Анджей Ясинский - Чародей

— Какое отношение вы имеете к тому чародею?

— Никакого, мы его не знаем.

— Я так понимаю, мое местонахождение вы уже продали?

— Собирались, но не успели. Думали, поспешим — так прискачут и сами тебя скрутят. Хотели дать себе фору.

Я задумался. Потом вернул ауру мужика в исходное состояние.

— Мы на самом деле ничего не знаем про твою девушку. И даже как ее зовут, не знали, — заговорил главарь бандитов (или все-таки командир наемников?) О заказах на тебя я могу рассказать поподробнее, но другой интересной информацией мы не располагаем. Я понимаю, что ты нас сейчас убьешь. Но прошу отпустить ребят. Это я решил взяться за контракт на тебя. Они, просто делали свою работу, выполняя мой приказ…

Я задумался. Может, они и не говорят всей правды, но то, что про Карину ничего не знают — это точно, управлением своей аурой они не владеют, чтобы скрыть такое. Блин, только время зря потерял. Ладно, решать по ним пока ничего не хочу — другое на уме.

— Сделаем так, — сказал я, разбудив тощего. — Некогда мне вами заниматься. Но и просто так не отпущу — отработаете сперва. Берите свое барахло и топайте в таверну. Если встретится стража, придумайте сами что-нибудь. Убежать даже не думайте — как только вы выйдите из города, мои удавки вас убьют. — Я быстро повесил на шеи всех троих невидимые петли из силового полога. Не сильно, но чтобы чувствовалось. Никакой автоматики, конечно, я не стал ставить — да и не придумаю на ходу. Но после всего, что ребята видели, точно не посмеют свалить. Амулеты я засунул в валяющийся под ногами мешок, откуда их и вытаскивали. Но предварительно поместил их в небольшой силовой купол, чтобы никто до них не добрался. На быструю руку сойдет.

— Мешок прихватить не забудьте, но внутрь не лезьте — убьет. Все. До встречи. — И я побежал дальше по следам Карины, которые уже почти совсем рассеялись. В переулке после огненного шторма вообще следов не осталось: хорошо хоть дорога из него была всего одна — не заблудишься.

***

— М-да… Попали мы… — Кирин осторожно потер кисти рук, потом, охнув, встал. — Синяков полно, но как будто кости целы, — сообщил он.

— Хорошо. Боркусу повезло меньше, — хмуро откликнулся Дорникус, пытаясь из подручных материалов сделать шину на ноги товарища. Кости раздроблены, как будто били не палкой, а боевым молотом. Все, отбегался. Ходить, хромая, может, еще сможет, да и то не факт. Эх…

— Что ж за чародей такой? — в сердцах взломщик по своему обыкновению вытащил нож, выискивая взглядом подходящую мишень, чтобы спустить пар.

— Получародей, — поправил его командир.

— Это как?

— А вот так. Потому что вторая половина — искусник!

— Да ладно?! Такого не бывает!

— Значит, бывает! Ты вырубился раньше и весь бой не видел, а я-то помню, как он действовал. Так что слушай, что говорю.

Кирин помрачнел и спрятал нож:

— Дела… Что дальше, командир?

Дорникус вздохнул и медленно встал на ноги. Потрогал удавку на шее.

— Не знаю, — честно признался он. — Одно скажу: самим против него лучше даже не рыпаться. Пошли в таверну: подождем, когда он вернется.

— И что тогда? Вытянет из нас всю информацию о себе и грохнет. Мы его убить хотели — такое не прощают!

Командир грустно улыбнулся:

— Уже вытянул все, что только можно. Он же чародей — не забывай. При этом он спокойно мог убить тебя с Боркусом прямо здесь — для задушевных бесед ему вполне хватило бы меня одного. Нет, я думаю, у него на нас какие-то планы. Сомневаюсь, правда, что они нам понравятся. Но все-таки еще поживем. Глядишь, что и подвернется.

— А может, сольем информацию, пока можем? Глядишь, заказчики подоспеют, и у нас появится шанс?

— Сам об этом все время думаю. С одной стороны — ты прав. Но, скорее всего, он, как вернется, снова допросит. И мы сами ему все расскажем. Тогда точно не пощадит… Ладно, хватит рассиживаться, давай за дело.

Наскоро приведя себя в порядок и поискав выходы из переулка, которые почему-то перестали существовать, охотники за головами сели решать неожиданную проблему.

***

В довольно большой, но не очень чистой комнате одной из таверн города танцевала обнаженная девушка. Ее тело было прекрасно. Его изгибы цепляли взор и не отпускали, а движения наталкивали на мысль о текучей воде и гибкой иве у реки. Напротив красотки у стола сидел мужчина, довольно улыбаясь и прихлебывая крепкое вино. Под столом уже лежала пустая бутылка, на столе — початая. Мужчина уже почти довел себя до ведомой только ему кондиции. Он расслабился и получал удовольствие. А ведь совсем недавно сам говорил, что чародеи даже в полностью подавленном состоянии могут выкинуть что-то неожиданное. Зря он забыл свои слова. Если бы он смотрел на девушку, как умеют только искусники и чародеи, то увидел бы кое-что интересное. В ауре танцовщицы волной поднялось яркое пламя, иногда принимающее форму крылатой ящерицы — точно такой, что застыла, раскрыв крылья, на плечах девушки. Эта волна заставляла потускневшую ауру, застывшую точно болото, пульсировать, светиться ярче. В те моменты, когда пламя принимало форму дракона, он с явным удовольствием проглатывал угнездившиеся в узловых точках конструкты. Мужчина все же почувствовал легкое беспокойство, но неправильно истолковал его.

— Хватит, надоело! — Чародей стукнул по столу кружкой. — Иди сюда и помассируй мне ноги! Ты в своем дворце, наверное, никогда такого не делала, но я научу тебя ублажать настоящих мужчин!

Девушка приблизилась и опустилась на колени, послушно стягивая с него сапоги. Поэтому он не заметил, как глаза рабыни полыхнули гневом и презрением. Ее движения стали замедляться. Мужчина совсем расслабился и зажмурился от удовольствия. Все же что-то не давало ему покоя. Он схватил пленницу за волосы, разворачивая ее лицом к себе, настороженно заглядывая в глаза.

Карина, а это была именно она, в тот же момент протянула руки к похитителю, будто собираясь его обнять.

Тишину комнаты разорвал крик боли и муки. Чародея швырнуло на стену, когда гравитационный удар превратил его достоинство в месиво.

— Сейчас я покажу тебе, как я умею ублажать мразей! — хрипло пообещала Карина. Охотник от боли полностью потерял контроль над собой, и девушке не стоило никаких трудов внедрить в его ауру своих конструктов. — Нет, ты не умрешь быстро, и я не дам тебе потерять сознание. Ты, ничтожество, сейчас узнаешь свое место!

В коридоре кто-то пробежал, но Карина не обратила на это внимание. Она подняла и припечатала чародея к стене, не давая ему согнуться. Тот смотрел на нее мутным взглядом, который под воздействием конструктов Карины стал проясняться.