David Eddings - Келльская пророчица

И тут явились королевские портные. Польгару и остальных женщин тотчас же как ветром сдуло. Гарион и прежде замечал, что искусство портных в чем-то сродни колдовству, поскольку завладевает сердцами даже самых достойных женщин.

Вслед за портными появились швеи, которые, подобно портным, работали в духе седой старины. Бельдин, разумеется, был непоколебим – он тотчас же со всей решительностью отверг их услуги. Одному особенно настойчивому портному ему даже пришлось показать корявый большой кулак, и тот понял наконец, что горбун вполне удовлетворен своим внешним видом.

Гарион же и Закет пребывали во власти запрета, наложенного на них прорицательницей из Келля, и оставались в доспехах.

Когда же наконец их оставили в покое, Бельгарат сурово насупился.

– Предупреждаю вас двоих: будьте предельно осторожны во время турнира. Нарадасу известно, кто мы такие, – видели, как легко ему удалось нас задержать? Он вполне может пойти и несколько дальше. – Старый волшебник пристально посмотрел в сторону дверей. – Куда это ты направляешься? – спросил он у Шелка.

– Хотел немного погулять, принюхаться, – с невинным видом отвечал маленький мошенник. – Никогда не вредно знать, что нас ожидает.

– Ну ладно, но будь осторожен. И гляди, чтобы что-нибудь чужое ненароком не перекочевало в твой карман. Если тебя застукают, нам всем не поздоровится.

– Ты обижаешь меня, Бельгарат! – возмутился Шелк. – Никто никогда еще не видел, чтобы я что-то украл!

И удалился, все еще возмущенно бормоча что-то себе под нос.

– Как думаешь, этим он хотел сказать, что красть вообще не в его привычке? – спросил Закет.

– Нет, – вдруг раздался голос Эрионда. – Он сказал лишь то, что сказал, – никто никогда не заставал его за воровством. – Юноша ласково улыбнулся. – У него есть несколько дурных привычек, но ведь мы пытаемся его перевоспитать...

Впервые за очень долгое время Гарион услышал голос своего юного друга. Эрионд делался все более молчаливым, все глубже уходил в себя. И это беспокоило Гариона. Эрионд всегда был странным мальчиком и умел предчувствовать грядущие напасти даже тогда, когда все остальные оставались безмятежно спокойными. Гарион с ужасом вспомнил роковые слова Цирадис, прозвучавшие в Реоне: «Путь твой исполнен будет великих опасностей, Бельгарион, и один из друзей твоих сложит голову в этом пути».

И тут, словно в ответ на его безмолвную мысль, из комнаты, где дамы совещались с портными, явилась келльская прорицательница с повязкой на глазах. Вслед за нею выпорхнула Сенедра, облаченная в одну лишь сорочку, притом весьма короткую.

– Но это же такое роскошное платье, Цирадис! – умоляющим тоном воскликнула королева.

– Оно хорошо для тебя, королева Ривы, – ответила пророчица. – Но эта роскошь не для меня.

– Сенедра! – Гарион задохнулся от возмущения. – Ты же не одета!

– Да ну тебя! – отмахнулась Сенедра. – Кто из вас не видал голых женщин? Важнее то, что я никак не могу сладить с моей загадочной подружкой. Цирадис, если ты не наденешь это платье, я очень, очень рассержусь на тебя! К тому же нам срочно нужно соорудить тебе подходящую прическу.

Пророчица же, словно на глазах у нее и не было повязки, приблизилась к Сенедре и нежно заключила ее в объятия.

– Дорогая, дорогая моя Сенедра, – ласково заговорила она, – сердце твое больше, чем ты сама, моя крошка, а твоя заботливость согревает мне душу. Но я вполне удовлетворена моим незатейливым нарядом. Возможно, со временем вкусы мои и переменятся – тогда я с радостью прибегну к твоим любезным услугам.

– С нею решительно невозможно разговаривать! – всплеснула руками маленькая королева. И грациозно скользнула в двери дамской комнаты – только взметнулся коротенький подол.

– Ты должен получше ее кормить, – заявил Бельдин Гариону. – Не пойму, в чем душа держится...

– Она и такой мне нравится, – ответил Гарион. Потом взглянул на Цирадис. – Не желаешь ли присесть, великая прорицательница?

– Если позволишь.

– Разумеется!

Гарион жестом отклонил помощь Тофа и сам подвел девушку с завязанными глазами к мягкому креслу.

– Благодарю тебя, Бельгарион, – сказала она. – Ты столь же добр, сколь и отважен. – Улыбка ее была словно луч солнца в ненастный день. Рукой она коснулась своих волос. – Неужели это и впрямь столь безобразно?

– Это прекрасно, Цирадис, – чистосердечно ответил Гарион. – Сенедра частенько преувеличивает, к тому же обожает выводить из себя людей – меня, в частности.

– Разве тебе это столь уж неприятно, Бельгарион?

– Н-нет. Я, наверное, заскучал бы по этим ее выходкам, если бы она вдруг сделалась благоразумной.

– Ты попался в любовные сети, король Бельгарион. Ты могущественный волшебник, но, смею думать, твоя маленькая королева при помощи еще более сильных чар околдовала тебя и держит сердце твое на своей маленькой ладошке.

– Это правда, но, знаешь, я ничего не имею против.

– Если вы не прекратите этой слащавой тягомотины, меня вырвет! – ворчливо заявил Бельдин. И тут воротился Шелк.

– Ну как, клюнуло? – спросил Бельгарат.

– Нарадас обставил тебя и с библиотекой. Я заглянул туда, и тот, кто ведает книгами...

– Библиотекарь, – рассеянно уточнил Бельгарат.

– Хоть черт в ступе. Так вот, он сказал, что, как только Нарадас появился в замке, он тотчас же перевернул все вверх дном в библиотеке.

– Это уже кое-что, – сказал Бельгарат. – Значит, Зандрамас нет на острове. Она послала сюда Нарадаса, чтобы он выполнил ее поручение. И что, он все еще разыскивает карту?

– Похоже, нет.

– Значит, он ее нашел.

– И, скорее всего, уничтожил, чтобы мы до нее не добрались, – прибавил Бельдин.

– Нет, добрый Бельдин, – вмешалась Цирадис. – Та карта, что вы ищете, все еще существует, но она вовсе не там, где вы намеревались ее искать.

– Но, разумеется, нечего и ожидать, что ты намекнешь, где именно она сейчас находится? – без всякой надежды спросил Бельгарат.

Цирадис отрицательно покачала головой.

– Не стоит, уважаемый Бельгарат.

– Погоди-погоди, ты сказала «карта»? – Бельдин, как всегда, атаковал лоб в лоб. – Значит ли это, что она существует в единственном экземпляре?

Цирадис кивнула.

Горбун передернул плечами.

– Ну да ладно. Поиски карты заполнят наш вынужденный досуг – нам все равно нечего делать, покуда двое наших героев не начнут пробовать на зуб доспехи своих противников.

– Кстати, чуть не забыл! – воскликнул Гарион, пристально глядя на Закета. – Ты ведь не умеешь орудовать копьем, я правильно понял?

– Честно признаться, не умею.

– Тогда завтра утречком мы с тобой куда-нибудь подадимся, и я дам тебе несколько добрых советов.