Дэвид Коу - Магистр

— Я хотел бы поговорить с Правительницей.

Охранник кивнул:

— Конечно. Минутку.

Он протянул руку к кнопке на пульте, и на несколько секунд изображение пропало с экрана. Затем появилось лицо Мелиор. Она была одета так же, как и ранее в этот день — так, как всякий раз, когда Марар видел ее, — в блузку цвета слоновой кости и темные брюки свободного покроя. Ему не были видны ее бедра, но он предполагал, что к поясу у нее прикреплен лучемет. Она всегда так делала. Многие считали ее прекрасной, и он видел почему.

Как только она появилась, на пульте Марара вспыхнула лампочка.

— У тебя включено записывающее устройство, — с улыбкой сказал Марар.

Мелиор кивнула:

— Да. А что такого?

— Я хотел бы, чтобы ты его выключила.

— Почему? — сдержанно улыбаясь, спросила она.

Марар пожал плечами, притворяясь безразличным.

— Как правило, я не позволяю, чтобы мои разговоры записывались. Если мы хотим поговорить, тебе придется выключить его.

— Это ты со мной связался, Марар. Почему ты думаешь, что я заинтересована в разговоре с тобой?

— Возможно, ты права. Как самонадеянно с моей стороны. Поговорим в другой раз?

Она несколько секунд смотрела на него, ее лицо ничего не выражало. Наконец, она протянула руку и нажала кнопку на экране. Лампочка на его пульте погасла.

— Спасибо, — улыбаясь, сказал он.

— Что я могу для тебя сделать, Марар? — спросила она с явным нетерпением.

— Разве я не могу связаться с тобой, чтобы просто поболтать?

— Ты никогда так не поступал. Кроме того, я сказала все, что нужно, на заседании Совета.

Он поднял бровь.

— Искренне в этом сомневаюсь.

— В смысле? — спросила Мелиор, сузив глаза.

— Кажется, на сегодняшнем заседании многое было недосказано.

— Не понимаю.

Марар улыбнулся во второй раз. По тревожному выражению в ее глазах было ясно, что она прекрасно все понимает.

— Давай покончим с играми, Мелиор. Они оскорбляют нас обоих.

Некоторое время Мелиор пристально смотрела на него, ничего не говоря. Затем она кивнула, словно приняв решение. Возможно, она даже на мгновение улыбнулась — трудно было сказать.

— Хорошо, Марар, — произнесла она. — Что тебе надо? Почему ты убил Шивонн и почему подослал убийцу ко мне?

Он поднял бровь:

— Ты думаешь, это все я?

— Я думаю, ты не хотел играть в игры.

— Я и не играю. — Он ненадолго замолчал, затем улыбнулся: — Проблема в следующем: говоря гипотетически, если бы я сделал все то, что ты говоришь, мне было бы трудно отвечать честно на твои вопросы.

Она скептически посмотрела на него:

— Почему?

— Ты задаешь их так, словно на них можно дать только один ответ, — пояснил он. — Но это не так. Чего я добиваюсь? Почему я убил Шивонн? Почему я пытался убить тебя? Это три отдельных вопроса.

— Три или два?

Марар издал короткий смешок и слегка наклонил голову, признавая ее правоту.

— Хорошо, наверное, два.

— Тогда дай мне два ответа, — сказала Мелиор, удобнее усаживаясь на стуле и скрещивая руки на груди. — И лучше, чтобы они были честными. Строго говоря, то, что ты сделал, является поводом к войне, и, несмотря на любые достижения, которых, как ты считаешь, Стиб-Наль добился за последние годы, мне не следует напоминать тебе, что моя военная мощь гораздо больше твоей.

Марар обезоруживающе улыбнулся:

— Конечно, Правительница.

«А тебе хорошо бы иметь в виду, — хотел сказать он, — что, если я смог убить Шивонн и едва не убил тебя, я могу рискнуть еще раз». Но подобная наглость была бы несколько преждевременной.

— Пожалуйста, не забывай, что мы говорим гипотетически, — сказал он.

Она кивнула и сделала нетерпеливый жест, словно побуждая его продолжать.

— Теперь о том, чего, как ты выразилась, я добиваюсь, — продолжил он. — Это вряд ли кого-нибудь сильно удивит. — Я хочу богатства и власти.

— У тебя уже есть и то, и другое, — сказала она. — Ты — Правитель Стиб-Наля. Ты ни перед кем не отвечаешь, и, несомненно, твое положение приносит тебе немало золота.

Он кивнул.

— Это, может, и так, Мелиор, но позволь спросить тебя: все то, что я имею, удовлетворило бы тебя?

— Что?

— Ты правишь Брагор-Налем уже почти семь лет. Ты знаешь, что значит командовать самой большой армией в стране, что значит называть себя Правительницей самого большого Наля в стране, что значит иметь в своем распоряжении самую богатую в стране казну. Ты бы променяла все это на то, что имею я?

Она заколебалась, и Марар улыбнулся.

— Конечно, нет, — произнес он, отвечая на свой собственный вопрос. — Я бы на твоем месте тоже бы не променял. — Он наклонился вперед, оперевшись локтями на подлокотники вырезанного из дерева кресла и всматриваясь в экран. — Но я не на твоем месте, ведь так? У меня нет всего того, что есть у тебя. У меня нет даже того, что есть у Вирсии. Тут и сравнивать не стоит.

— Так, значит, на самом деле ты добиваешься не власти или богатства, не так ли, Марар?

Настала его очередь колебаться.

— Я что-то не улавливаю.

— Послушай себя, — сказала она с обескураживающей невозмутимостью. — Ты ведь на самом деле не заинтересован в золоте или влиянии. Ты просто завидуешь. Тебе нужно то, что есть у нас. Вероятно, всегда было нужно, но у тебя никогда не было достаточно средств, чтобы получить это.

— Смешно! — сказал он.

— Разве? Мне также кажется, что сказанное мной объясняет убийство Шивонн и бомбу, которую ты послал в Золотой Дворец. — Она грустно улыбнулась. — Ты можешь наслаждаться тем, будто ты выражаешься таинственно и запутанно, но если копнуть поглубже, ты просто ребенок. Тебе нужно все, что есть у твоих друзей, а если ты не можешь этого заполучить, ты находишь новых.

— Да как ты смеешь! — прошипел он. — С кем ты, по-твоему, разговариваешь?

Ее улыбка исчезла, и она зло уставилась на него своими зелеными глазами.

— Я говорю с человеком, который пытался меня убить и который нарушил столько условий Договора об автоматизированном производстве и Прокламации о защите зеленых насаждений, что мне даже считать не хочется! Учитывая все эти нарушения, я имею право захватить Стиб-Наль завтра же. Или мы с Вирсией попросту можем изгнать тебя из Совета. Не вынуждай меня, Правитель!

Он открыл рот, собираясь выпалить угрозу в ответ. В тот миг он больше всего на свете хотел видеть ее мертвой. Но он подавил желание сказать слишком много. Он стиснул зубы, стараясь взять себя в руки.

Мелиор, казалось, читала его мысли. Она протянула руку в и достала посох со сверкающим красным камнем.