Макс Фрай - ПрозаК

Я не могу, я с ума схожу от людей этого мира. Я так их люблю, причем всех без разбору! Всё в них восхищает меня: от жажды почестей и богатства, желанья славы и чувственных наслаждений до жажды Истины, жизни вечной и вечной же и неизменной любви.

Их голоса, лица, руки, разнообразные походки, их взгляд, исполненный тоски, и то, как они обреченно плывут по реке своей судьбы.

Сама я давно не ощущаю себя человеком, поскольку с годами я превратилась в некрупную короткоухую таксу. Это произошло незаметно и совсем не больно.

Знакомые перестали меня узнавать на улице, муж уехал в Париж и позабыл обо мне, сын вырос и стал знаменитым режиссером неигрового кино.

Что-то окончилось для меня в этом мире.

Рождение и смерть меня больше не интересуют. Я ем, когда голодна, а ночью забираюсь на скамейку в каком-нибудь парке и сплю на свободе.

Порой и меня охватывают приступы тоски, и я, закинув морду к небу, вопрошаю Господа нашего Иисуса Христа:

— Кто я, в конце концов, черт побери, дитя человеческое или короткоухая такса?

И голос свыше мне отвечает:

— Ни то, ни другое!

— Но кто ж я тогда???

А он отвечает мне:

— Ты никто.

Теперь я, не задерживаясь, прохожу сквозь людей этого мира. Отличный фокус, знаете ли, более того — великое чудо для тех, кто даже не подозревает о своей нереальности.

С другой стороны, меня всегда поражало, как в этом призрачном сновидении — ну просто полностью иллюзорном! — как тут все четко нарисованы!..

Да! Вот что удивительно: люди этого мира, будучи по природе своей абсолютным блаженством, одним блаженством и больше ничем, считают изначальным уделом человека тяготы и горести и — как о чем-то недостижимом — грезят о счастье. Причем все уровни населения!

Недавно в Москве на Рождественском бульваре я слышала, опустившийся мужчина неопределенного возраста — клошар — говорил своей подруге (они сидели на лавочке поздним вечером, одни на весь бульвар, их заметала пурга):

— Знаешь, в чем его счастье, этого Андрея? — он спрашивал.

Я специально замедлила ход и навострила ухо. Мне показалось, что на примере какого-то неведомого мне Андрея сейчас приподнимется завеса над жгучею тайной всего человечества.

И я услышала:

— …В том, что он педик.

Мои наблюдения за людьми этого мира я хочу расположить по центрической окружности, вначале потревожив близкие мне тени.

Нет, ни на миг мы с вами не забыли о том, что “далекое” и “близкое”, “до” и “после”, да само пространство и время — просто вымыслы нашего собственного ума.

Это подтверждает современная наука, заподозрив наконец, что Вселенная, которую здравомыслящие люди мира привыкли считать существующей, на самом деле не существует.

Не знаю, в чем там дело — кажется, что-то не в порядке с атомом. Вроде бы возникла неясность насчет происхождения его элементарных частиц. Я ничего не смыслю в подобных вопросах, но ходят слухи, что разные протоны и электроны, собственно составляющие материальный предметный мир, вместо положенной твердости и незыблемости обнаружили в себе только энергетическое излучение. А сам Источник этого излучения — мне так показалось — я уж не знаю, правда это или нет, — сам Источник, можно сказать, целой жизни на Земле для физиков, даже имеющих крупное дарование в своей профессии, — тайна, покрытая мраком.

Так где же создатель Вселенной?

Не кто иной, как ваш ум, вот кто создатель Вселенной, — так отвечают нам будды и патриархи прошлого, настоящего и будущего.

Эту истину о плодотворнейшей умственной деятельности людей хорошо проиллюстрировать следующим случаем из жизни мира.

Служила я как-то в районе Майкопа в одной из военных частей в должности обычного сторожевого пса. Однажды нашу военную часть предупредили, что главнокомандование на вертолете собирается облететь с инспекцией военные части области. Не приземляясь. Так, сверху посмотреть и улететь.

А в нашей военной части была свиноферма. Солдаты разводили свиней. Свиньи у нас были белые в черное пятно.

Прямо перед проверочным облетом майор Предыбайло Василий Васильевич так разнервничался, что собрал нашу часть и приказал:

— Выгнать из павильона свиней гулять на лужок! А то генерал полетит над нашей частью с инспекцией и подумает, что у нас с вами нет никаких свиней!

— Второе: выкрасить наших пятнистых свиней в чистый белый цвет!

Тут все несказанно удивились. А свиновод Виктор Трухан по прозвищу Зайчик даже потребовал объяснений, хотя он был ниже Предыбайло по званию.

Но майор Предыбайло охотно объяснил:

— Да вот я подумал, — сказал Василий Васильевич, — увидит генерал из вертолета пятнистых свиней и подумает: “Кто это там? Собаки или кто?”. А так сразу будет ясно, что это белые свиньи.

— А что эти свиньи про нас подумают, об этом вы подумали? — спросил Трухан.

О том, что думали свиньи, когда их красили в белый цвет, они ничего не сказали, хотя можно было догадаться по их красноречивым взглядам. Зато генерал-инспектор, пролетая над нами на вертолете, подумал вот что:

“Все военные части находятся в удовлетворительном состоянии, — писал он в своем отчете. — Но особенно отличилась часть (номер я не называю, это военная тайна). Они не только готовят себя к защите родного отечества, но и занимаются мирным сельскохозяйственным трудом: поскольку у них на лугу, я видел из вертолета, паслись очень жирные белые гуси!”.

Мой прапрадед Семен Кириллович Посиделкин, хотя и не был образцом благоразумия, добродетели, осмотрительности и красоты, всю свою жизнь старался, никуда не сворачивая, двигаться по Дороге постепенного просветления, денно и нощно усовершенствуясь в духовной практике. Беден он был, как церковная мышь, ни кола ни двора, бессребреник, часто голодал, ночевал где придется, носил башмаки без подошв! И тем не менее он обладал ужасающей, прямо циклопической силой. Он преспокойно гнул пятаки, разгибал подковы, подбрасывал с легкостью пудовые гири, и хотя на вид он не был таким уж Геркулесом — он был небольшой рыженький человек, — никто из окрестных силачей, даже человек-гора кузнец Мефодий, нашего Семена Кирилловича ни разу не припер к стене и не уложил на лопатки!

Промышлял Семен Кириллович Посиделкин ремеслом, в котором он творил чудеса: ходил по деревням, ездил в город и устраивал повсюду сногсшибательные силовые представления.

Обычно в финале он вызывал на бой смельчаков, причем сразу по двое, а то и по трое!

Один богач, потрясенный зрелищем борьбы Семена Кирилловича, подарил ему мельницу и единственный в жизни шанс стать оседлым зажиточным мельником.