Лорри - Всё не просто

– Малыш, пойдём, поможешь парням с охраной.

Я, если сказать прямо, был слегка в недоумении. Неужели мои услуги всё-таки понадобились? До этого я чувствовал себя не столько членом отряда, сколько ценной посылкой, которую необходимо обязательно доставить до адресата. Причём посылкой настолько ценной, что есть куча желающих её доставить, правда, по разным адресам.

– Что от меня требуется? – Внимательно смотрю на дядюшку, мне интересна его реакция на мои слова. – Или ты опять имеешь в виду эльфийское колечко, а я так, приложение к нему.

Рорин понимающе хмыкнул, видимо вспомнил мой облом около поместья (но ведь мои сведения очень им пригодились, так что я не совсем бесполезен). Он сильно нагнулся и прошептал мне на ухо.

– Нет, на сей раз понадобился именно ты. Все устали, Шас сегодня нам не помощник, а парням надо хоть часок соснуть. Если нам повезёт и ночью будет тихо, то на рассвете мы быстренько переместимся к нашему человечку. Тут совсем недалеко, но у нас двое больных на руках, значит, нужна не столько скорость передвижения, сколько аккуратность перевозки. Если длинноухие просто следуют за нами, то их совсем мало и мы сможем отбиться своими силами. Если же планируют силовую операцию, то, скорее всего, прихватили с собой отряд Эль, это тридцать бойцов – для нас это многовато. Так что придётся хитрить, а для этого нужны силы.

Во время разговора Рорин не стоял спокойно: он, то внимательно осматривал коридор, то замолкал, прислушиваясь, как будто подозревал, что из стен торчат эльфийские уши. Всё это выглядело, учитывая весьма внушительные размеры орка, слегка настораживающе. У Рорина был небольшой Дар и вполне может быть, что он чуял что-то (не мог же он специально вгонять меня в состояние паники, ведь тогда я стану совершенно бесполезен), однако прямо сказать мне о наличии эльфов в пределах досягаемости он так и не удосужился. Что настораживало ещё сильнее.

– Так что тебе надо, только скажи прямо, без всех этих пояснений.

– Малыш, куда уж прямее? Иди в конюшню, смени бойца и сиди тихо до утра. Это достаточно понятно?

Странный он всё-таки. То даже в кусты ведут с сопровождением, то выкидывают из дома под весьма сомнительным предлогом.

– Хорошо, только возьму несколько вещей потеплее.

Тихонько прокрадываюсь в нашу комнату и начинаю скидывать в свой мешок кое-что из своего арсенала. Пора вспомнить, что не всю жизнь мне сопли вытирали орочьи няньки. Когда человеку почти двадцать пять, он успевает расстаться со своими романтическими представлениями об окружающем мире и людях. И эльфах. Да и орках. Что-то мне сомнительно, что ночь пройдёт без приключений. Если уж орки стали чудить, с их простотой, то явно что-то намечается. Ладно, к утру станет ясно – кто из нас дурак.

Собрав все предметы первой необходимости для встречи с "друзьями", спускаюсь вниз. Прихватив на кухне кувшин парного молока и пару ломтей хлеба с солью (не столько для себя, сколько для Лакомки), отправился к нашим лошадям. Конюшня была небольшая, десять стойл (по пять с каждой стороны), лестница на сеновал у дальней стены. Темно, тепло, от присутствия лошадей в помещении было уютно и спокойно. Боец ждал меня у дверей, пожелал спокойной ночи и ушёл. Я внимательно осмотрел всё, даже залез на сеновал (судя по нескольким утрамбованным ямкам, он пользовался популярностью у местных служанок и посетителей), подготовил себе удобную лёжку около слухового оконца и спустился вниз.

Местечко в общем-то, неплохое, вход один, дверь слегка поскрипывает, своеобразная сигнализация, так сказать. На самый крайний случай размер окошка вполне позволял (при моей-то сухощавости) выбраться на крышу. Конюшня пристроена к дому, так что добраться до своих не составит особых проблем.

На дворе было темно и тихо. Я постоял, посмотрел на звёзды, и пошёл к лошадям. Лакомка с удовольствием приняла мой подарок в виде ломтя хлеба с солью. Не знаю почему, но рядом с лошадьми я чувствовал себя в безопасности. Естественно, имея дело с длинноухими, нельзя было полагаться на чуткость животных. Но всё равно, в последнее время я не любил долго находиться один. Начинали лезть в голову всякие неприятности, произошедшие с нами в последнее время, одолевать сомнения в правильности своих действий и т.д.

Так, все спят, пора приниматься за дело. Моих запасов должно хватить на несколько не приятных сюрпризов незваным гостям. Пусть приходят, а там посмотрим.

Каэльри, глава отряда храмовников Эль, с вожделением смотрел на тихий человеческий постоялый двор. Его интерес к этому зданию был вызван не розовой мечтой стать трактирщиком, и не желанием приобрести столь сомнительную недвижимость, а тем, что там находилось его будущее. Его блистательное будущее. Предметом вожделения была не эльфийская дева, томящаяся в плену у грязных орков, а гадкий человеческий выкормыш, настолько скользкий, что мальчишку не смогли поймать предыдущие перед Каэльри охотники.

Их неудача – шанс для эльфа. Наконец-то у него появилась надежда восстановить своё положение в Доме и рассчитаться со всеми своими "доброжелателями", которые и довели его положения изгоя. Наконец-то он получит возможность вернуть своё, уже почти позабытое имя – Элькари***.

Триста лет. Триста лет он вынужден общаться с людьми и орками ежедневно. Для приличного эльфа это слишком тягостное общество. Каэльри готов был умолять о вынесении ему смертного приговора, только бы избавиться от близкого знакомства с этими примитивными животными. Но тот, кто выбирал для провинившегося эльфа наказание, знал что делает. Что такое мгновенная смерть по сравнению с десятилетиями моральных страданий от недостойного его окружения. Первое время, чтобы вынести рядом находящихся людей и не дать им понять о своём отвращении к ним, эльфу приходилось принимать душ по несколько раз на день. А из-за специфического запаха человеческих городов и жилищ (временами от этого амбрэ с трудом удавалось удержать приступ рвоты), он старался говорить как можно меньше – поэтому за ним в отряде закрепилась кличка " Чистенький Молчун". Потом прозвище сократили до "Молчуна", а теперь его отряд почтительно называл своего главу "капитан Мол".

Каэльри был доволен, что первым на поимку мальчишки отправили Шаса. Бывший глава отряда провёл для эльфа "разведку боем" и теперь можно было примерно рассчитать возможности отряда орков. Жаль, конечно, что нашли и уничтожили "жемчужный цветок" – жизнь девчушки Шаса могла стать достойным аргументом при переговорах, но и так всё получилось вполне удачно. Капитан знал количество орков и то, что шаман сильно ранен, так что сейчас было самое оптимальное время для захвата принца (смешно – эти животные ещё и кичатся своими придуманными титулами!).