Осторожно! Отвергнутая ведьма!

Глава 22

Глава 22

Если вверх на семьдесят второй этаж девочки поднимались никак не меньше часа, то обратный путь вниз по лестнице они преодолели за каких-то десять минут.

Электрики и представители владельца здания всё ещё продолжали ругаться, поэтому никто из них не обратил никакого внимания на двух маленьких девочек, промчавшихся мимо них с ураганной скоростью.

Пенелопа была уверена, что они так и побегут, не останавливаясь, до самого дома Кэссиди, однако подруга резко затормозила рядом с первым же телефонным аппаратом.

– О Трехликая! Ну что ещё она задумала?! – тяжело дыша, недовольно проворчала она, наблюдая за снимающей телефонную трубку подругой.

Исполненная же гражданского долга Кэссиди, по крайней мере, в её понимании это было именно так, в это время набирала «911».

Как только из трубки прозвучала стандартная фраза оператора службы: «911, что у вас произошло?»[1], она уточнила по-старушечьи скрипуче-дребезжащим голосом:

– Э-хе-э-хе, это э-хе-э-хе полиция?! – тяжело и часто дыша после сумасшедшей спринтерской дистанции, девочка с трудом выталкивала из своих легких слова. Что, впрочем, вполне соответствовало образу старой, испуганной женщины.

На что голос в трубке столь же вежливо и спокойно, как и в первый раз, ответил вопросом:

«Мэм, Это 911, пожалуйста, сообщите, чем мы можем вам помочь?»

– Не мне… э-хе-э-хе, деточка… э-хе-э-хе, – продолжая тяжело и часто дышать заверила оператора Кэссиди. – А соседям моим снизу эхе-эхе… Понимаешь, деточка… э-хе-э-хе, я живу на 73 этаже… э-хе-э-хе, 29-го дома… э-хе-э-хе, 15-й улицы… э-хе-э-хе. Это та… э-хе-э-хе, что на Манхеттене… э-хе-э-хе, если вы вдруг не знаете, где это… э-хе-э-хе. Так вот сегодня мы с Кикси… э-хе-э-хе. Кикси это мой кокер-спаниэль… э-хе-э-хе, он у меня такого… э-хе-э-хе редкого чало-голубого окраса и поэтому… э-хе-э-хе, наверное, такой своенравный… э-хе-э-хе и везде сует свой любопытный, мокрый нос… э-хе-э-хе…

Услышав подобный бред из уст подруги, Пенелопа даже за руку себя ущипнула, чтобы убедиться, что она не спит и происходящее перед её глазами сюрриалистически-странное действо и слышимый её ушами ирроционально-абсурдный диалог – это не плод её подуставшей от излишеств впечатлений и потому впавшей в маразм фантазии.

Щипок получился неожиданно болезненный и потому Пенелопа взвизгнула.

– Мэм, что у вас происходит? – отреагировал на визг оператор, на этот раз с лёгким оттенком, беспокойства, раздражения и нетерпения в голосе.

– Тсс! – шикнула на подругу Кэссиди, показав ей пальцами, чтобы та застегнула рот на молнию. – У меня, деточка… э-хе-э-хе, как я и сказала… э-хе-э-хе, ничего не происходит… э-хе-э-хе! Ну разве, что пришлось пнуть Кикси… э-хе-э-хе, а то она у меня вечно лезет, куда не просят… э-хе-э-хе! – сварливо объяснила Кэссиди, предупреждающе глядя на подругу. – А вот у других людей случилось… э-хе-э-хе! – сообщила она и взяла паузу, чтобы, наконец, отдышаться.

– У каких людей, мэм? – уточнила оператор колл-центра, воспользовавшись паузой.

– Но я же вам уже сказала… э-хе-э-хе! У моих соседей снизу! Которые живут на 72-м этаже! – капризно-раздраженно фыркнула Кэссиди и сделала глубокий вдох и выдох, чтобы окончательно восстановить дыхание.

– И что у них случилось, мэм? – вежливо уточнила оператор, воспользовавшись очередной паузой.

– Так я же рассказываю! Точнее, пытаюсь! А вы меня всё время перебиваете! А если бы не перебивали, то я бы уже рассказала! – нравоучительно-ворчливо, как только умеют делать очень старые леди, осадила Кэссиди оператора. – Так вот, значит-с, выхожу я с Кикси на лестничную площадку, жму на кнопку, а лифт, значит-с, не едет…

– Мэм, 29-й дом, 15-я улица, там действительно сегодня были проблемы с подачей электроэнергии, но на данный момент… – тут же услужливо начала информировать её оператор.

– Деточка! Вас что не учили, что перебивать это не хорошо?! И тем более, нехорошо – перебивать старших! – сварливо прервала Кэссиди. – Ну, сами подумайте, стала бы я вам рассказывать о Кикси, если бы речь шла только о проблеме с подачей электроэнергии? Я может и стара, но из ума не выжила! Так вот, нажала я на кнопку, а лифт не едет… Будь я сама, без Кикси, то, конечно, не за чтобы не пошла вниз пешком, но пришлось, – она тяжело вздохнула. – Потому что Кикси я всё равно бы уже назад в квартиру не загнала, а она мне как дочь, – она снова тяжело вздохнула. – В общем, начали мы с ней спускаться… И тут она, проказница, как залает вдруг! И как дернется! Да так резко, что я не смогла её удержать и выпустила поводок! Ну и что мне оставалось делать? Она же глупенькая у меня! И малютка совсем! Вот и пошла я за ней в ту ужасную квартиру… Вы только не подумайте чего, Кикси у меня собака приличная! Она не за что бы в чужую квартиру без приглашения не вошла, если бы двери были закрытыми! Но двери были открытыми! А там, в квартире… мало того, что всё верх дном, так там ещё и два трупа прямо посреди комнаты лежат… – на этом Кэссиди бросила трубку.

– Всё, Пэн, теперь можно и домой! Пошли? – оказавшись возле подруги в два прыжка, сообщила она.

После чего, не дожидаясь подтверждения и не потрудившись удостовериться, следует ли подруга за ней, направилась к ближайшей станции метро.

Пенелопа, к слову, за Кэссиди последовала не сразу. Прежде чем сдвинуться с места, она на несколько секунд застыла изваянием, растерянно смотря ей вслед. Девочка понимала, что насчёт Алекса, вероятней всего, её подруга права. И всё же ей очень не нравилось, как они с ним поступили. Тяжело вздохнув, она бросилась вслед за Кэссиди и, догнав её, набросилась на неё с упрёками.

– Кэс, ты что, с ума сошла?! Ты зачем копов вызвала?! Уж этого Алекс нам точно не простит! А уж тролль тем более!

– Тролль меня мало беспокоит, Пэн, а вот Алекс… Алекс просто связался с плохой компанией, – мгновенно погрустнев, тяжело вздохнула Кэссиди. – Но он же такой талантливый! И у него вся жизнь впереди! Вот я и подумала… – она снова тяжело вздохнула. – Пока он ещё никого не убил… – на глазах девочки вдруг выступили слёзы. Она всхлипнула. – По крайней мере, я надеюсь на то, что пока он ещё никого не убил. Ну и вообще, в целом, надеюсь, что он пока ещё не натворил ничего непоправимого. Я просто подумала, Пэн, что, если он сейчас попадётся копам, то, возможно, отделается условным сроком. И это станет ему уроком. В общем, Пэн, я сделала это ради него самого! Ради того, чтобы спасти его от него самого!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