Элиезер Юдковский - Гарри Поттер и методы рационального мышления

Тик.

Она так не поступит.

Тик.

Это не в её духе.

Тик.

И тут Гарри пришло в голову, что кто-то с помощью чар Ложной памяти уже пытался подставить Гермиону Грейнджер, чтобы её обвинили в убийстве. Это произошло в Хогвартсе, и защитные заклинания ничего не заметили. И кто-то устроил, чтобы Драко умирал достаточно медленно и охранные чары не подняли тревогу по крайней мере в течение шести часов, после чего никто уже не мог узнать, что произошло, с помощью Маховика времени. И кто бы это ни был, он настолько умён, что провёл тролля через древние защитные чары Хогвартса, и при этом директор не узнал и не отправился проверить, что за постороннее существо тут появилось. Значит, этот кто-то может быть достаточно умён, чтобы сделать очевидный шаг и заколдовать магические предметы Гермионы...

Тик.

Перспектива менялась, словно в кубе Неккера, и какую-то часть Гарри начала захлёстывать медленно поднимающаяся паника. Да о чём, чёрт побери, он вообще думал, когда допустил, чтобы Гермиона и Невилл остались в Хогвартсе просто потому, что их снабдили парой глупых побрякушек, неспособных остановить того, кто вознамерился бы их убить.

Тик.

Другая часть его рассудка сопротивлялась, заявляя, что об этом нельзя говорить с уверенностью, что всё сложно, и вероятность запросто может быть меньше пятидесяти процентов. Было легко представить, как он на виду у всех ударяется в дикую панику, а потом Гермиона возвращается из уборной рядом с Большим залом. Или что тролль не успеет подобраться к ней хоть сколь-нибудь близко... Вспомнилась сказка про мальчика, который кричал «волк». Если в следующий раз Гермиона окажется в беде, ему никто не поверит. Он зря растратит кредит доверия, который мог бы впоследствии пригодиться на что-нибудь другое.

Тик.

Гарри узнал проявление «боязни неловкости», из-за которого большинство людей в условиях неопределённости не делают ничего, а в итоге ситуация становится только хуже. И всё равно потребовалось поразительно много силы воли, чтобы решиться громко закричать при всех. Будет крайне неловко, если он просто не разглядел Гермиону в толпе...

Тик.

Гарри глубоко вдохнул и закричал изо всех сил:

— Гермиона Грейнджер! Ты здесь?

Все ученики повернулись и посмотрели на него. Затем некоторые из них начали оглядываться по сторонам. Шум в зале поутих: некоторые разговоры прекратились.

— Кто-нибудь видел Гермиону Грейнджер после... сегодня, примерно после половины одиннадцатого? Кто-нибудь знает, где она может быть?

Болтовня на заднем плане стала ещё тише.

Но никто ему ничего не ответил и, самое главное, никто не крикнул в ответ: "Не волнуйся, Гарри, я здесь".

— О, Мерлин, — сказал кто-то рядом, и болтовня возобновилась, ещё более оживлённая, чем раньше.

Гарри уставился на свои руки, отключился от шума и попытался думать, думать, ДУМАТЬ...

Тик.

Тик.

Тик.

Сьюзен Боунс и рыжеволосый мальчик с изрядно затасканной палочкой одновременно пробились к Гарри сквозь толпу.

— Нам нужно как-то поставить в известность учителей...

— Нам нужно пойти и найти её...

— Найти её? — огрызнулась Сьюзен, поворачиваясь к мальчику. — И как вы это сделаете, капитан Уизли?

— Мы выйдем и поищем её! — огрызнулся в ответ Рон Уизли.

— Ты спятил? Учителя уже обыскивают коридоры. С чего ты взял, что у нас больше шансов, чем у них, наткнуться на генерала Грейнджер? Нас просто сожрёт тролль! А потом нас исключат!

Удивительно, как плохие идеи иногда наталкивают на правильную мысль.

— Так, слушайте все!

Люди обернулись к нему.

— ТИХО! ВСЕ! ЗАТКНИТЕСЬ!

От крика у Гарри разболелось горло, но теперь он привлёк всеобщее внимание.

— У меня есть метла, — сказал Гарри настолько громко, насколько позволяло сорванное горло. Когда он потребовал выдать ему метлу, перед его глазами стоял Азкабан и метла, рассчитанная на двоих, когда нужно было везти троих. — Она трёхместная. Мне нужно, чтобы со мной пошёл один семикурсник с опытом сражения в армиях. Мы пролетим по коридорам как можно быстрее, найдём Гермиону Грейнджер, подберём её и тут же прилетим обратно. Кто со мной?

В Большом зале воцарилась тишина.

Ученики неловко поглядывали друг на друга. Младшие выжидающе взирали на старших, а те, в свою очередь, повернулись к охраняющим периметр. Большинство охранявших смотрели прямо перед собой, выставив палочки на случай, если тролль воспользуется этим моментом, чтобы проломить стену.

Никто не пошевелился.

Никто не ответил.

Гарри Поттер заговорил снова:

— Мы не будем сражаться с троллем! Если мы увидим его, то просто улетим, и он никак не сможет нас догнать, пока мы на метле. Я беру на себя ответственность за объяснения с администрацией по этому поводу. Пожалуйста.

Люди по-прежнему смотрели друг на друга.

Гарри взирал на молчаливую толпу, на дюжину семикурсников, мрачно смотрящих по сторонам, и чувствовал, как его охватывает холод. Где-то в закоулках его разума презрительно хохотал профессор Квиррелл, насмехаясь над идеей, что заурядные глупцы способны сделать что-то полезное по собственной воле, без нацеленных в их головы палочек...

Тик.

Стандартное лекарство от апатии наблюдателя — сфокусироваться на одном индивидууме.

— Хорошо, — сказал Гарри, стараясь выдерживать командный тон Мальчика-Который-Выжил, который не сомневается в том, что ему подчинятся. — Мисс Морган, пойдёмте со мной, прямо сейчас. Мы не можем терять время.

Ведьма, к которой он обратился, не сводила взгляда с дверей Большого зала. Услышав Гарри, она обернулась, на её лице промелькнул ужас, но она быстро его подавила.

— Заместитель директора приказала нам всем оставаться здесь, мистер Поттер.

Гарри с трудом разжал зубы:

— Профессор Квиррелл такого не говорил, да и вы тоже. У профессора МакГонагалл нет талантов тактика, она не подумала проверить, все ли ученики на месте, и она считала хорошей идеей отправить учеников шагать по коридорам. Но профессор МакГонагалл понимает, когда ей указывают на её ошибки, вы видели, как она послушала вас и профессора Квиррелла, и я уверен, что она бы не хотела, чтобы мы просто проигнорировали тот факт, что Гермиона Грейнджер где-то там, одна...