Валерий Иващенко - Единственный воин Королевы

– Ну, раз ест – жить будет! – хором решили все. Когда наевшиеся путешественники насытились окончательно и стали осоловело клевать носами, Люция встала.

– А теперь я настоятельно рекомендую сон. Полноценный. И без нарушения правил приличий, – её бровка изящно чуть нахмурилась. Ага. Было бы сказано! Едва королева осторожно закрыла дверь в выделенную Гуго комнату, как оттуда раздался гневный голосок невесть каким образом объявившейся там Фионы.

– Как ты посмел – бросить меня совсем одну посреди огромного королевства! И где это, милый, ты шлялся почти два с половиной года? – а затем звук разлетевшегося о пол кувшина. Изольда осуждающе поджала губы. Затем вздохнула и, извиняючись глядя на графиню, сказала.

– Донья Люция, если дом слегка пострадает – я компенсирую все убытки и ремонт. Та с лёгкой улыбкой выслушала тираду, что один мерзавец соблазнил и обесчестил такую замечательную графиню, зачем-то зарезал несколько сотен несчастных солдат Хаоса, и вообще… – затем поставила Завесу Тишины.

– Пойдёмте, голубушка. Ночь выдалась ещё та, и нам всем надо хорошенько отдохнуть…

Глава 20

– Нет, положительно – все посходили с ума! – проворчал Гуго, и удрал через окно. Посмотрел с сожалением на обломленную ненароком ветку, что опрометчиво зацепилась за ножны меча, вздохнул и призадумался. В домике на Холме творился обычный утренний бедлам – малыш Паоло упрямо не хотел есть кашу. И это повергло шныряющих служанок в шок, Люцию в ужас, а Королеву – в смятение. Мало того – с вечера как-то не заладилось с Фионой, и теперь двое плотников, недоумённо почёсывая курчавые головы, ладили новую оконную раму. А остатки стола и трёх гнутых стульев пришлось тоже выкинуть на дрова. «Хоть кровать перед уходом не сожгла эта Рыжая Ведьма, выспался всласть» – подумал он, перемахивая через каменный забор. Э-э, чёрт! Внизу, как на грех, оказалась смуглая малышка с тачкой. Молоко удалось сохранить, зато тачке повезло куда меньше. Но главное – что весёлая девчонка, назвавшаяся Хуаной, везла бидончик куда-то за город.

– Похоже, нам по пути, – улыбнувшись, заявил здоровенный синьор-воин. Он легко, как пёрышко, посадил на левое плечо малышку, взял в другую руку изрядного размера бидончик, и они пошли вдвоём, распевая про зелёного кузнечика.

– Коленками назад! – весело горланили они, оставляя позади виноградники. А затем разговорились. Оказалось, идти надо совсем рядом – в Пьяджо, что ещё отстраивали после той войны. Правда, по какой-то прихоти силы из Зеркала, прибрежные виноградники не только не пострадали, но наоборот, стали давать ну просто обалденный урожай – малышка прямо так и сказала. Свернув с дороги, Гуго взял в ладонь горсть земли. Пересыпал в ладони, задумчиво развеял.

– Эта почва полита нашей кровью, Хуана. И кровью врагов.

– Именно так, ваша милость, – старик с садовыми ножницами, что кое-где подрезал лозу, поклонился.

– Вернулись, сир Майкл? А кто ж таперича станет нас охранять? – старый мухомор засунул свой инструмент за пояс, и стал набивать трубку.

– Малыш Паоло скоро войдёт в такую силу… даже если Хаос соберёт все корабли, что есть, да пригонит сюда все свои армии вместе с союзниками и наёмниками – даже тогда у них ничего не выйдет, – убеждённо объяснил Гуго.

– Вон оно как… – покивал старик, пыхнул дымком и хитро прищурился. – Только один он. Ему б ещё сестрёнку или братишку, а лучше пару… Весь остров токмо об том и шепчется. Графинюшка-то нам всё объяснила. Хоть оно и не по законам людским – а воле богов противиться – оно как-то не тово.

