Майя Зинченко - Изучающий мрак (Дарвей)

  - Твои братья были с тобой?

  - Да. Именно поэтому они решили погибнуть сами, но дать нам шанс спастись. На них сильно повлияло увиденное в поселке. Среди замученных жертв мы нашли и местного служителя - Танцующего в пламени. Его несколько часов изощрено пытали. На нем не осталось живого места - его можно было узнать только по огненным волосам и татуировке, - гном перешел на шипящий шепот.

   Клифф невольно содрогнулся.

  - Малем, - поспешно спросил монах, чтобы отвлечь его от жутких воспоминаний, - мне непонятна одна вещь: как вы и орки успели пройти такой большой путь и отыскать меня в Тавросе? Ведь я оставил озерный город совсем недавно.

  - Да, меня это тоже смущает, - подтвердил Клифф. - Неужели вы научились летать по воздуху?

  - Нет, полеты здесь ни при чем. Я начал поиск еще зимой. Сразу, после того как меня посетило видение, поэтому у меня было достаточно времени.

  - Но как это возможно? Я знал одного замечательного астролога, он по звездам мог предсказать очень многое, но чтобы отыскать незнакомого человека в чужой стране?!

  - Я слышал об астрологах. Их мастерство велико, но не имеет ничего общего с моим. Я смотрю в пламя, и в этот миг сливаюсь с ним, становлюсь совершенным существом. Но я вижу только то, что оно желает мне показать. Ничего больше. Поэтому не спрашивайте меня о будущем. Да, я видел нити, протянутые меж тобою и городом, видел твое лицо, но только потому, что тобой заинтересовалась его хозяйка. Линии судьбы уже обозначались.

  - Понятно, почему Орман не давал мне житья своими гороскопами. Полагаю, аналогичное ведение посетило и бакетов. Похоже, что все ждут - одни с ужасом, другие с надеждой, когда меня озарит, и я найду выход из положения.

  - Теперь мы никому не можем доверять. Всякий человек может оказаться шпионом орков, их глазами. Даже самый безобидный - старик, женщина или ребенок. Люди так слабы, их непротивление злу пугает. Помните об этом. Клифф, это особенно тебя касается.

  - А чем я хуже?

  - Ты слишком молод и легкомыслен.

  - Что?! Я не ставлю под сомнение, что вы с Дарвеем опытнее, но зачем обвинять меня в идиотизме? И почему это речь идет только о людях? - разъярился маг. - Можно подумать среди гномов одни праведники! Они только и думают, что о прибылях. Готовы ради медяка душу вытрясти.

  - Клифф, остынь, - монах опустил руку ему на плечо. - Теперь нас трое, и нам лучше быть друзьями, а не врагами.

  - Среди гномов нет праведников, мы любим деньги, и те удовольствия, что они нам приносят, - спокойно ответил Малем. - Но мой народ всегда свято чтил традиции. Мы не убиваем, не грабим, не переступаем черты дозволенного. У людей о нас сложилось неверное представление. Мы много и упорно работаем, а дурные слухи о гномах распускают завистники.

  - Естественно, что ты еще может сказать?! - в ярости закричал парень. - Когда ты один из них!

  - Клифф! - Дарвей сжал его плечо. - Да что с тобой такое?

   Юноша развернулся и оттолкнул его руку. Отбежав на десяток шагов, он опустил голову, избегая смотреть на друга. Малем встал рядом с монахом, настороженно наблюдая за парнем.

  - Возможно, шараны ближе, чем я предполагал, - тихо сказал Смотрящий.

  - Ему надо помочь.

  - Как? - развел руками Малем.

   В этот момент маг закричал. Его крик быстро перешел в хрип, и он, схватившись за шею, побежал вперед. Дарвей бросился за ним:

  - Клифф, борись с собой!

  - А! Нет, оставьте меня! Нет! Я не хочу! - юноша упал на землю и стал биться в конвульсиях.

   Дарвей подбежал к нему и, выхватив нож, привычным движением стукнул рукоятью по голове. Клифф сразу же затих.

  - Вот так-то лучше, - проворчал монах, взваливая мага к себе на спину.

  - Ты его вырубил? Весьма неординарное решение, но от этого не менее мудрое, - признал Малем. - Мне оно не пришло в голову.

  - Я столько раз это делал... Надеюсь, когда он очнется, шараны оставят его в покое.

  - Твой друг начал сомневаться, а сомнение есть корень всякого зла. Если хочешь, я помогу тебе его нести. Только нужно сделать носилки.

  - Не до того, - он неодобрительно смерил глазами щуплую фигуру жреца, пожалев, что тот не обладает крепостью и силой своих сородичей. - Как только выйдем на тракт, я попрошусь к торговцам и устрою его на телеге с комфортом.

  - До тракта далеко.

  - Только не для такого бывало ходока как я, - с кряхтением ответил Дарвей. - Тем более что идти придется вниз.

   Малем с сомнением посмотрел на него, но благоразумно промолчал. К чести монаха, он дотащил Клиффа до дороги самостоятельно. Когда показались огни костров, что развели дозорные торговцев, Дарвей вздохнул с искренним облегчением. Пробираться ночью сквозь лес, ежесекундно цепляясь за деревья и кусты, с бесчувственным телом на плечах - это в высшей степени затруднительно.

  - Покарауль его, - попросил Дарвей Малема, опуская друга на траву и разминая затекшее плечо. - А я пока договорюсь с хозяевами.

  - Ты хочешь по этому тракту добраться до самого Габельна?

  - А почему бы и нет? Или ты полагаешь, что на нем нас может ждать засада?

  - Не знаю, вряд ли, - покачал головой Малем. - Ты меня не так понял. Я спросил, потому что опасаюсь лошадей.

  - Что? - брови монаха поползли вверх от удивления. - Но почему?

  - Они... Они... - гном развел руками. - Не могу объяснить.

  - Ну вот, а я как раз думал о том, как хорошо было бы купить коней и отправиться в Габельн верхом, - расстроился он.

  - Да, заманчивое предложение, - согласился Малем, но его тон явно свидетельствовал об обратном.

  - Животные никогда не делали мне зла. Мы понимаем друг друга с одного взгляда, и я могу подобрать тебе самую мирную и спокойную лошадку.

   Видно страх Смотрящего перед лошадьми был действительно силен. Он лишь кротко кивнул в ответ, не смея возразить. Он понимал, что чем скорее они переступят порог храма в Габельне, тем быстрее окажутся в безопасности.

   Дарвей отправился к торговцам. Малем проследил за ним взглядом. Это было нелегко: монах по привычке ушел в тень и крадучись приблизился к кучке ничего не подозревавших дозорных, расположившихся вокруг костра. Гном провел пятерней по непослушным вихрям, торчащим в разные стороны, и сел на землю скрестив ноги.

   Малем вспоминал братьев. Их голоса, смех... Это небывалый случай, когда в одной и той же семье один за другим рождаются трое служителей. Он был старшим. От самого рождения и до самой смерти был рядом братьями. Хотя нет, не до самой смерти... В последней миг он убежал, оставил их одних.

   Где они допустили ошибку? Почему позволили бакетам найти убежище?