Лоуренс Уотт-Эванс - Девятый талисман

Гонец растерянно моргнул. Совершенно ясно, что это именно тот человек, к которому его послали. Он поколебался, прикидывая, не стоит ли поднять свой меч, но потом решил, что не к спеху.

— Вождь Избранных желает тебя видеть.

Меч скривился и отбросил палку. Этого-то он и боялся.

— Чума и мор! Ты уверен?

— Ну да, — удивленно ответил парень. — Конечно. Вряд ли я бы это сказал, если б не был уверен.

— Ты точно знаешь, что именно она, а не какой-то обманщик?

— Совершенно точно. Как можно ошибиться в таком деле?

— Ты удивишься, — хмыкнул Меч. — Ну и что ей от меня надо? Лорд-Чародей учудил что-то ужасное?

— Она мне не сказала, — пожал плечами гонец. — То есть она не объяснила зачем. Просто велела мне отправляться в Безумный Дуб и найти тебя. И сказать, что она в Зимовье и хочет, чтобы ты встретился с ней там.

Меч фыркнул:

— Это наверняка Лорд-Чародей. А что же еще…

— Не знаю.

Тут Меча посетила неприятная мысль. Он всегда избегал общаться с торговцами на деревенской площади и в павильоне — очень может быть, что он упустил какие-то важные новости. А может, это послание и есть новость.

— Это по-прежнему Артил? — спросил он.

— Что по-прежнему что?

— Артил по-прежнему Лорд-Чародей?

Гонец недоуменно моргнул:

— Ну… по-моему, да, Лорда-Чародея так зовут. Не могу точно сказать, я всегда называю его Лордом-Чародеем…

— За последний год он не умер? Или, может, его сместили?

— Я… хм-м… да нет, насколько мне известно. — Гонец явно растерялся. — Лорд-Чародей все тот же вот уже несколько лет, с тех пор как ты убил Темного Лорда с холмов Гэлбек.

— Ну тогда что он натворил? Ворует девушек без их согласия, прибил не тех жрецов? Прикончил всех жителей парочки деревень, как Лорд с холмов Гэлбек? Только, пожалуйста, не говори мне, что Вождь полагает строительство дорог и мостов, а также уничтожение чудовищ непростительным нарушением правил!

— Понятия не имею! — В голосе гонца прозвучала нота отчаяния. — Правда, не знаю. Она просто велела мне привести тебя.

— Проклятие! — Меч обернулся, поглядел на вола, терпеливо стоящего на поле, и снова вздохнул. — Дай мне тут закончить. Встретимся в павильоне нынче вечером, а утром двинемся в путь.

— Спасибо, — чуть поколебавшись, произнес гонец.

Меч кивнул, выдернул из земли плуг и вернулся к работе. Гонец некоторое время молча наблюдал за ним, а потом повернулся и пошел прочь. Гонору в нем заметно поубавилось.

Меч пришел в павильон, когда солнце уже висело низко на западе, а Младшая жрица зажигала лампы, тихонько бормоча молитвы леррам огня и света. У западной стены сидели несколько торговцев. Товары лежали перед ними на дощатом полу. Они тихо переговаривались между собой. Покупателей не наблюдалось. На террасе у южной двери сидела на скамейке молодая пара, склонившись друг к другу. Мужчина что-то шептал женщине на ухо. Меч их не узнал и решил, что это, должно быть, какие-то путешественники.

Гонца в зелено-золотом наряде видно не было.

Слегка озадаченный, Меч облокотился на перила террасы и уставился в долину, размышляя, куда тот мог подеваться. Его яркий плащ должен бросаться в глаза где угодно.

Дальняя гряда, освещенная предвечерним солнцем, сияла зеленью с вкраплениями золота. Меч не мог точно сказать, лерры ли это движутся между деревьями, или это всего лишь игра света. Восточные Утесы торчали вдали темной линией, небо над ними было ярко-синим, и Меч вспомнил огромные равнины на их вершине. Наклонившись вперед, он посмотрел на юго-запад, прикидывая, сможет ли разглядеть отсюда Летний Дворец. Этого ему еще ни разу не удавалось, но он упорно считал, что это возможно.

Услышав шуршание и шарканье ног, он обернулся, ожидая увидеть яркий плащ гонца, но вместо этого обнаружил, что сидевшая на скамье парочка встала и направляется к нему. Меч повернулся, чтобы поздороваться, и моргнул.

Молодой человек был тем самым гонцом. Он всего лишь снял свой кричащий наряд, иначе уложил волосы и где-то подцепил женщину. А когда парень поднялся со скамьи и стало видно лицо, Меч его узнал.

И понял, что изменились не только одежда и манеры. Изменилась походка, стать, осанка. Меч вспомнил, как молодой человек двигался давеча во время демонстрации искусства фехтования. В голове зародились подозрения, и он быстренько перебрал в уме Избранных. Глянул на женщину, снова на мужчину.

Не будучи до конца уверенным, он слегка поклонился подошедшей парочке.

— Вор, не так ли?

Молодой человек поклонился в ответ.

— Точно, — спокойно ответил он, окинув быстрым взглядом помещение: не слышит ли еще кто. — Обычно меня зовут Хват.

Меч поглядел на женщину. Круглолицая, малость полноватая. Темные прямые волосы до плеч.

— А это, должно быть, Ясновидица. Или Вождь?

Вор повернул голову к своей напарнице, ожидая ответа.

Та в свой черед внимательно поглядела на Меча и ответила тихим и не совсем уверенным тоном:

— Ясновидица.

— Ну, это казалось более вероятным, — кивнул Меч. — Ты способна узнать, где меня найти, а Вождь — нет. И тебя отправили за мной. Но почему Вор пришел в поле один?

Вопрос был Ясновидице, однако ответил Вор:

— Она считает, что из нас двоих я более храбрый.

— А что, разговор со мной требует мужества?

— Ну да. Ты ж у нас своего рода легенда, человек, сразивший Темного Лорда с холмов Гэлбек. Это ты потребовал, чтобы наши предшественники отказались от статуса Избранных, и твои требования выполнили по непонятным нам причинам. Должно быть, в тебе есть нечто куда большее, чем умение виртуозно владеть клинком.

Меч некоторое время переваривал услышанное, а потом поглядел на Ясновидицу.

Та отвела глаза.

— Зачем ты вообще пришел? — спросил он Вора. — Почему она не пришла одна?

— Я боялась, — пробормотала Ясновидица, опередив ответ Вора.

— Она вообще никуда одна не ходит, — сообщил Хват.

— Но почему ты? Почему было не нанять проводника? Их полным-полно, ищущих работу.

Теперь, когда дороги соединяли кучу разных мест, нужда в проводниках практически отпала, и их познания в диких леррах сделались бесполезны, но многие из них по-прежнему сопровождали путников по перевалам, служа охраной и советниками.

— Она не доверяет никому, кроме Избранных.

— А ты оказался под рукой в отличие от Лучника? Или Всезнайки?

— Всезнайка опять в Летнем Дворце, а Лучнику она не доверяет. У Вожака дела в Зимовье, Красавица не любит путешествовать, а Говорунья, где бы она ни была, боюсь, слишком занята тем, что слушает голоса — от нее было бы мало проку.