Ведьма из зазеркалья - Наталья Ник

оливковое масло, исключительно первого, холодного отжима, с горчинкой, хорошо разогревает его и бросает половинку дольки чеснока. Больше не нужно. Чеснок запекается, поджаривается до золотистого цвета и повар деревянной лопаточкой выкидывает его. Да. Потом уже можно обжаривать мясо, лук, перец и всё что нужно. И вот этот самый чеснок даёт блюду такой потрясающий вкус. Тебе нравится? — как ни в чём не бывало, спросила Софья.

— Чрезвычайно. — согласился Виктор. — А откуда такие познания? Давно хотел спросить, как ты научилась так вкусно готовить?

— Жизнь заставила. — так же легкомысленно произнесла Софья. — Знаешь, за двести лет, чего только не было. Однажды в Италии, мне понадобилось скрыться на некоторое время. Пришлось пойти в помощнику к повару. И он мне сказал, что если бы я была мужчиной, то стала бы самым выдающимся шеф-поваром. — с гордостью произнесла Софья.

— Можно поподробнее про двести лет и про «скрыться».

— Виктор, ты точно хочешь это знать? Ты же накопал про меня достаточно, чтобы сдать властям. Зачем тебе больше. — серьезно спросила Софья.

— Мне интересно. Я хочу знать как жила женщина, на которой я планирую жениться.

Софья застыла с открытым ртом и недонесенной до рта вилкой. Она так и смотрела на Виктора, пока он не произнёс:

— Жуй, остынет.

Софья опустила вилку. Она возила ею по тарелке, размазывая соус.

— Виктор, я старше твоей прабабушки.

— Раньше тебя это не смущало. Теперь поздно. Я всё решил.

Софья сжала в кулаке вилку и зло посмотрела на Виктора.

— Ну, хорошо. Я была лучшей мошенницей в России и Европе. Обо мне писали книги и снимали фильмы. Мои аферы стали учебниками для моих подражателей. Достаточно?!

— Точно лучшая? — с сомнением переспросил Виктор.

— Да.

— Фух, тогда всё в порядке. А то я боялся, что мне всучили подделку. — подмигнул Виктор. — Почему не ешь?

— Аппетит пропал. — злилась Софья.

— Ну, как хочешь. Точно не будешь?

Он взял тарелку Софьи и переложил её пасту к себе.

— А я прям проголодался. На вот помидорки. — Виктор пододвинул ей томаты с базиликом. — А я, пожалуй, съем макарошки с холодным отжимом, чесноком и чем там еще. Кстати, — произнёс он, набив полный рот, — ладно они, а ты зачем лезешь в эту историю? Неужели доверяешь им? Они же еще те проходимцы.

— Конечно не верю. Но я боюсь, оставить их без присмотра. Боюсь, что они заберут силу, и я умру. Отвратительная перспектива. А так я смогу им помешать, как в прошлый раз, если что.

— Ой, сомневаюсь, что тебе дадут такую возможность. На этом Вильгельме печать негде ставить. Еще тот интриган.

— Согласна. — тяжело вздохнула Софья. — Но это единственный вариант, хоть как-то себя обезопасить. Мы договорились, что я буду стоять возле начерченных рун. Да и знаешь, это же из-за меня всё случилось. Не то чтобы мне совестно, нет, они сами виноваты, нечего во дворце всяким непотребством заниматься, но… как сказать… — Софья надолго задумалась. Она смотрела в окно на идущих мимо прохожих. — Если у них всё получится, я буду рада.

— Подумай? Можно ведь уехать.

— Нет. — твердо произнесла Софья. — Вильгельм обещал, что это безопасно для меня. Они всё равно сделают задуманное, а иметь в должниках сильнейшего мага и ведьму в моём положении совсем не лишнее.

Виктор понял, что переубедить Софью не получится, ну что ж придется влезть в это дело по самые уши и прикрыть в случае необходимости эту упрямую женщину.

Он повернулся к официантке и попросил счёт. Софья достала из сумочки зеркало, чтобы поправить помаду. Они не заметили, как за окном мимо них промчался байкер с Ольгой за спиной. Или это уже Татьяна?

23. А на что ты готов ради любимой женщины?

— Ну что ж, дорогие мои. Сосредоточьтесь. — Вильгельм запрыгнул на туалетный столик и попеременно смотрел то на Татьяну в зеркале, то на Ольгу, сидящую напротив. — Ольга не напрягайся, расслабься. С тебя от недовольства разве что искры не сыплются.

— Думаете приятно сдавать тело в аренду? — огрызнулась Ольга.

— Это нужно для нашего общего дела. Тебе же потом будет лучше. Подумай, что в итоге Татьяна обретёт СВОЁ тело и оставит тебя в покое. — увещевал кот. — Ну, давай, ты же умница. Подумай, что потом сможешь жить, как прежде и всё у тебя будет хорошо.

Ольга постепенно успокаивалась под размеренную речь кота. Она немного подалась вперёд, глядя в глаза Татьяне. На этот раз переход произошёл плавно, почти незаметно. Ольга будто убаюкалась, как при просмотре скучных новостей, задремала и провалилась в приятный глубокий сон. Её место так же просто, без всяких головокружений заняла Татьяна.

— Вильгельм, ты гений. Всё получилось великолепно. — Татьяна протянула руку и почесала кота за ушком.

— Оставь нежности, дорогая. — строго произнёс кот. — Как себя чувствует Ольга?

Татьяна прислушалась к внутренним ощущениям.

— Она спит. Не переживай.

— Волкова, постарайся обойтись без стрессов. Если Ольга не вовремя очнётся, то может запаниковать или разозлиться. Сама понимаешь, нам это только навредит.

— Не переживай, кузен. Я не подведу.

Вильгельм скептически посмотрел на Татьяну.

— Иди. Ольга тебе такси вызвала и оплатила. Так что доедешь до места без приключений. Звони Борису.

Татьяна порылась в сумочке, достала телефон и набрала номер.

— Борис, у меня есть минутка, увидимся? Да, там же. В кафе. — закончив разговор, Татьяна подмигнула коту, вышла из квартиры и спустилась к такси.

Доехали быстро. Пробки рассосались, дорога была свободная. Татьяна, хотя уже и бывала в городе, но по-прежнему с любопытством разглядывала обновленный град Петра. Да, дома уже не те. В её время уважали лепнину, портики, барельефы, изысканные формы архитектуры. А сейчас? Убожество какое-то. Длинная коробка с бесконечными лентами окон. Борис назвал это безобразие «кораблём». Ну какой же это корабль? Неровные короткие окошки, потрескавшиеся стены, плоские крыши. Как там жить? А Ольгин дом? Узкие лестницы, вонючая труба, в которую выкидывали мусор, крохотные комнатушки. Когда Татьяна получит свое тело, она озаботится приличным жильем. С просторными комнатами, высокими потолками и огромными окнами. Может быть, даже в том доме, мимо которого они сейчас проезжают. Всё-таки не все дома в этом времени плохи. Есть и приличные экземпляры.

Выйдя из такси, Татьяна сразу заметила Бориса. Он стоял, облокотившись на мотоцикл, и смотрел по сторонам. Татьяна помахала рукой и быстрым шагом подошла к нему. Он встал с мотоцикла и радостно заулыбался. Подойдя, она пристально посмотрела ему в глаза, ухватилась пальчиком за кожаный шнурок с медальоном, висевший у него на груди, слегка притянула к себе и поцеловала долгим, тягучим поцелуем.

— Соскучилась. —