Анатолий Патман - Храм для бога

  В лагере творился самый настоящий хаос. Люди метались среди горящих палаток и шалашей, и некому было их организовать и превратить из простой толпы в воинов. Тем временем охотники стремительно обтекали лагерь и охватывали его со всех сторон. А мои маги продолжали сыпать свои магические штучки прямо на лагерь. Наконец, Акпарас, видимо, догадался, что пора прекратить это избиение, так как я больше не кидался своими Щитами, и вообще, просто ждал, чем же все кончится, и начал отдавать команды. Потом послышался его громкий голос.

  - Веренцы, сдавайтесь, и вам всем сохранят жизнь. Я, вождь Акпарас, говорю вам это от имени барона Изнура! Бросайте оружие и сдавайтесь! Иначе будете сожжены магическим огнем!

  Но не тут-то и было. Часть воинов, видимо, нашелся кто-то решительный и смелый, ринулась в нашу сторону. Полусотня вмиг ощетинилась мечами и щитами. Я собрался и один за другим кинул шары огня, то, что у меня хорошо получалось с самого начала, и потом добавил молнию, постаравшись, чтобы она получилась слабой. Впереди бегущих вспыхнули высохшая трава и голые кусты, а затем страшный удар молнии опрокинул передних на землю. Остальные, видя это, со страха ринулись обратно.

  - Веренцы! Сдавайтесь! Бросайте оружие, и останетесь живы! - вновь послушался голос Акпараса. - Сдавайтесь! Кто сдастся, останется жив!

  Наконец лагерь очнулся. Люди там стали срывать себя перевязи с оружием, или что было у них в руках, и бросать на землю. Охотники быстро перелезали через завал, сгоняли веренцев в небольшие группы и выводили из лагеря. Тем временем их страховали лучники и маги. Лично мне же было плохо, меня мутило, и я, не выдержав, медленно опустился на землю.

  - Милорд, что с Вами?

  - Ратимир, представляешь, я сам себя ненавижу. Мне плохо, и мне хочется плакать.

  - Бывает, милорд, бывает. Посидите пока тут! Ахтар! Быстро отправь людей в крепость! Пусть принесут что-нибудь выпить. И пусть пригласят сюда Лиллену.

  Полный захват лагеря происходил уже без меня. Прибежали Лиллена с Сильпиккой, примчалась Илемпи, все маги и ученики, и шаманы, и вожди, и увели меня в крепость. Ратимир с Акпарасом приняли командование на себя. Они в момент привели в чувство всех, расставив по местам, оставив со мной только Лиллену с Альпиккой.

  А я сидел на грубой лавке из жердей внизу в одном из углов первого этажа боевой башни, прислонившись спиной к шершавым бревнам, и пил, правда, только пиво, и ни сколько не пьянел. Голова была совершенно пустой. Постепенно меня стало отпускать. Через час я уже был полностью готовым, как говорится, к дальнейшей службе на благо Отечества. Осталось только острое желание не применять больше белую магию, и если применять, то только в исключительных случаях и, наверное, для фейерверков.

  Занимался поздний зимний рассвет. Хмурый день постепенно вступал в свои права. По разгромленному лагерю веренцев осторожно ходили бывшие строители крепости и собирали все, что осталось от врагов - оружие, доспехи, палатки, одежду, хозяйственный инвентарь и другое разное имущество и отправляли в крепости. Несколько человек провели мимо лагеря табун лошадей, оставленный тремя дежурными кавалеристами при своем побеге. Едва увидев магические огни, они сели на своих коней, и бросив все, как есть, скрылись в лесу. Знатная добыча, почти две сотни боевых коней и сотня ездовых из обоза. Ратимир, из-за своей любви к лошадям, считал эту добычу самой ценной. Обидно, но и из лагеря все-таки сумели вырваться и сбежать несколько воинов, как рассказали некоторые пленные, даже рыцари. Это оказались Маркан Веренский и три его воина, гвардейцы веренского графа. Пущенная по их следам погоня ничего не дала. Опытные воины просто исчезли, растворились в густом, пусть и голом, лесу. Если учитывать, что в этом походе рыцарь больше занимался разведкой, и, судя по рассказам пленных, его богатый прошлый опыт, то неудивительно, что он сумел улизнуть. Ну, ничего, потом попадется. Сейчас не до этих беглецов. В плен попали пара сотников войска, и сам рыцарь Валар Салимский, назначенный бесследно исчезнувшим бароном Ассалимом Салимбарским командующим пехотой. Правда, его захватили пластуны милорда еще во время разведки. Как рассказал на допросе сам Валар, опытного сотника и новоявленного воеводу очень смутило большое количество северных охотников в числе защитников крепости, и он подозревал, что из-за неполной информации Салимбар ввязался в войну с северными племенами, а не с несчастным Изнуром. И еще полнее было его изумление и сильнее досада, когда пленник понял, что это действительно так, за одним исключением, что северяне теперь являются подданными этого крошечного баронства.

  А еще в плен попали два мага-лекаря из самого Верена и три простых лекаря со всеми лекарскими принадлежностями. Общее число пленных составило почти три с половиной сотни человек. В это число входили и пара десятков слуг самого барона и его приближенных, десяток чиновников баронства, два десятка хозяйственных рабочих, и, что удивительно, три десятка обозных девок из рабынь, предоставленных Велиром Аренским, для обслуживания опять же самого барона и его приближенных. А вот сам Ассалим Салимбарский и его сын Авель, два боевых мага, несколько приближенных барона, два сотника и пара торговцев трофеями бесследно исчезли. Они сами и их палатки, в количестве шести штук, и все имущество внутри палаток, просто исчезли без следа, как подозревал Ратимир, просто испарились. Со слов пленных, исчезли и две девки, затащенных их милордом и его сыном в баронскую палатку. Вот бедных женщин было жалко больше всех. Ну, ничего, мщение достигло злодеев, и постигнет еще и других таких.

  На месте попадания магических шаров милорда виднелась только неглубокие воронки со спекшей землей. Ратимир приказал нескольким воинам засыпать это место землей, тщательно заровнять и переставить поближе другие палатки, и главное, держать язык за зубами. Нечего пока людям знать про такое страшное оружие. И так милорд мучается.

  Победа была полной и практически бескровной. Оружие и экипировка чуть ли на четыреста человек, запасы провианта и разного имущества почти в сотне телег могли порадовать любого. В походной казне имелось несколько тысяч золота и других ценностей, которые пока подсчитывались. Также был захвачен архив войска со многими важными документами. Ратимир совершенно не удивился этому. При таком подавляющем превосходстве, что в воинах, что в магах трудно было потерпеть поражение. Конечно, при обычном сражении и у войска Изнура были бы потери, и вполне приличные. Легко вооруженные воины-охотники не смогли бы выдержать удар тяжелой кавалерии, как выяснилось, имевшейся в баронском войске, пусть и немногочисленной, и тяжелых пехотинцев и рыцарей, которых в войске Салимбара насчитывалось чуть ли не сотня. Надо еще учитывать магов графства, которые, как сказал Акпарас, явно были сильней учеников шамана.