Константин Бояндин - Куда уходит вчера

Надо рискнуть. Генерал знал, что планы, которые кажутся наиболее продуманными, чаще других подвержены провалу. Он предпочитал импровизировать — в разумных пределах. Шайр — ключевая точка, ударив по которой, можно полностью изменить расстановку сил. Если удастся сровнять крепость с землёй без серьёзных потерь, участь главной группировки войск Шамульеза на центральных равнинах решена.

Генерал посмотрел на часы. Надо отдохнуть, хотя бы немного. Через четыре часа ему предстояло отправиться в путь. Тайно. Скрытность — самое мощное оружие в его арсенале.

Вопреки ожиданию Ривллима, они направились не напрямую к Шайру, а к так называемому Горбатому Хребту — ближайший к Меорну, он состоял из двух высоких гор с округлыми вершинами и множества менее высоких. Шайр возвышался над подножием дальнего «горба».

— Здесь множество подземных дорог, — пояснила девушка. — Слуги Тёмной пытались их использовать, но быстро поняли, что на подземелья её власть не распространяется. Вернее, на подземных жителей.

— А нас они, конечно, пропустят, — поджал губы воин. — Я тоже слышал о подземных народах. Они не очень радуются, когда сверху спускаются гости.

— Смотря какие гости, — возразила девушка. — Если приходить исключительно за чужими богатствами, то кто угодно не стерпит. Кроме того, эта дорога должна быть пустой. Ближайшие подземные поселения заброшены.

— Генерал знает, что мы пойдём этим путём? — Ривллиму не знал, что там задумала Фиар, но происходящее переставало ему нравиться.

— Знает, конечно, — махнула рукой Фиар. — Сайир, ты либо веришь мне, либо мы никуда не идём. Если я чего — то не договариваю, для этого у меня есть основания.

— Хорошо, — согласился Ривллим сухо. И молчал до того момента, как они оставили лошадей на очередной заставе, и принялись взбираться под непрекращающимся дождём по крутому и скользкому склону. Как сказала Фиар, один из входов в подземный тоннель находится не так далеко. Часов шесть путешествия по горам.

Воин приготовился ко многим часам опасного, трудного и медленного передвижения, но, как выяснилось, он ошибся. Стоило заставе скрыться из глаз, Фиар остановилась, выбрав место поровнее и, осмотрев окрестности, указала на ничем не примечательный каменный выступ далеко впереди.

— Видишь выступ, сайир?

— Вижу, — ответил недоумевающий Ривллим. — И что?

— Возьми меня за руку, да покрепче.

Воин подчинился. На короткий миг его охватило странное ощущение — словно каждая клеточка стала двигаться в свою собственную сторону. После этого больно ударило по ушам, окружающий мир растаял и вновь уплотнился… и вот они стоят на том самом выступе.

Ривллим превратился в сплошной разинутый рот. Фиар не обращала на это внимания. Она лишь встряхнула спутника и указала на другую точку, чуть ниже, но весьма и весьма далеко.

— Видишь?

Ривллим кивнул, не в силах произнести ни слова. Вновь она сжала его руку… и вновь он пережил всё те же ощущения. Теперь они стоят на склоне горы. А вон тот едва различимый силуэт у самого горизонта… мама дорогая, это же Шайр! Как же так? В лучшем случае они ехали бы туда не менее восемнадцати часов!

— За мной, сайир, — услышал он голос и увидел, что девушка указывает на виднеющуюся неподалёку пещеру. Ривллим покорно заполз туда вслед за Фиар и уже внутри увидел, как на лице спутницы возникло сконфуженное выражение.

— Я… немного перепутала… Ну ничего, это должно быть поблизости. Сейчас отдышимся и поищем.

— Что должно быть? — взорвался воин. — Что происходит? Как мы тут очутились?

— Магия, сайир, — ответила девушка спокойно, разглядывая спутника с любопытством. К счастью, воин этого не заметил. — Вы её пока не знаете, а я знаю.

Воин замолчал и довольно быстро вернул себе самообладание.

— Почему же ты не поделилась ею с генералом?.. С его магами? Представляешь, как это бы им помогло!

— В особенности это помогло бы, если секрет в конце концов просочился бы к шалиритам, — произнесла Фиар. Но не обычным пренебрежительным тоном, а серьёзно и спокойно.

— Как, интересно, он попал бы к ним?

— Сайир, — Фиар неожиданно уселась перед воином на корточки и взглянула на него снизу вверх. — Представь, что в руки какого угодно мага попадёт способ беспрепятственно перемещаться в пространстве. Куда угодно. В одно мгновение. Как ты думаешь, всем ли магам можно доверить подобное?

Ривллим открыл было рот для ответа, как вдруг понял, что имеет в виду Фиар. И ему стало не по себе.

Она была, разумеется, права: многие люди остаются приятными во всех отношениях потому, что в их руки не попало ничто, что могло бы дать — хотя бы в чём — нибудь — абсолютное превосходство над всеми остальными. Он представил себе, как маг генерала с лёгкостью проникает в тщательно охраняемый дворец императора Шамульеза и освобождает Ралион от его присутствия, раз и навсегда. Но потом он представил мага — шалирита, который за десять минут вырезает всё командование армии сопротивления…

К тому же, Ривллим вновь убедился, что Фиар открыла далеко не все возможности. С каждым разом он ощущает себя рядом с ней всё менее и менее значительным.

— Почему ты сама не покончишь с этой войной? Ты же можешь это сделать?

— Во — первых, я не могу порхать туда — сюда целый день, — Фиар продолжала сидеть, положив подбородок на сжатые кулаки. — Кроме того, сайир, это не моя война. Не я её начала, не мне её заканчивать. То, что я помогаю генералу, в общем — то, случайность.

— Случайность? — Ривллим поразился так, что утратил дар связно говорить и рассуждать. — Ты… но… Что, по — твоему, будет, если Шамульез покорит остаток континента?

— Возникнет ещё одна империя, которая развалится после его смерти. Так было неоднократно, сайир. Кто — то выживает, кто — то — нет.

— Хорошенькое дело! — Ривллим вскочил на ноги, но больно стукнулся макушкой о каменный выступ и вновь уселся, потирая ушибленное место. — Для тебя не имеет значения, выживут люди или нет?

— Сайир, — в голосе девушки звучала усталость. — Было время, когда никаких людей не было. Будет время, когда никаких людей не будет.

— Ну уж нет! — возразил Ривллим запальчиво. — Люди не должны закончиться. Иначе зачем они появились?

— Не знаю, сайир, и знать не хочу, — Фиар выглянула наружу. Дождь и не думал прекращаться. — Иначе жить станет невыносимо.

— Ты рассуждаешь, как человек пожилой и опытный, — произнёс Ривллим тихо, покачав головой. — Когда я увидел тебя впервые, то подумал, что ты такая, какой кажешься. Ты меня пугаешь, хелауа.