Безумья темный страх (СИ) - Елин Алекс

Несколько недель назад Родес приказал Танну сопровождать поезд, направлявшийся в Миранду. Само собой сержант возмутился — он отвечал за связь, но никак не был охранником или простым бойцом, да только спорить с Родесом — себе дороже. Куда деться? Пришлось влезать в бронежилет, брать в руки автомат и грузиться на поезд, где к своему немалому удивлению сержант встретил много знакомых лиц — все должники мерзкого хряка. Поезд тронулся, впереди их ждал закрытый на карантин город.

Дорога проходила через равнины, ныряла время от времени в густые джунгли, пролегала по краю наступающих болот. Иногда в забранные частой решеткой окна виднелись холмы, на части их стояли укрепленные хутора. Потом джунгли почти вплотную подступили к рельсам. Мерример мог разглядеть не только высокие деревья, но и лианы, и дикие орхидеи, свешивающиеся с них. Иногда с ветки на ветку перепрыгивали мартышки или взлетали редкие яркие попугаи. Лес за окном был очень красив. Сержант даже начал жалеть, что ни разу в жизни не выбирался из Нерейды, ведь в спокойное время некоторые турфирмы устраивали экскурсии в джунгли и на болота. Были даже вертолетные туры.

Поезд начал тормозить.

Несколько солдат в вагоне встрепенулись, подскочили к окнам, но потом вошел старший их группы и сообщил:

— Впереди завал. Его надо разобрать. Пятеро в охранение, остальные на разбор! Танн, ты в охранение.

— Но я плохо стреляю… — выдавил из себя Мерри.

— Поговори мне еще! — рявкнул злой лейтенант и вышел.

Ворча, солдаты вооружились. Поезд остановился. Пухленький сержант, кряхтя и сопя, выбрался из вагона, и полез на крышу, куда ему указал лейтенант. По крышам вагонов рассредоточились несколько человек, в том числе два машиниста и пара солдат из других вагонов. Шестеро рядовых, назначенных лейтенантом, отправились растаскивать поваленные деревья. И тут из леса появились твари.

В ужасе Танн схватился за автомат, направил его на серых человекоподобных монстров, но не смог выстрелить — он не снял оружие с предохранителя. Руки парня тряслись, он с трудом нащупал рычажок, но тут к нему подошел лейтенант и вырвал автомат из рук.

— Не стрелять, идиот! — рявкнул он сержанту в лицо. — Тебя не предупредили что ль?!

— О чем? — истерично закричал Мерри. — Они же их убьют! Убьют!

Снизу уже доносились вопли сослуживцев, кинувшихся к запертым вагонам, и рев тварей. Те набросились на солдат, немедленно принялись их жрать, рвать на куски, а охранение лишь стояло на крыше, не предпринимая никаких действий.

— Их и должны убить, — мрачно ответил лейтенант.

— И нас убьют! — пустил петуха Мерри.

— Нас не тронут, идиот, — прикрикнул старший группы. — Заткнись теперь.

Снизу доносились дикие вопли. Солдаты пытались отбиваться, но у них это плохо получалось. Один из обреченных на гибель солдат сумел вывернуться из лап тварей и начал взбираться по лесенке на крышу вагона, но стоило его окровавленной голове появиться над крышей, как лейтенант ударил его прямо в лицо подкованным ботинком. С нечеловеческим, полным первобытного ужаса, криком парень упал прямо к поджидавшим его тварям.

— Хочешь к ним? — старший схватил Танна за разгрузку и наклонил над краем крыши. Внизу твари жрали уже мертвых сослуживцев, вырывая куски плоти из их тел. Вся насыпь была залита кровью, по подступающим к рельсам кустам размотали чьи-то кишки, а в густых зарослей кустарника валялась оторванная рука, из которой торчали обломки кости.

Танна вырвало. Прямо на копошащихся внизу тварей. Одна из них задрала к верху окровавленную морду; из пасти у нее торчал какой-то кусок кожи, на котором висели волосы. Сержанта скрутил еще один мучительный приступ рвоты. Лейтенант отпустил его, и пухлячок упал на четвереньки на крышу.

— Так хочешь туда?! — присел старший группы рядом с Танном.

— Нет… Нет! — помотал головой измученный Меример.

— Тогда забудь, что ты видел. Забудь, понял? — заорал его мучитель.

