Сара Бреннан - Невысказанное

— Мне нравится что-нибудь выигрывать, — заспорил Джаред.

— Мне не нравится что-нибудь проигрывать, — в ответ заспорил Эш, его голос был вежливым даже во время спора.

Именно в этот момент в сознании Джареда взорвался страх.

"Мы не можем ее найти", — сказала Кэми, а потом сквозь него пронеслась паника: Кэми услышала крик.

— Кэми, — сказал Джаред. Он разломил кий о колено одним расчетливым движением и побежал. Боковым зрением он видел, как поднялся Ржавый, двигаясь быстрее, чем имел на то право человек, только что дремлющий за столом в баре.

За ним раздался четкий и резкий голос Эша: — Джаред, не делай этого!

К тому времени, как Эш подошел достаточно близко, чтобы схватить его за локоть, Джаред был снаружи, в темноте, шел дождь и в лунном свете мокрые булыжники под ногами выглядели словно осколки зеркала.

— Джаред, — тяжело дыша, сказал Эш. Его голос звучал отчаянно. — Если происходит что-то плохое, было бы лучше, ели бы никто не видел Линберна на месте происшествия.

— Если происходит что-то? — требовательно спросил Джаред. — И что же может происходить? Что ты знаешь?

— В Разочарованном доле есть люди, которые все еще говорят о том, что произошло в Монксхуде!

Голову Джареда сверлило горе Кэми: он стиснул зубы. — О чем ты?

— О, Господи, — сказал Эш, на щеках которого дождь рисовал слезы. — Ты ничего не знаешь.

— Знаешь что, Эш? Мне плевать, — сказал Джаред и побежал.

Глава 19

КОЛОКОЛ, ТУМАН И НОЖ

"Колокол и Туман" представлял из себя высокое, узкое здание из красного кирпича, построенное на маленькой мощенной возвышенности, так что пол был неровным. На перекошенном полу танцевало около одиннадцати человек и почти все стулья были заняты. Почти также захватывающе проходили все будние вечера в Разочарованном доле. Ночь выдалась неплохой. В дополнение ко всему здесь была Холли, сидящая на барном стуле сияя и явно довольная своим нахождением здесь, которая наполняла радостью все это мероприятие.

— Похоже, моя последняя девчачья ночевка была, когда мне было одиннадцать, — сказала Холли. — У Николы Прендергаст. — Она пожала плечами. — А потом у меня выросли сиськи.

Кэми с Анджелой обменялись неловкими взглядами. Они помнили, как это было: Холли стало гораздо комфортнее тусоваться с парнями, которым она вдруг стала нравиться намного больше, чем торчать с девчонками, которым она неожиданно стала нравиться намного меньше.

— Ах, Никола, — вздохнула Кэми. — Та потерянная сказочная страна. Она перестала приглашать меня, потому что я говорила… — Кэми остановилась. — Говорила без умолку. Но жизнь подшутила над ней, потому что теперь, ей приходится самой покупать выпечку. — Она бросила быстрый взгляд на другую сторону бара, где находилась Никола со своими друзьями.

Кэми даже не была приглашена на пижамную вечеринку, о которой упомянула Холли, хотя прежде она всегда занимала почетное место лучшей подружки. Она посмотрела на Анджелу, язвительную в красном шелке, и Холли, радостную в своих розовых блестках. Подруги, которым было наплевать на её странности, какими бы они ни были; если подумать, то Никола сделала Кэми одолжение.

— До этого вечера я всегда подумывала о том, чтобы потусить с Николой и остальными, — сказала Холли, проследив за взглядом Кэми. — Но сегодня я счастлива там, где я есть. — Она осмотрела бар. — Одно точно, когда это девичник, парни смотрят также, но возомняют себе гораздо меньше. Внося приятное изменение.

Было бы сложно не возомнить, когда Анджела, отклонившись на своем стуле, с предупредительным смыслом водит по горлу алым ногтем, обращаясь к парням, которые по ее мнению пялятся слишком долго.

— Я почти уверена, что парень просто хотел пакетик арахиса, — весело сказала Кэми.

— Если только ты держишь арахис в своем лифчике, — сказала Анджела.

— Я, вообще-то, чего только не храню в своем бюстгальтере, — сказала ей Кэми. — Всегда немного шокирует, если я забываю свой сотовый в нем, а он начинает вибрировать.

— Думаю, Энджи права, так оно и бывает, — сказала Холли. — Парень ни за что на свете не станет думать об арахисе. Но это классное платье.

Кэми пожала плечами.

— Ну, я работаю с тем, что есть. Мне так выглядеть, как вы, девочки, в джинсах, — можно только мечтать.

— Не глупи, ты хорошенькая, как все маленькое, — сказала Холли. — Разумеется, Энджи специализируется в том, чтобы все остальные выглядели так себе.

— Не надо меня ненавидеть потому, что и тэ дэ, и тэ пэ, — пробормотала Анджела, но уши у неё порозовели. Кэми ни за что не собиралась сообщать Анджеле об этом небольшом качестве, которое ее выдает.

Кэми немного успокаивало признание Холли, что она чувствовала себя также несколько неуютно из-за классной внешности Анджелы, особенно после реакции Джареда (точнее заметного отсутствия таковой) на её платье.

— Я вернусь через секунду, — сказала Холли, указывая на дверь, которая вела в уборную. — А после я полагаю, вы, милые дамы, будете должны мне танец.

Кэми отпила свой напиток и глянула на Анджелу. Анджела наблюдала за тем, как Холли маневрировала в толпе на своих высоких серебристых туфлях на каблуках, улыбаясь и вежливо проходя мимо какого-то парня, несмотря на то, что он очевидно пытался задержать её. При взгляде на Холли глаза Анджелы становились нежными, но затем она уничижительно посмотрела на поклонника Холли, а после и на остальных в баре.

— Почему парни такие назойливые? — захотела узнать Анджела, спустя продолжительное молчание, во время которого она, по-видимому, размышляла над этим риторическим вопросом.

— Сложно сказать, — ответила Кэми. — Я списываю это на их неотразимое обаяние и искрометный юмор и стараюсь двигаться дальше. Хотя у моих ног так и валяются эти самые назойливые ухажеры, и шагу не дают ступить. — Она достала соломинку из своего напитка и провела ею по бару, изображая, как идет по бару и спотыкается, спотыкаясь о поклонников, которые на самом деле являлись картонными подставками.

Анджела приподняла идеальную бровь: — Искрометный юмор?

— Анджела, не расстраивайся, — сказала Кэми. — Ты ведь знаешь парней. Им только одно и нужно. Остроумная беседа. Даже сосчитать не могу сколько раз мужчины восхищались моим отточенным остротам. Поверхностные сопляки.

— Что-то Холли куда-то запропастилось; я собираюсь сходить и найти её, — сказала Анджела, поднимаясь со своего табурета в одно простое, вращательное движение. — Но запомни эту мысль. Я обдумываю кое-какую остроту по поводу своего лифчика и она собирается выйти очень недурственной.