Илот - Артем Артемов

Хм, интересно, надо бы заказать расширенную инфу на нашего могучего владельца доминиона.

Через пол часа пискнул приват:

Абаддо́н, или Аваддо́н (ивр. אבדון‎, то есть истребление); греческий аналог: Аполлио́н (греч. Απολλύων), то есть губитель — в иудейской (а затем и в христианской) теологии — ангел (демон) истребления, разрушения и смерти.

Слово «аваддон» на иврите означает место уничтожения, либо, просто переводится как «уничтожение». В раввинистической литературе и в Ветхом Завете Аваддоном именуется одна из областей ада. Так, в Ветхом Завете этот термин употребляется шесть раз. В Книге Иова (26:6) и в притчах (15:11, 27:20) слово Аваддон употреблено в одном ряду со словом шеол, обозначающим могилу всех умерших: как праведных, так и неправедных. В Пс 87:12 слово Аваддон употреблено со словами «во гробе» (в Синодальном переводе этого стиха значение слова Аваддон передано словосочетанием «место тления»).

В Книге Иова (28:22) Аваддон связывается со словом смерть.

В Откровении св. Иоанна Богослова Аваддон (то есть «Губитель») уже однозначно персонифицирован и представляет собой повелителя бездны, ведущего полчища саранчи (др. — греч. ἀκρίς); там же он назван Аполлионом

Именно в значении военного советника ада, обладающего могуществом, Аваддон усваивается религиозной поэзией средних веков и нового времени. Этот образ оказал значительное влияние на русскую романтическую литературу. Имя Аваддона также неоднократно употреблялось в средние века как одно из обозначений сатаны, хотя некоторые источники по-прежнему относят его к святым ангелам, послушным Божьей воле (причиной такого понимания служит текст из Откровения 9:4, где саранче даётся повеление вредить лишь противникам Бога).

И еще много чего интересного: разные трактовки, разные понимания. В голове пульсировала одна единственная мысль: Опасен! Крайне Опасен! Неоднократно мелькала информация и о рыцарстве, и о бессмертии; раз к нему приставили тюремщиков, значит есть правда и в том, что данный злодей придерживался нейтралитета и опасен был небесам и аду, а значит и инкарнациям князей Ада в Друмире. Люди для него, просто безволосые обезьяны, но есть в людях единственная черта, которую уважает: Сила! Так, а что там у нас упоминалось про Иноха и его письмена, запрос, ожидание. Писк Приватного сообщения:

Инох — ангел перворожденный, Инох стал прототипом, по которому создавался Ангельский народ. Могучий, неудержимый. Его глас, наряду с гласом Божественным, мог выдержать только Метатрон, писарь божественный. По преданию, его взора опасались даже Михаил и Гавриил. В своё время подарил язык и письменность всему Ангельскому народу. Язык был назван инохианским. Письмена на инохианском языке обладали чудовищной силой, способной управлять мирозданием и подчинять, упорядочивать просторы хаоса. Неизвестно, передан был язык от Демиурга к Иноху, либо Инох самостоятельно его создал. Но на межевых камнях, отделяющих мироздание от просторов Хаоса нанесены письмена на инохианском языке. И было слово, и это слово было на инохианском языке.

Очуметь, неужели создатели Друмира продумали даже такую сложную метафизику и как блин талантливо всё завязали на нашей религии.

— Старший, пора! — неугомонный гном опять вывел меня из раздумий.

— Выдвигаемся, — я вышел из палатки уверенной походкой пересек лагерь, рейд ждал, все были в сборе. Ребята заматерели прямо на глазах. В голове ни единой мысли, в душе холод и спокойствие, отдаю последние приказы и иду к воротам, две группы во главе с танками и весь рейд целиком двигается за мной, под сапогами хрустит песок и гранитное крошево. Захожу в опасную зону, а стражи не шевелятся, сильно напрягает не стандартное поведение. Я прямо шкурой чувствую напряжение ребят. Останавливаюсь в метре от монстров.

— Назовись — скрежещет механический голос, не живой и не мертвый, но наполненный силой и сталью, яростью и болью.

— Апостол!

— Причина посещения?! — второй голос был не менее странным и страшным.

— Встреча с Абаддоном!

— По какому праву?! — на этих словах в голове что-то щелкает, чужие воспоминания ломают барьер в моей голове, мощный поток почти лишает меня сознания. В голове шепчет голос: «Мальчик они тебе не по зубам, я помогу. Постараюсь помочь».

— По праву сильного! — это что, мой голос? Это я сказал? От моего голоса отпрянули даже соратники. Две демонические дубины как на замедленной съёмке расходятся в стороны и летят в мою голову. Между лавовых шипов загораются красным огнем странные письмена.

— Докажи! — скрежещет голос, не соображая, что происходит, я втыкаю клинок в гранит, присаживаюсь и оружие тюремщиков летит над моей головой в каком-то сантиметре, обе мои ладони скользят по адаманту клинка вспарывая кожу.

— Иш Тор Ахар Зэм Кар! — мой голос наполнен силой. Каждое слово прибивает весь мой рейд к земле, как тяжелым молотом, на ногах стоить только Тон, из глаз, ушей и уголков рта нашей железной леди текут струйки крови. На ладонях сами собой кровавые дорожки складываются в символы. Я выпрямляюсь и обе мои ладони летят ко лбам Гога и Магога. Руки соприкасаются с камнем и металлом. Пальцы, кроша камень, впиваются в их головы. Страшный рев наполняет Инферно и сотрясает все остальные планы, тела тварей усыхают в страшных корчах. Тела складываются внутрь самих себя, сыплется песок. Моё тело испытывает невыносимую боль, сознание меркнет… Нет ребята, прежде чем, отключусь я добью вас. Все силы в кулак, соберись тряпка! Ору сам на себя и продолжаю держать неведомо откуда всплывшее заклинание. Под пальцами металл цепей, они обжигают руки, символы бегут по цепям, я стою вытянув руки в разные стороны, сжимая концы цепей, оканчивающихся клубками, в центре которых бьются кровавые сердца.

— Тор Мут Ахар!!! — не своим голосом, полным боли, кричу в небо и с размаху бью обоими цепями о землю, по обоим сторонам, куда пришелся удар цепями, начинает собираться песок, фигуры демонов растут и