомнил свой детский бессильный ужас — невозможность ей чем-то помочь. Нотт увидел саркофаг единственного сына, стоящий в семейной усыпальнице рядом с саркофагом жены. Люциус увидел тридцатилетнего Драко, сидящего в больничной робе с безумным взглядом и обнимающую его постаревшую Нарциссу, раз за разом проклинающую его, Люциуса, имя. Неимоверным усилием воли мужчины отогнали эти видения и смотрели, как закончивший читать заклятье Сириус Блек поднимает палочку и недрогнувшим голосом говорит: