Джулия Джонс - Ученик пекаря

В отличие от тебя я знал, кто он. Отбыв свой срок, я отыскал его, затратив на это много лет. Я кипел гневом и готовился к бою — а увидел перед собой жалкого, скрюченного ревматизмом старика.

Я поднес к его лицу кулак, и он взмолился о пощаде. Я и по сей день благодарю судьбу за то, что внял его мольбе.

Мы вместе поужинали и вдоволь наговорились. Он сказал мне, что не женился на моей матери только потому, что она происходила из знатной семьи и ей лучше было остаться незамужней, — ему не на что было содержать жену и ребенка. Сам не знаю, поверил я ему или нет, — это уже не имело значения. Он оказался самым обыкновенным человеком — не злым, не коварным, не заслуживающим кары.

Я оставил его и вернулся домой. Но моя жена с детьми уехала куда-то, оставив письмо с просьбой их не искать. Дальнейшая моя история чересчур длинна, чтобы ее рассказывать. Я повидал множество городов, говорил с множеством людей, был известен под многими именами. А теперь вот живу здесь один. Я говорю это тебе, Джек, к тому, чтобы ты не повторил моей ошибки. Не трать свое время на выдумку изощренных способов мести. Подобные замыслы в конце концов приведут тебя к гибели. — Фальк поставил чашку и вышел из шалаша, предоставив Джеку поразмыслить над его словами наедине.

Баралис вызвал к себе наемников, чтобы послать их за девушкой. Как и в прошлый раз, они встретились за воротами замка. Баралис, повинуясь какому-то смутному предчувствию, всякий раз брал с собой Кропа — в присутствии великана-слуги ему было спокойнее. А вот наемникам при виде Кропа сделалось явно не по себе.

— Я хочу, чтобы вы доставили девушку ко мне. Она находится к юго-востоку от Харвелла, в четырех сутках быстрой езды. — Взгляд Баралиса давал понять, что ему это известно доподлинно и возражений он не потерпит.

— А мальчишка? — спросил предводитель. Баралис не собирался говорить, что о мальчике ему ничего не известно. Он не любил показывать другим, что его всеведение имеет свои пределы.

— Мальчишкой я займусь сам. Он больше не сопровождает девушку. — Баралис веселился, глядя на наемников, которые не могли понять, откуда он все это знает. Чтобы добить их окончательно, он сказал: — И на сей раз, когда схватите девушку, не смейте и пальцем ее тронуть. Она не трактирная потаскуха, чтобы ее насиловала солдатня. — Баралис с удовлетворением отметил проявившиеся на лицах изумление, чувство вины, ненависть и страх. — Ступайте — да не подведите меня снова.

Наемники, сев на коней, тронулись в путь. Баралис сомневался, не слишком ли долго он тянул. Девушка вскоре выберется из леса и пойдет через города и деревни. Ну да пусть — пока ее нет при дворе, помолвка все равно не состоится. А когда ее благополучно доставят в убежище, Баралис вплотную займется поисками Джека. Голубь слабеет и скоро умрет. А ученик пекаря, возможно, ушел уже за много лиг, и новая птица его не найдет. Но Баралис не слишком беспокоился — у него имелись и другие способы розыска.

— Давай-ка скроемся от этого студеного ветра, Кроп. У меня еще много дел.

— А мне что прикажете, хозяин? — Кроп держал руку за пазухой, где, конечно, покоилась его драгоценная коробочка. Интересно, что у него там — зубы его покойной матери, что ли?

— Что-нибудь да прикажу — без работы не останешься. — Кроп ухмыльнулся. — Что-нибудь подберу по твоим блестящим способностям.

На обратном пути к замку Баралис размышлял о королеве. Всем уже стало известно, что здоровье короля улучшилось. Скоро королева обратится к Баралису снова — и тогда они заключат сделку.

Подойдя к дальнему углу наружной стены, Баралис нащупал крошечный выступ на камне, легонько нажал его — и стена открылась. В ноздри ударил запах сырой земли. Хозяин и слуга вошли в проем, Баралис закрыл за собой стену и углубился в темные подземелья замка.

Убийца видел, как стена сомкнулась за Баралисом и Кропом. Терпение всегда вознаграждается. Проследив, как Баралис и его слуга потихоньку покинули замок, Скарл решил, что они вернутся тем же путем. Но они свернули с дороги и зачем-то направились к глухой стене.

Скарл обычно не проявлял своих чувств внешне, но, увидев, как Баралис прошел в стену, не сдержал довольной улыбки. Убийца засел в высокой траве и стал ждать, жуя длинный стебель.

Выждав время, показавшееся ему достаточным, Скарл подошел к стене. Будучи человеком дотошным, он удостоверился, что выбрал место правильно. В этом ему помогли оставшиеся в грязи отпечатки ног: легкие, будто крадущиеся следы Баралиса и глубокие рытвины Кропа.

Скарл провел пальцами по гладкому камню. Безуспешно. Скарл, не сдаваясь, продолжал шарить по стене, предусмотрительно встав на следы Баралиса. Холодный серый камень по-прежнему не уступал ему. Убийца не падал духом — его отличало терпение, необходимое в его ремесле. Теперь он ощупывал каждый камень в отдельности, вглядываясь в стену своими зоркими глазами, но так ничего и не нашел.

Скарл отошел от стены и задумался. Он был уверен, что вход не защищен: такие вещи он чуял нутром. Нет, войти в стену можно — надо только подумать. И Скарл, жуя свою горьковатую травинку, воззрился на стену. Ему отчаянно хотелось проникнуть внутрь. Замок, должно быть, весь пронизан потайными ходами и комнатами. Эти старые замки строились людьми, которые понимали, как полезно иногда скрыться незаметно. Скарлом двигало не только желание подобраться к своей жертве. Он любил секреты, действия исподтишка, обманы, тайные побуждения — все, от чего попахивало плутнями.

Ну конечно! И как он не подумал об этом раньше? Баралис ведь на целый фут выше его. Ноги-то стоят на верном месте, а вот руки ищут ниже, чем следует. Скарл сообразил, почему ему это не пришло в голову сразу: рядом со здоровенным Кропом все кажутся маленькими, даже высокий Баралис. Скарл едва заметно сжал свои тоненькие губы, ничем больше не проявив снедавшего его волнения.

Вернувшись к стене, он ощупал ее повыше. Пальцы, найдя на гладком камне чуть заметную неровность, вернулись к ней — и стена отворилась перед отступившим в сторону Скарлом.

Он вошел внутрь, вдохнув затхлый, сырой воздух. Тьма казалась непроницаемой еще не привыкшим к ней глазам. Пошарив в кармане, Скарл нашел огниво и свечку — он ко всему приготовился заранее. Твердой, как подобает при его занятии, рукой он зажег свечу и при слабом огоньке осмотрел стену изнутри. Обнаружив такой же, как снаружи, бугорок, он закрыл потайную дверь.

Глаза уже немного привыкли к темноте, но без свечи он ничего бы не увидел. Ход вел в обе стороны, и Скарл повернул налево. Коридор, идущий под уклон, скоро превратился в туннель с закругленными стенами. На мокрых стенах рос бледный мох — такой разновидности Скарл никогда еще не встречал. Скарл потрогал мягкую упругую поросль, и на пальцах остался легкий след. Скарл старательно вытер липкую руку об одежду: кто его знает, что это за мох. Не будучи знатоком ядов, он тем не менее знал, что мох иногда используется при их изготовлении.