Наталья Щерба - Быть ведьмой

– Не успела, – начала оправдываться Таня, – да и вообще, не хотела тебя в это впутывать.

– Зря. Понятно, если я дружу с тобой – знаю больше других, так что я уже впутана…

Дашка вдруг приблизилась к Тане и осторожно приложила пальцы к ее Оберегу – серебристой цепочке-косичке на шее. Замерла, закрыв глаза.

– Наврал тебе дружок, – произнесла она через некоторое время. – Оберег работает в полную силу. А вот если бы ты разрешила снять его по доброй воле – якобы на новый обменять, то защита бы спала и делай тогда с тобой что хошь… В магическом смысле.

– Понятно.

Таня глубоко вздохнула, стремясь поскорее пережить это новое подтверждение Лешкиного предательства.

– Но от учебы отказываться тебе не советую, – продолжила Дашка, – в Кукушке ты будешь на виду, среди студентов… Так что навредить тебе будет сложнее. А вот в квартире… ну да справимся. Может, в скором времени на пятом ярусе окажемся, будем при университете жить… вот было бы здорово!

Таня покивала: она-то уже приняла решение… Просто, если Дашку вдруг начнут допрашивать, та хотя бы будет предупреждена… Конечно, после побега подруге все равно угрожает серьезная опасность, но рядом с Таней она находится в еще большей.

После того как девчонки купили себе по «студенческому» рюкзачку и даже кое-что из косметики, Таня всерьез занялась их гардеробом: Дашке кое-как подошли подружкины джинсы, хотя были длинноваты и узковаты, себе же Таня решила взять черную юбку в складку, от которой подруга наотрез отказалась. Они без труда подобрали по простой рубашке, коих у Тани всегда было навалом. А уж потом пришла очередь обуви: любимые кроссовочки забрала Дашка, потому что нога у нее была на два размера меньше, а Тане пришлось влезать в свои забытые туфли на высоком каблуке и срочно бежать в супермаркет за колготками. Определились и с двумя Таниными курточками – новая голубая пошла Дашке, а себе Таня оставила черную спортивную ветровку.

Дашка предупредила, что в университете, благодаря полученной на экзамене картонке, им выдадут новую форму, причем процедура эта очень хитрая, но быстрая, так что сильно беспокоиться об одежде нечего… Но вот добираться до университета придется по-простому – ножками топать. Правда, оставался вопрос с деньгами – имевшаяся сумма разлетелась, а на что жить дальше… Но об этом девчонки решили подумать вечером или даже завтра.

После того как с одежками разобрались, Таня занялась Дашкиным лицом – наложила тени, накрасила ресницы и губы (оказалось, ведьмочка никогда косметикой и не пользовалась), заплела тугие косички, которые Дашке очень подошли, а потом даже показала «правильную» походку, вспоминая прошлые дефиле по подиуму. Дашка искренне удивлялась, зачем при ходьбе так выворачивать бедро, а узнав зачем, долго смеялась, говоря, что заклятием одурманивания можно добиться гораздо больших результатов.

В общем, вечер прошел довольно весело, и Таня даже на время позабыла о своих планах. К счастью, подруг никто не тревожил, и они провели остаток дня перед телевизором, болтая о разных глупостях, никак не связанных с предстоящей учебой. Оказывается, у Дашки была «серьезная взрослая любовь» с одноклассником Колей из интерната, тоже колдуном, который, правда, бросил ее ради более симпатичной ведьмочки. К счастью, Дашка попала к Олеше и первая сердечная рана под новыми заботами как-то быстро успокоилась и забылась.

Таня тоже рассказала о своей жизни, в основном о Толике: как они начали встречаться в шестнадцать лет, и какая это была пылкая любовь, плавно переходящая в более взрослые отношения, пока не выяснилось, что они совершенно разные люди. Вначале Толик просил Таню забросить спортивное увлечение – скалолазание, потому что оно, дескать, занимает у нее много времени, а позже и профессию модели, потому что не хочет, чтобы на нее постоянно другие мужики пялились. А потом вдруг стал вечно злиться, жадничать и брюзжать. Погрустив, Дашка тоже начала рассказывать всякие интимные «подробности» прошлой любви и всерьез жалеть, как давно все это было.

Таня невольно вспомнила горячий поцелуй, свидетельницей которого недавно стала, и тоже расстроилась. К счастью, пора было укладываться спать, и девчонки разошлись по комнатам – Таня в спальню, а подружка вновь устроилась на диване в гостиной. Вскоре послышалось легкое посвистывание – Дашка заснула.

Выждав для верности еще немного, Таня тихонько поднялась с так и не разобранной постели, быстро собрала нехитрые вещи: паспорт, расческу, кое-что из белья, половину оставшихся денег, немножко косметики… С трудом закрывая серьезно растолстевший рюкзачок на магнитную застежку, Таня лихорадочно раздумывала, что же написать Дашке: убегаю? ухожу? смываюсь, потому что так надо?

Она прокралась в коридор, не спеша обулась, поправила волосы, оттягивая момент с запиской… И вдруг осознала, что после ее побега подруге придется ой как нелегко. А если ее станут пытать? Мамочки… Но что же тогда делать?

И тут позвонили в дверь.

– Кто там? – тихо и как-то хрипло прошептала Таня, пугаясь собственного голоса.

Но ее услышали.

– Откройте, – попросил мягкий баритон, который она сразу узнала, – и не бойтесь.

Укоряя себя за неосторожность, девушка покорно повернула ключ в замке, справедливо полагая, что уж от старшего Вордака ей все равно не скрыться, даже если она успеет вылететь через окно.

На пороге действительно стоял он.

– Можно?

– Заходите. – Таня совершенно растерялась.

Вордак зашел, разулся, оставшись в черных носках, и прошел на кухню.

На Таню все эти манипуляции произвели сильное впечатление. Уважаемый и могущественный колдун, в распоряжении которого находилось несколько огромных замков, да что там, будущий президент, пришел в ее маленькую квартиру и ведет себя как обычный смертный? А Лешка говорил, что его отец никогда не соизволит прийти к ней сам… А значит, причина для визита серьезная.

У девушки мурашки забегали по спине, но она проследовала за своим гостем в кухню, где, к счастью, был относительный порядок.

– Чаю? – спросила Таня, чувствуя себя донельзя глупо.

– Если можно, кофе, – ответил Вордак. – У вас есть арабика?

Таня машинально кивнула: уж на пачку любимого кофе всегда деньги найдутся. Тем более после неудачного выманивающего волшебства с фрикадельками не хотелось больше экспериментировать. Дашка рассказывала, что по Колдовской Этике – негласному своду законов в магическом обществе, пользоваться выманивающим волшебством в городе категорически запрещено: только по своим каналам, как это делал Лешка, – то есть перетаскиванием вещей из собственного дома. Кругом много волшебников, и если у них вдруг что-либо пропадет – все! Проследят путь и нагрянут с приветом…