— Забуду, — пообещал Мерри, падая на живот. Силы окончательно покинули его.

Потом люди, оставшиеся в живых, что-то быстро выгружали из товарных вагонов и передавали это монстрам. То были большие деревянные ящики, которые твари оттаскивали в джунгли. Что было в этих ящиках, Мерри, само собой, не знал. Потом поезд тронулся, измученный рвотой и страхом толстячок вдруг увидел в окошко какого-то человека, что все это время стоял за деревьями. Разглядеть его лицо у Танна не получилось, но на груди у него был какой-то светящийся предмет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сержант Танн запомнил ту поездку крепко накрепко. Он еще три дня не мог ничего есть, у него резко подскочила температура, в теле ощущалась страшная слабость, он даже чуть было не загремел в госпиталь, но все же сумел побороть себя и придти в норму. Еще через неделю Мерри поставили на вахту с одним из солдат, что были в тот день на крыше поезда.

Сержант и ефрейтор долго сидели молча на вахте, пока Мерри не решился спросить паренька, что и раньше казался ему достойным доверия:

— Бенни, а вот с поездом…

— Что с поездом? — нахмурился ефрейтор.

— Ну, как ты думаешь, зачем тварям эти ящики? Что там?

— Мерри, ты парень не плохой, поэтому просто послушай меня, — покачал головой Бенни. — Не лезь туда. Меньше знаешь — крепче спишь.

— И все же зачем тварям эти ящики? Что в них такого? — не унимался Меример.

— Не знаю, — признался ефрейтор. — Да и знать не хочу. Мне жить еще хочется.

— А как тогда скрыть их недостачу? — подъехал к парню на вращающемся стуле пухлячок. — Ведь в Миранде не идиоты, считать умеют. Если в накладных написано, что погрузили сто ящиков, а пришло восемьдесят шесть, они же это заметят!

— Что ты маленький, что ли? — возмутился Бенни. — У Родеса все схвачено! По накладным их и было столько, сколько доехало до Миранды. Завсклада — его человек. Все, не лезь сюда, если жить хочешь! И меня за собой не тяни. У меня мать и жена на руках.

Больше ни к кому с вопросами Мерри не лез — и впрямь боялся. Да только груз тяжкого знания давил на парня все сильнее. Давеча же встретил он вдову одного из погибших ребят, он с ней в школе учился и был даже немного в нее влюблен. Некогда красивая веселая девушка сейчас походила на оживший труп, она ничего и никого вокруг не замечала, глаза ее покраснели от слез, а некогда роскошные каштановые волосы поседели за одну ночь. И тогда Меример решился.

Сегодня была идеальная вахта для отправки сообщения в РСР во Фритаун: Сандерс дрых без задних ног, о чем никто никогда не узнает. Меример отправит сообщение и сотрет все следы своего преступления! Не даром же он пять лет в институте учился!

Мерри лишь надеялся, что никто в Нерейде так и не узнает о его поступке. Зря. Зря надеялся.

2

— Ну, что попался в сети моей сестрички?

Рик Увинсон прятался от всех на скамейке просторной боковой террасы огромного ледяного дома Лаввальеров, где сейчас проходил торжественный банкет по поводу помолвки одного из братьев Констанции. Рядом с ним появилась Мэри Лаура, как всегда в потрепанных штанах и майке. Босяком и без бюстгальтера.

— А ты чего не на празднике и одета не для праздника? — лениво осведомился Рик.

— А я — чокнутый профессор, мне можно игнорировать любые семейные посиделки, даже желательно, — она уселась на перила веранды.

— Слушай, чокнутый профессор, а ты не знаешь, где у твоего папочки заныкана бутылочка чего горячительного? Я бы с удовольствием выпил чего-нибудь покрепче этого шампанского… Не люблю его, — Рик поморщился, демонстрируя высокий фужер с игристым напитком. Он развязал надоевший галстук-бабочку и спрятал оный в карман фрака или смокинга… В общем, он в тряпках не разбирался, а экипировала его к нынешнему мероприятию Анна. Как и всегда.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Зачем тебе потрошить тайник моего папочки, если у меня есть бутылочка белого рома и лимонад? — хмыкнула Мэри.

— Я даже не надеялся на это чудо, — Рик подошел к профессору и оперся на перила. — Ты поделишься?