– Посмотрим, – принц показал хитровану кулак, подхватил на плечо Хуану, что уже успела смотаться за кустики и вернуться, и вновь зашагал по дороге. Деревушку он не узнал – от старых домов и лодочных сараев не осталось ничего. Но крепкие, добротные новостройки приятно радовали глаз. Пройдя по уже наметившейся улице, он нашёл знакомого – давешнего трактирщика. Или тавернщика? А ведь это было в памяти, словно вчера. Узнав, какая беда приключилась с тележкой Хуаны, старый крестьянин показал рукой в сторону.

– Там, ваша милость, склад дерева. И столяры найдутся. Графиня наша не дозволяет здешний лес рубить – завозим морем из Непира.

– Ваша графиня просто кладезь премудрости… – Гуго попрощался и пошёл в указанную сторону, положив на память узелок, что надо бы выпытать у Берты ещё пару-тройку рецептов. И ещё один узелок. Мысль о сестре привела его в хорошее настроение. Только одна она с утра не пришла к нему и не стала просить чего-то в обмен на что-то. Да что, с ума все посходили, что ли? Даже если Сибелис и прав – хотя и не доказано – что во мне есть страшная сила. А оно мне нужно – всё это? Хм, а пожалуй, да – всё и сразу. Но можно и постепенно… надо бы почирикать о том с мамой. С его Королевой. Воспоминание о Королеве – об истинной сущности его матери, привели принца в глубокие раздумья. В основном – как бы найти способ да проявить в ней эту самую сущность, и желательно – навсегда. А оно, это настоящее обличье, ему весьма понравилось – всё лучшее, что воплощено в матери, в женщине, в правительнице – одно слово, Королева. Пока смуглые и усатые, лоснящиеся от пота люди пили молоко – а коровы в рыбацкой деревушке почему-то не приживались – Гуго успел поговорить с Пьетро и Санчесом. Обрезки досок тут имелись в изобилии, и столяры пообещались мигом соорудить малышке тележку – да ещё и лучше прежней.

– Ой, а она не скрипит, – улыбнулась Хуана, и помчалась к какой-то тётушке Стефании. От платы работники отказались, заметив, что его милости как воину всё будет задаром. Всё-всё, и без отказа. Пожав плечами, Гуго всё-таки поблагодарил их, на прощание пообещав придумать ещё какое-нибудь новое кушанье.

Заблудиться на острове в принципе можно было, но при наличии желания. Десятка два деревень, несколько крохотных замков, и город-порт Ривердэйл. Хорошему ходоку дня за три-четыре можно, если поднапрячься, обойти по кругу. Принц, оставив Пьяджо позади, свернул от берега в глубину. Здесь он ещё не бывал, но шёл вперёд, справедливо полагая, что ноги куда-нибудь да выведут. Замок, больше похожий на маленький дворец с кокетливым петушком на стяге, он обогнул десятой дорогой. Учитывая пылкость здешних обитателей, следовало ожидать, что в честь прибытия принца хозяин закатит пир на седьмицу, да ещё и учудит если не турнир, то соколиную охоту точно. А посему, срезав путь через оливковую рощу, он выбрался на другую сторону и огляделся. На холме впереди виднелись какие-то живописные развалины. Это были первые и, пожалуй, единственные руины, что он встретил на острове – а, ну да. Старый замок Лоренцо. То ли строители что-то напутали, то ли под землёй какая-то пустота обнаружилась, но стены просели, перекосились, и теперь замок пустовал – его обитатели решили от греха подальше построиться на соседнем холме. Ну, поскольку всякие домики и замки с детства были страстью молодого принца… Вот это да! Вид отсюда оказался просто великолепный, да и сами развалины так и дышали стариной, неким благородством. И каким-то умиротворением. А посему, отхлебнув из фляжки, всунутой тётушкой Стефанией – толстушкой, такой же смуглой и пылкой, как все здешние – он прилёг прямо на гладкий камень в тени потрескавшейся балки. Долго смотрел вниз, на залитый полуденным солнцем остров, и наконец задремал. Проснулся он, как и хотел – через час, когда тень ушла в сторону и солнце ласково погладило по лицу. Потянувшись, он собрался было продолжить свой путь, но тут нежный голос попросил его.