Глен Кук - Десять поверженных

– Добрый вечер, братья. Выдержки из Анналов Черной Гвардии, последней из Вольных Гвардий Хатовара. Сегодня я читаю из Книги Кетт, начатой во втором веке истории Гвардии и записанной хранителями Анналов Осадком, Агрипом, Дубом и Соломой. В то время Гвардия служила Богу Страданий и в К'он Делоре. Тогда Гвардия была действительно черной. И я прочитаю вам то, что писал хранитель Анналов Солома. Он осветил роль Гвардии в событиях во время падения К'он Делора.

Я начал читать, отметив про себя, что Гвардия служила уже многим хозяевам, которые в конце концов были побеждены.

Времена Ко'н Делора обнаружили большое сходство с теперешними, хотя тогда Гвардия насчитывала около шести тысяч человек и могла сама позаботиться о своей судьбе.

Я совершенно потерял нить повествования. Этот Солома был дерьмовым писателем. Я читал целых три часа, и это было похоже на бред безумного пророка. Народ сидел как загипнотизированный. Когда я закончил, толпа разразилась овацией. Я удалился с таким чувством, как будто выполнил свое предназначение в этой жизни.

Когда я добрался до своей казармы, то последствия этого спектакля, которые выразились в полном умственном и физическом истощении, все-таки дали о себе знать. Будучи почти офицером, я имел свою собственную комнатушку.

Пошатываясь, я двинулся прямо туда.

Ворон поджидал меня. Он сидел на моей койке, колдуя над стрелой. На древке ее было серебряное кольцо, и Ворон, по-моему, что-то на нем выцарапывал. Если бы я не был до такой степени уставшим, я бы полюбопытствовал.

– Ты был просто превосходен, – сказал мне Ворон, – даже я почувствовал.

– А?

– Ты заставил меня понять, что это значило тогда – быть одним из собратьев Черной Гвардии.

– И кое для кого значит до сей поры.

– Да. Больше того, ты рассказал, как они жили.

– Да-а. Конечно. А что ты делаешь?

– Готовлю стрелу для Хромого. С его настоящим именем. Ловец Душ дал мне его.

– О! – усталость не давала мне вникнуть в суть дела. – Что ты хотел?

– Ты заставил меня почувствовать что-то, впервые с тех пор, как моя жена со своими любовниками пытались меня убить и украсть мои титулы и права.

Он поднялся, прикрыл один глаз и посмотрел на стрелу с торца.

– Спасибо, Костоправ. На какое-то время я опять почувствовал себя человеком.

Он шагнул за дверь.

Я рухнул на койку, закрыл глаза, вспоминая, как Ворон душит свою жену, берет ее обручальное кольцо, не произнеся при этом ни слова. Одной этой скоропалительной фразой он рассказал о себе больше, чем за все то время, что я его знаю. Странно.

Я засыпал, думая о том, что он свел уже счеты со всеми, кроме самого главного источника своих бед. Хромой недосягаем, потому что он принадлежит самой Леди. Впрочем, уже нет.

Ворон, наверное, размышляет о завтрашнем дне. Интересно, какие сны ему будут сниться сегодня. И останется ли у него какая-нибудь цель после смерти Хромого? Человек не может жить одной ненавистью. Может, он и не будет утруждать себя, стараясь выжить в надвигающейся переделке. Наверное, это он и хотел сказать. Мне было страшно. Человек с такими мыслями мог стать опасным для окружающих.

На мое плечо опустилась рука.

– Пора, Костоправ.

Капитан сам будил нас.

– Ага. Я уже проснулся, – спал я не очень хорошо.

– Ловец уже готов.

Было еще темно.

– Сколько времени?

– Почти четыре. Он хочет выйти до рассвета.

– О!

– Костоправ? Будь там поосторожнее. Я хочу, чтобы ты вернулся.

– Конечно, Капитан. Вы же знаете, я не искушаю судьбу понапрасну.

Капитан? И все же, почему я и Ворон?

Может, он сейчас мне скажет это.

– Он сказал, что Леди назвала это вознаграждением.

– Серьезно? Награда…

Капитан двинулся к двери, а я озирался в поисках сапог. 

– Спасибо, Капитан.

– Ладно.

Он понял, что я благодарю его за заботу. Я зашнуровывал куртку, когда в дверь просунулась голова Ворона.

– Готов?

– Минуту. Там холодно?

– Морозец.

– Взять плащ?

– Не помешает. Кольчуга? – он дотронулся до моей груди.

Я накинул плащ, подхватил лук, подбросил его на ладони. Амулет Гоблина холодил мне грудь.

- Надеюсь, он поможет.

– Мне тоже, – улыбнулся Воров. Я ответил ему кислой улыбкой.

– Пойдем, разберемся с ними.

Ловец Душ ждал нас на заднем дворе, там, где мы упражнялись в стрельбе. Из столовой на него падал свет. Пекаря уже вовсю работали. Ловец стоял прямо и неподвижно, как на параде, в левой руке – узелок. Он смотрел в сторону Облачного Леса. На нем были только его кожаные одежды и шлем. В отличие от других Поверженных он редко носил оружие. Ловец Душ привык полагаться на мастерство своих интриг. Он разговаривал сам с собой. Довольно жутко.

– Хочу, чтобы он низвергся. Я ждал этого сотни лет…

– Подходить близко нельзя. Он нас почует.

– Иди туда без Силы.

– О! Это слишком рискованно.

В разговор вступил целый хор голосов. Мне действительно стало не по себе, когда сразу два голоса заговорили одновременно.

Мы с Вороном переглянулись. Он пожал плечами. Ловец его не беспокоил. Правда, он вырос уже во времена Леди. Он видел всех Поверженных, а Ловец Душ из них всех наименее эксцентричный.

Несколько минут мы слушали, но не уловили ничего осмысленного.

– Господин, мы готовы, – наконец пророкотал Ловец Душ. Его голос намного дрожал.

Сам я был не в состоянии сказать ни слова. Я думал только о луке, стреле и той работе, которую мне предстоит сделать. Я вновь и вновь представлял себе, как натяну тетиву, отпущу ее, полетит стрела. Не сознавая того, я схватился за подарок Гоблина. Еще много раз я буду ловить себя на этом движении.

Ловец Душ встряхнулся, как мокрая собака, подобрался. Даже не взглянув на нас, он махнул рукой.

– Пойдем, – сказал он и зашагал прочь. Ворон обернулся.

– Душечка, ты сейчас возвращаешься назад, я тебе говорил. Давай! - прикрикнул он.

– Как она тебя слышит? – спросил я, посмотрев назад, на ребенка, который выглядывал из-за приоткрытой двери.

– Она – нет, Капитан услышит. Ну, давай. - Он резко махнул рукой В тот же миг появился Капитан. Душечка исчезла. Мы последовали за Ловцом Душ.

Ворон что-то бормотал себе под нос. Он беспокоился за ребенка.

Ловец задал энергичный темп, вышел из нашего лагеря, потом направился за черту города, через поле, не оглядываясь. Он привел нас в довольно большой лес, что в нескольких полетах стрелы от городской стены Лордов. Мы оказались на поляне в самом центре этого леса. Здесь, на берегу ручья, мы увидели ковер, растянутый на грубой деревянной раме в фут высотой и размером примерно шесть на восемь футов. Ловец Душ что-то произнес. Ковер дернулся, слегка изогнулся, затем снова упруго вытянулся.