Sorceress - Жрец тёмного бога

— Не совсем, хотя кто знает. Это старая часть города, и дома здесь построены в расчёте на шторм. Я спрашивала Сена. Он сказал, тут есть какая-то хитрость в архитектуре и материале. Я думала стены каменные, но они — смесь, покрытая сверху глазурью из битых ракушек и мелких камней. Потом когда город стал расти, пришлые понастроили других домов. Вот они и попадали. А фонтан: старый город был построен вокруг него.

— Ясно. Сильно остальные разнесло?

— Да. И эти тоже не слабо. С крышами намудрить нечего, так что посрывало. Сейчас все авральным порядком ремонтироваться будут. Бардак страшный. Это нам может помочь. В центре, говорят, не пострадали только казармы, библиотека и гильдия. Даже Храму попало, половину подсобных зданий снесло и арочные ворота в сам храм.

История делает место живым и теснит равнодушие. Странно. Я не воспринимаю проблемы города, в контексте сейчас, не считаю их достойными внимания. Но когда знаешь чуть больше, чем видят глаза и слышат уши. Город перестаёт быть плоским, таким что достаточно посмотреть под нужным углом, и ничего нет. А так можно увидеть всё немножко другим, и сказать нравится это или нет.

— О чём ты думаешь? — Она злится на меня или нет? Предпочитаю иметь дело с чем-то определённым.

— О том, что если хочешь пройти мимо, не стоит прикасаться. — Она довольно хмыкнула.

— У нас тоже так говорят, другими словами, конечно. А ещё говорят, что нужно прикоснуться и понять, но не позволить прикоснуться в ответ.

Наверное, так правильнее и сложнее. Но у них больше опыта. А может твёрже шкура и уже не чувствует. Я тряхнул головой, чтобы развеять лишние мысли. О таких вещах лучше не думать, иначе однажды придёшь к выводу, что жизнь пуста и бессмысленна. Особенно если ты смертен. Но я — нет, и мне проще.

Джанн обхватила меня за плечи и притянула к себе, прижалась щекой к мокрым волосам. Даже не заметил, как она приблизилась. Я замер в ожидании, она скажет что-то важное для себя, значит стоит ждать. Только мы так и стояли молча. Значит, она не злилась: испугалась.

— Чего ты боишься?

— Того, что останусь одна. Помолчи, я знаю, что ты ответишь. Вот только я знаю, что делать, но не знаю зачем, не знаю куда идти. Множество целей, сотни дорог для их достижения, но цели надо знать, дороги видеть и выбирать, не важно правильно или нет, но надо выбирать и идти.

— Поэтому вас отправляют с сопровождающими? — на скептический тон внимания не выделили, по смете не проходит.

— Да. И я испугалась. — Не нравится мне её настроение.

— Может, чтобы вы перестали бояться чужих дорог? — Теперь она была довольна. Самомнение восстановлено? Всё-таки обвинение в испуге лучше, чем обвинение в недостатке квалификации.

— Ах, что бы я без тебя делала?

— Джанн, ты на мне роли отрабатываешь? — Она отпустила меня, сделала шаг в сторону и невозмутимо поправила одежду.

— Да! Репетирую. — Зар-раза!

— Я думал ты злишься.

— На тебя бессмысленно злиться, не оценишь. Ты бы подумал: она злиться, почему, не вижу объективных причин, забыл об этом. А когда причины есть, ты их честно перечислишь и смотреть предыдущий случай. — Ммм, действительно так.

Дорогу размыло, здесь не было брусчатки. Потоки воды вымыли собственные дорожки, от того подобия колеи, какое тут было раньше, не осталось ничего. На постоялом дворе перекосило створку ворот, и разнесло сарай, под которым был погреб. А вообще ничего страшного, завал правда. Так мне даже нравится больше. Хотя, это потому что я по определению сейчас всем доволен.

Джанн быстро огляделась и пошла в зал. Людей во дворе много. И не только людей, ещё орки. Тот который повыше заметил, что я смотрю на них, и дал понять своё недовольство этим фактом. В зале было тесно и шумно. Я попытался вдоль стены пройти в комнату, но меня поймал за предплечье растрепанный дядька с покрасневшим круглым лицом и резко развернул к себе. Странно, что капюшон с головы не слетел.

— А ты что тут ошиваешься? Мест нет. И не пытайся сторговаться в тихую. — А вот трогать меня не стоило. Он кричал, хриплым голосом, но слышать его могли только находящиеся радом с нами, они не обращали внимания, занятые своими проблемами. Это хорошо.

— Ты не хозяин и не имеешь никакого права здесь распоряжаться. Отпусти меня. — Да, Джанн не любит, когда я такой.

Он попытался утащить меня к выходу. Из толпы выплыли двое здоровенных детин, охрана, его охрана, голову задирать не хотелось, пришлось ограничиться разглядыванием пуговиц, мне хватило. Это плохо. Я положил руку на грудь дикого дядьки и…

— Нет, рао. — Это Джанн, она сгребла в ладонь мои пальцы, чем спасла дядьку от копья хаоса.

— Что вам надо? — Прикоснулась к руке, державшей меня. Эффект потрясающий: мужик отскочил с тонким писком, прижимая обмякшую конечность к груди. Надо же. Левый детина подался вперёд, но их шеф решил, что если они устроят тут свалку, ничем хорошим это не кончится.

Джанн толкнула меня перед собой.

— Знаешь в чём твоя проблема? Ты пытаешься быть незаметным, иногда у тебя получается очень неплохо. Но когда не выходит, кажется подозрительным и вызывает соответствующую реакцию. Ты похож на маленького шпиончика-недоучку.

— Опыт сын ошибок трудных. — Джанн усмехнулась.

— Знаю, очень хорошо знаю.

К нам подошёл хозяин гостиницы, точнее не подошел, а подскочил. Забавно. Он был спокоен, но выглядел как-будто пробежал весь город на своих двоих, попутно пообщавшись с дельцами торговой площади. Я шагнул в сторону, предоставив Джанн разговаривать с ним. На меня он не обратил внимания. Было бы на что обращать. Джанн этот плащ добавляет веса, как человеку много повидавшему, в купе с тяжёлым взглядом стирает небольшой возраст. Меня же делает оборванцем. Джанн подошла к нему вплотную.

— Что происходит? — Угроза в голосе, я ещё не видел её такой. Так мог бы сказать тот, кто обладает властью и силой, и это настоящее, не игра. Причём для Джанн, судя по её поведению в других ситуациях, сила и власть не предмет гордости, а нечто обыденное, как сапоги на ногах. Я ведь ничего о тебе не знаю, крокодилица, но верю.

— В городе много разрушенных зданий, в том числе, несколько постоялых дворов. — Хозяин, похоже, принял угрозу всерьёз. — Остальные постоялые дворы переполнены.

— Ясно. И? — Я бы на его месте сбежал, он тоже так думал, но остался.

— Уважаемая деар, я попросил бы вас со спутником освободить одну из комнат. Все неудобства я компенсирую. — Конечно компенсирует, он сейчас заработает в n раз больше, чем обычно. Джанн поймала мой взгляд. Я пожал плечами в ответ. Хозяин несколько недоумённо посмотрел на меня, переоценивая.