Екатерина Спасская - Коридор Времени

— Я с кем, по-твоему, разговариваю? Быстро поднимись на ноги!

Сжимавшие череп невидимые тиски немного ослабили давление, и я, воспользовавшись моментом, открыла глаза.

Оказалось, что я лежала на бревенчатом полу какой-то маленькой комнаты с невысоким сводчатым потолком. В стенах, тоже, как ни странно, деревянных, были прорезаны грубые окна, сквозь немытые стекла которых едва пробивался свет. Не хватало только курьих ножек. Хотя, возможно, я их просто не вижу, потому что сама нахожусь в избушке, а вот со стороны…

В полумраке я разглядела перед собой высокую фигуру женщины, сложившую руки на груди. Похоже, это она разговаривала со мной.

Лежать на холодном полу было неудобно, поэтому я как можно быстрее встала на ноги.

Кошмар! Голова кружится так сильно, что земля и стены раскачиваются, как на палубе! И мысли ползут друг за другом с ужасающей медлительностью.

— Уже лучше, — женщина удовлетворенно кивнула. — Я Агния. Начиная с сегодняшней минуты, ты будешь во всем слушаться меня. Если я сочту твое поведение пристойным, ты будешь реже испытывать вот это.

Дикая боль в голове снова уронила меня на пол. Такими темпами я вообще разучусь передвигаться на двух ногах!

— Я не приказывала тебе падать.

И снова по телу будто прошелся электрический разряд. Пять секунд спустя я осознала, что забыла дышать все это время. Глоток воздуха неприятно ожег пустые легкие.

— Вы Баба Яга? — Я сама поразилась уместности собственного вопроса, но нужно же было проверить, двигается ли язык.

— Чего? — Женщина приподняла брови. — Кто такая Баба Иага? Погоди, ты издеваешься надо мной? Ну, сейчас я покажу тебе такую Иагу…

Очередной разряд практически лишил меня сознания. Что со мной происходит? Я не могу сконцентрироваться ни на одной мысли!

— Агния, сбавь напор.

— Она не слушается!

— Еще бы! Встань на ее место. Незнакомый лирен, возникший из ниоткуда, да еще и сопровождающий каждую реплику… э-э-э, не вполне приятным применением Клиадры… Тем более, разве ты не видишь, у нее все еще плывет перед глазами. Мне кажется, она сейчас вообще практически ничего не соображает. А ты требуешь от нее послушания.

Я снова попыталась встать. Надо же, получилось! Если бы не головокружение… Я закрыла глаза, помотала головой, затем рискнула немного оглядеться.

— А, по-моему, все она соображает, раз назвала меня какой-то Иагой

— Не Иагой, а Ягой! К тому же, какая разница, кем она тебя наречет?

Повернувшись к источнику второго голоса, я увидела, что в углу сидит пожилая дама, которую скрывала упавшая на нее тень. Не старушка, а именно дама: что-то необъяснимое чувствовалось в этом человеке, что не позволило бы назвать ее бабушкой.

— Кто вы? — Спросила я, оглядываясь: вдруг здесь есть кто-то еще?

— О, а ты права, сестра. Она уже начала задавать вопросы: значит, вполне соображает, что к чему, — улыбнулась дама.

— Знаешь, Гретта, я смотрю и удивляюсь твоему терпению, — Агния слегка кивнула собеседнице. — Только не думаю, что ей уже МОЖНО задавать вопросы.

— Да ладно, перестань. Пусть спрашивает, все равно это ни на что не повлияет. Ну, так что ты хочешь узнать… Аня?

— Кто вы такие? — Я невольно отодвинулась к стене, опасаясь внезапного удара.

— Кто такие? М-м, у нас много имен, — Гретта провела рукой по седым прядям. — Но большинство лирен называют нас Воинами Судьбы. Забавно, правда? Ой, прости, ты ведь даже не знаешь, кто…

— Лирены? — Перебила я. — Получается, они существуют на самом деле? И Веселес тоже?

Гретта удивленно перевела взгляд на Агнию. Та в ответ пожала плечами.

— Девочка, откуда ты узнала про Веселес? Мир, в котором мы сейчас находимся, не из тех, где об этом известно каждому второму, — пожилая леди встала и направилась ко мне. — Ты уже встречалась с другим лиреном из иного мира, который и рассказал тебе об этом? Кто он? Говори! И даже не думай мне врать!

— Никого я не видела. Мне никто ничего не рассказывал, честно. Я… Я, ну, прочитала об этом в книге.

— Какой еще книге?

— Не знаю. Обычная книга. Такой большой тяжелый фолиант с каменной полусферой и какими-то странными знаками. У нее не было никакого названия.

— Никогда не слышала о такой книге. Во всяком случае, не здесь… Ну, ладно. Что еще ты знаешь? — Гретта больше не улыбалась.

— Я читала что-то про Коридор Времени, про псевдомиры. Еще в книге говорилось о… как их там, Избранных Посвященных и о трех Дарах.

— Надо же! Вот это осведомленность! Да у тебя, девочка, почти законченный начальный уровень исторического образования. И это для лирена, живущего в таком отсталом и изолированном мире! Похвально, похвально! Что ж, тем проще нам с тобой сотрудничать. Так вот, Воины Судьбы — единственные потомки тех самых Избранных Посвященных, о которых ты читала. Сейчас ты видишь перед собой воплощенное наследие былой мудрости и не угасшей силы.

— То есть вы хотите сказать, — до меня понемногу начало доходить вышесказанное. — Что все это правда?

— Конечно!

— И вы… пришельцы из другого мира?

— Да, это же очевидно!

— Подождите-ка. Если вы прямые потомки…

— Избранных Посвященных, — подсказала Гретта.

— Да, точно, из самых! Значит, вы должны быть, ну… э-э-э, очень сильными?

— Долго же ты приходила к этому выводу.

— И в Веселес много миров?

— Так много, что это трудно представить.

— Ага, и в мирах живут лирены?

— Точно!

— Я схожу с ума. Какая досада! — Я села обратно на пол.

— Все будет хорошо, — Гретта мягко положила свою руку мне на плечо. — Я тебя понимаю. Всю сознательную жизнь ты жила в статичном мире, где каждый день более-менее предсказуем, а практически любое явление объяснимо. А теперь оказывается, что границы реальности гораздо шире… Но ты не теряйся, просто прими полученную информацию к сведению. Все остальное сделает время…

— А почему у вас одинаковые плащи?

— Оранжевый и черный — цвета Судьбы.

— Что такое Судьба?

— Э-э-э, сразу на этот вопрос ответить весьма затруднительно. Да и, наверное, сейчас не совсем подходящий момент для такого разговора. Так что, в другой раз.

— Зачем я вам?

— Извини, тут я тоже ничего не отвечу.

— Но почему? Я имею право знать!

— Ты ничего не имеешь, и уж тем более прав! — За словами Агнии последовала резкая и очень болезненная судорога, волной пробежавшая по всему телу. Я умудрилась остаться в сидячем положении. — Сейчас же проси прощения, дерзкая девчонка!

— За что? — Не удержалась я.

Ответом стала всепоглощающая боль.