Пламен Митрев - Золотая пантера

Седой корчмарь ловко отбил несколько ударов и увернулся от направленных на него мечей. Несмотря на поврежденную ногу, Альтрен был довольно искусным мастером боя мечом и, несмотря на численное превосходство противника, шансы на победу у него были немалые. Его меч уже успел поразить троих противников, а четвертый, выпустив из рук длинную алебарду, изрытая проклятия, отступил назад, с удивлением рассматривая поврежденную правую руку. Перед Альтреном как из-под земли возник высокий чернобородый воин. Позолоченная кольчуга и до блеска начищенный островерхий шлем свидетельствовали о том, что это не просто обыкновенный воин, а офицер или даже военачальник. Альтрен уже было скрестил с ним свой меч, как точно пущенный огромный кокосовый орех, попал Альтрену точно в макушку. Сознание у него помутилось, и он упал на землю. Сопротивление корсаров захлебнулось…

Еще во сне Конан ощутил смутную тревогу. Так было всегда, в минуты смертельной опасности. Словно тогда где-то в глубине его первобытной натуры просыпались какие-то л древние чувства, помогавшие ему осознать, что происходит. Но какая опасность может ему грозить в хорошо охраняемом лагере? Здесь, на Гибельном берегу, пираты беспрекословно подчинялись всем его приказам, не смея ослушаться.

Реана, сладко спавшая у него на плече, недовольно поерзала, потом, прижавшись к нему, снова затихла. Костры еще горели, но пламя их становилось каким-то бесцветным, почти прозрачным. Это подсказало Конану, что близится рассвет. Рядом спокойно дышали во сне его спутники. Богард и Тошвел Шах спали в отремонтированной бронированной карете. Сиана спала рядом с буйволом, который как верный пес не отходил от нее ни на шаг. В предрассветном мраке слышались лишь равномерные шаги часового. Мюмюн Бег, который отвечал за охрану лагеря, хорошо знал, что главная опасность таится за пределами лагерных костров, а потому выставил охрану на подступах к лагерю.

Несмотря на относительную безопасность, Конан испытывал какое-то странное беспокойство, словно некое шестое чувство заставляло его все время быть начеку. Тихонько, чтобы не разбудить Реану, Конан выбрался из постели. Он не сделал и нескольких шагов, как позади биги Реаса услышал какой-то шум, какое-то движение. Сделав два огромных прыжка, варвар оказался там, откуда донесся шум. В тени кареты он заметил два силуэта. Конан взмахнул мечом, но одна из теней завопила:

— Конан, это я, Кетраг!

Услышав знакомый голос, Конан застыл, потом отступил назад и пристально вгляделся в незнакомцев. Отступая назад, он наткнулся на острие оружия. Это была Золотая Пантера, готовая подкрепить его в возможной схватке.

— Чапа предупредил меня. Надо сказать, что у твоих друзей феноменальные способности, ибо никто не слышал, как они пробрались в лагерь. Но у водяных буйволов невероятный слух, вот я и поспешила тебе на помощь, — пояснила атаманша пиратов.

Конан вынул из кольца кареты смолистый факел и зажег его от ближайшего костра. Позади двоих пришельцев показалась новая тень. Разгоревшийся факел осветил лица людей. Один из них действительно был Кетраг, другого же Конан видел впервые. А позади, вытянув наизготовку лук, стоял альб Гелронд.

— Вряд ли водяные буйволы могут тягаться с альбами! — насмешливым голосом сказал Гелронд. — Ну, здравствуй сын Бато!

От неожиданности гирканский вождь резко повернулся. Скуластое лицо осветила радостная улыбка. Все знали о его крепкой дружбе с альбом.

— Как я рад, что снова вижу тебя, благородный друг! Хотя я не удивлен твоим появлением здесь. Как увидел стрелы, впившиеся прямо в зрачок тех гадин, тут же понял, кто это сделал!

Альб и Конан крепко пожали протянутую им руку.

— Познакомьтесь, это Гюлал по прозвищу Бесшумно Ступающий. Он мой друг — ему я обязан жизнью! — представил своего спутника Кетраг. — Ему срочно нужно увидеть Реаса Богарда!

— На сей раз я не смог оправдать своего прозвища! — с иронией в голосе произнес незнакомец и крепко пожал руку Конану и Гелронду.

Но в этот миг Сиана, которая отскочила назад, выхватила меч и громко сказала, указывая на Гюлала:

— Этот перед вами — самый верный пес Адража Хана, сатрапа Хоарезма. Более опасного головореза по всему побережью днем с огнем не сыщешь!

— Не беспокойся, Сиана! — успокоил ее Конан. — Это имя мне знакомо. К тому же Кетраг — верный наш товарищ и помощник. Он не может ошибиться.

— Ты прав, Конан! — сказал Кетраг. — Просто дама слишком импульсивна. Гюлал не представляет для нас никакой опасности!

— Я не дама, а Сиана Блейн, капитан капера «Черная пантера»! — обиженно воскликнула девушка.

— Так значит ты — Золотая Пантера! — восхищенно вымолвил Кетраг, во все глаза глядя на девушку. — Тысячу извинений! Не часто случается, чтобы я спутал кровожадного тигра с пушистым котенком. Слава о тебе…

— Хватит! — вдруг прервал его баритон Богарда. Повелитель Зари появился из темноты полностью одетым, словно и не спал вообще. Вслед за ним из биги спустился Тошвел Шах. Лицо его было заспанным. — Кетраг и его спутник пришли издалека и наверняка устали. Предлагаю их принять и накормить, а потом уже будем разговаривать…

Альтрен очнулся от того, что у него буквально раскалывалась голова. Он немного полежал, пытаясь сообразить, что же произошло, потом облизал пересохшие губы и лишь тогда открыл единственный глаз.

Он лежал связанный, словно кокон, на какой-то обширной площадке, покрытой базальтовым плиточником. Неподалеку возвышались две странные башни, соединенные высоким сводчатым мостом. Внизу башни окружала колоннада, подобно той, которая обычно опоясывает пантеоны, которые Альтрену доводилось видеть в древних шемитских городах во время его путешествий в молодости. Там же располагались и какие-то статуи, но оттуда, где он лежал, их не было видно. На другом конце площади располагалось какое-то селение, укрепленное странным способом. Нижняя часть импровизированного форта была обнесена оградой из острых кольев, причем острой частью наружу, а все селение было покрыто сложной конструкцией из длинных балок с заколоченными на них острыми клиньями. Завершала укрепление огромная куча колючих кустов, выдранных с корнями из земли, но отлично прижившихся высоко над землей. Такому опытному воину, как Альтрен, было предельно ясно, что все эти меры не были направлены против людей, а против кого-то более страшного.

Альтрен огляделся. Рядом с ним на земле лежали связанными его люди. Не было только Румея Оглу. Все уже пришли в себя. Охраняли их пятеро стражников, одетые в лохмотья. Явно, никто из них не был профессиональным воином. Когда один из них заметил, что Альтрен очнулся, он оставил товарищей и быстрыми шагами отправился в сторону укрепленного селения. Прошло немного времени, и он вернулся, ведя за собой высокого чернобородого воина в позолоченной кольчуге. Тот приказал поставить Альтрена на ноги и властным тоном спросил по-иранистански: