Danielle Collinerouge - Гарри Потер и Обряд Защиты Рода

Чо! Когда ему нравилась Чо, он обмирал от одного воспоминания о поцелуе под омелой и даже подумать не мог, что через полгода с небольшим вкусит взрослых отношений, причем с Гермионой. Только Рону об этом нельзя говорить!

– Гарри, ты что, без этого же неинтересно, вот, возьми, давай отметим мою победу! – Рон в порыве чувств даже схватил друга за пижамную куртку.

– Что, опять горячая пчелка?

– Нет, лучше, это батончик! Близнецы постарались, высший сорт! Дорого – аж жуть, но для тебя не жалко! – Рон вскочил, заглянул в свою тумбочку, порылся в ней и достал два батончика, завернутых в красную фольгу. - Пчёлки отдыхают, Гарри! На!

Гарри понял, что отказ равносилен обиде. Поэтому взял конфету. Рон задернул полог и сел на его постель.

– Ешь, Гарри, и если что, стони в подушку, только не кричи, ещё не хватало разбудить Дина, Симуса и Невилла!

– А ты? – растерянно спросил Гарри.

– И я, а ты чего, стесняешься что ли? Да брось, всё нормально. Я же сам так делаю! Давай, жуй! – шептал Рон.

Гарри молча смотрел на батончик, словно не решаясь его надкусить.

– Ладно, я первый, - понял Рон и зашелестел оберткой.

Гарри закрыл перед глазами ворота. Ну и темперамент! Это же был самый мощный блок, и то тряхнуло! Только это не было хорошо, чужие сексуальные фантазии всегда ему были неприятны, от них по телу бегали кусачие муравьи. Рон уткнулся в подушку, и его длинное тощее тело сотрясалось, как при рыдании. Интересно, когда завтра он протрезвеет, то не будет прятать глаза? Но, похоже, Рон уже протрезвел и совсем не собирался прятать от Гарри глаза. Тяжело дыша, он оторвался от подушки и победоносно посмотрел на друга.

– Полный улёт! Снитч пойман!

Гарри затрясся от беззвучного смеха – сравнил! Но всё равно остроумно.

– Давай, теперь ты! – подтолкнул его Рон.

Гарри набрал воздуха в легкие и начал жевать батончик. На его лице появилось сосредоточенность. Как там говорили близнецы – самое интересное начинается, когда ешь последний кусочек? Гарри с интересом и даже напряжением запихнул в рот остатки батончика (а он вкусный!). Сердце билось часто и громко, и Гарри сам не знал – уже от батончика или просто от любопытства. Ну?

Приятная волна побежала по телу, знакомое тепло разлилось по жилкам, стекая к паху, Гарри задержал дыхание, закрыл глаза… Коротко тряхнуло вялым всплеском не столько удовольствия, сколько облегчения. Гарри разочаровано открыл глаза – и все? Да разве можно сравнить эту сухую вспышку со сладостным полетом, когда все его тело вжато в отзывчивое тело Гермионы, охвачено его жаром? Словно глотаешь маггловскую бурду в жестяной банке после ароматного горячего сливочного пива. Гарри даже стало неловко за свою искушенность, но гораздо сильнее было чувство разочарования. Он ощутил себя обманутым и одиноким.

– Что это за ерунда? – пробормотал он.

Рон уставился на Гарри так, что тот не на шутку испугался, как бы глаза его друга не вылезли из орбит.

– Т-ты чего? – ошеломленно проговорил Рон.

Приятное чувство улетучилось, оставив только влажное ощущение в штанах. Гарри скривился, рассеяно крутя в пальцах обертку.

– Неужели бракованная? Тебе больно? – Рон уже забеспокоился.

– Да нет, можно даже сказать, что приятно. Нет, Рон, ешь их сам!

Рон посмотрел на него с огромным сочувствием.

Гарри уже был не рад, что поддался на уговоры Рона и попробовал этот дурацкий батончик, а вернее, сожалел, что не хватило ума прикинуться, что ему было «офигительно» (Дадлино словцо!), ведь Рон не умеет считывать чужие ощущения. Теперь, общаясь с ним, Гарри видел: Рон переживает, что с Гарри что-то не так, что его бедный друг пал жертвой ужасного воспитания Дурслей. И Гарри хотелось сказать, что с ним всё в порядке, что после ласк девушки эта волшебно-эротическая ерунда совершенно никуда не годится. Но с другой стороны делиться таким сокровенным Гарри не испытывал желания. Это слишком лично. Поэтому он старался избегать в разговорах с Роном щекотливых тем, что было не слишком трудно, больше всего Рона беспокоили его отношения с Красоткой. Собственно отношений никаких не было и, как считал Гарри, быть не могло. Совершенно очевидно, что Рон, а заодно и остальные парни пали жертвой волшебно-эротических флюидов Элизабет – правнучки какой-то вейлы или её внучатой племянницы или что-то ещё в таком духе. Гарри теперь был в этом уверен. Он видел, что профессор Смит не сводит с него глаз, Рону кажется тоже самое, на это надеялся робкий Невилл, в этом был уверен лощенный красавчик Драко и т.д. и т. п.

Глава 35. Под блоком Снейпа

Внимание Гарри переключилось на Снейпа, который в последние несколько дней переживал новый приступ озлобленности. На его уроках теперь нужно было готовить зелье в паре, поскольку большая часть ингредиентов должна была бросаться в котел только что нарезанная или только что приготовленная. Гарри работал с Гермионой, Рону досталась Парвати Патил. Нужно ли говорить, что приготовленное Гарри и Гермионой зелье в точности совпадало по описанию с эталоном, выставленном на всеобщее обозрение на столе Снейпа. Реакция профессора на их труды была неожиданной.

– Прошу обратить внимание на зелье Поттер-Грейнджер, превосходно, вряд ли бы кто-то сварил лучше, очевидно партнёры работали слаженно, дружно, понимая друг друга с полуслова и полувзгляда. Видимо, я недооценивал фактор разности полов в приготовлении особо сложных зелий, что ж это нужно учесть. Да, и моя теория подтверждается! – Снейп с ехидной улыбкой подошёл к столу Рона и зачерпнул вязкой бурды из его котла. – Как видите, это совершенные помои, хотя когда мисс Патил варит настойку сама, у неё иногда бывают оценки «хорошо».

Рон вспыхнул. Гарри и Гермиона захотели провалиться куда-нибудь, Парвати гневно стрельнула глазами в Рона и Снейпа.

– Браво, Поттер, мисс Грейнджер, мои поздравления, с чистой совестью ставлю вам «отлично».

За что вы так! – Гермиона пустила эту мысль словно стрелу в непробиваемую стенку Снейпового блока. И вдруг поняла, почувствовала, что профессор злится только на Гарри! Неужели это зависть? А может, просто показалось?

– Какая скотина, тварь! – рычал Рон, рассекая собой воздух возле бегущих рядом с ним Гарри и Гермионой. – Я убью его, он поставил мне «ужасно»! А что же он не сказал ничего по поводу своего любимого Драко, который сварил какую-то ….в паре с Флинтом!

– Рон! - непроизвольно вскрикнула Гермиона, услышав, как выругался парень.

– Что, Рон! – заорал он. – Я его пришибу, напою той гадостью, что сварил по его милости! А Гарри, так похвалил его, что лучше б побил!