Виктория Оленик - Черная Химера

- Вы сами напросились на это, девушка. - В этот раз он говорил безо всякого пафоса, в голосе его слышалась грусть. На миг я и правда поверила, что ему жаль нас. Но только на миг. Потому что в следующую минуту я ощутила жуткую боль в голове и поняла, что за чары творил дознаватель. Ментальное сканирование - процедура крайне неприятная и болезненная, как для мага, так и для того, кто выступает в роли подопытного кролика. Не каждый решится его применить. К моему несчастью, старик оказался не из трусливых и был готов на многое, лишь бы узнать всю правду.

Все ментальные блоки, которые я спешно возводила, он хоть и не сразу, но разрушал. Я кусала губы, лишь бы не закричать от боли. Дознаватель кривился, но тоже держался. Наконец, когда мы оба выдохлись, он решил применить свою магию к Лионне, но у него ничего не вышло. Я вспомнила об ее татуировке и пожалела, что не сделала себе что-нибудь похожее.

- Стража! - крикнул дознаватель, и в комнату тут же вбежали два стражника. - Черноволосую можете увести, а эльфийку оставьте.

- Слушаемся, господин, - рявкнули они и увели Лионну. Я и мой мучитель остались один на один. И пытка продолжилась.

***

Очнулась я уже в камере, вся сырая. Первое, что я увидела, это встревоженную Лионну, склонившуюся надо мной. В руках она держала деревянную плашку, из которой на нос мне капала вода. Заметив, что я очнулась, она отшвырнула ненужную больше посудину и с беззаботным видом произнесла:

- Наконец-то спящая красавица соизволила очнуться. Принца, к сожалению, поблизости не нашлось, поэтому пришлось выбрать не самый приятный способ пробуждения. Учти, я извела на тебя всю воду. Поэтому не удивляйся, что воды в твоей кружке на самом донышке.

- И на том спасибо, - проворчала я, садясь и стряхивая с волос капли воды. - Уф, лучше бы пощечину дала, я ж теперь мокрая как лягушка.

- Пощечина не помогла, - усмехнулась Лионна. - Нет, бить темную колдунью - это, конечно, приятное занятие, но не тогда, когда сидишь с ней в одной темнице. К тому же тот дедуля и так знатно над тобой поиздевался. Когда стражники тебя притащили, ты как неживая была. Я уж думала, меня решили с трупом наедине оставить...

- Помолчи немного, голова раскалывается, - простонала я, чувствуя, что еще немного и голова треснет, как знаменитый куб керейских алхимиков. - Не помню, что было после того, как тебя увели. Похоже, этому отродью Ульрика все-таки удалось покопаться в моих мозгах.

- Ну и что? Я бы на твоем месте вообще не сопротивлялась. Ведь это лучший способ подтвердить наши слова!

- Ага, а заодно открыть доступ к воспоминаниям о всех преступлениях, которые я совершила. Чего тут страшного! - я почти кричала. Шейс, совсем нервы сдают. День-другой и истеричкой стану. Нужно успокоиться!

- Теперь я понимаю, почему эльфов не рекомендуют запирать в закрытых помещениях. О том, что вы чахнете без солнечного света и всяких там цветочков - это глупые байки менестрелей, - задумчиво сказала Лионна. - А на самом деле все проще. Когда вас запирают, вы чокаетесь и становитесь полными психами. Слушай, а что же тебя в отдельную камеру не посадили? Вдруг ты на меня накинешься?

- Лионна, тебе никто не говорил, что у тебя отвратительное чувство юмора? - прошипела я.

- Юмор у меня гораздо тоньше, сейчас я говорю вполне серьезно. - По лицу Лионны ничего нельзя было прочесть, поэтому я махнула на нее рукой и, устроившись поудобнее, закрыла глаза. Чтобы там ни узнал этот маг - сейчас уже ничего не исправить. А значит, остается только одно - отдыхать и ни о чем не думать.

Глава 13

День кошмаров

Лионна

- Доброе утро, кошка. - Его голос сочится медом, но в глазах сталь. - Надеюсь, ты не скучала без меня?

Запах лекарств бьет в нос, я пытаюсь вырваться, но не могу. Я дергаю веревки, рычу от бессилия и страха... все без толку.

Он берет со стола один из скальпелей и подходит ко мне. Солнечный луч скользит по металлу.

Я замираю и равнодушно слежу за солнечным зайчиком.

- Доброе утро, кошка.

Вот и мой кошмар так начинался. Я перевернулась на живот, прищурилась, чтобы разглядеть гостя, и фыркнула.

Таннер упорно и крайне брезгливо вытирал руки платочком. Черные волосы красиво спадали на плечи, из-под черной мантии выглядывали белоснежные кружева, но под глазами залегли тени. А что самое приятное - на щеке розовели следы от моих когтей. Ха, еще дня три можно будет любоваться!

- Ослеплена моей неземной красотой?

- Еще как. Пытаюсь прозреть. - Я широко зевнула. - И вообще, где ты, там утро добрым не бывает.

- Как прискорбно, - без особой жалости посетовал Таннер. - А я так старался, столько завтрак готовил! Все для вас, леди.

Завтрак, говоришь? Сев, я пригладила волосы и скривилась. Надо же, и правда, старался.

Нирна задумчиво рассматривала расставленные на полу корзинки, тарелки и блюда. По ее лицу можно было подумать, что под крышками червяки. Посмотрим...

- Вот шейс!

...Сомневаюсь, что других заключенных тоже кормят, как на убой. Я открыла крышку и принюхалась. Картошка с мясом. Сняла с корзинки полотенце - пирожки с курицей. Мои любимые, от "У тетушки": каждый завернут в салфетку с печатью заведения.

Я отодвинула поднос и, скрестив ноги, мрачно изучила явление тюремной щедрости. Так кормят только смертников. Иногда подопытных кроликов. И то, и другое одинаково портит настроение.

- Ты что, людоед? - наконец не выдержала я.

- Кто? - Темный даже на секунду перестал вытирать платочком руки.

- Ну знаешь, людей откармливает и съедает. Тебе что, мама сказки на ночь не читала? - Я с опаской взяла пухлый пирожок, разломила на две части и принюхалась. - И даже яда не насыпал. Нет, что-то тут нечисто. Говори, что надо!

Таннер в сотый раз вытер руки платочком и прислонился к стене. Тут же брезгливо скривился и выпрямился. А, теперь понятно: наш аристократ не привык к грязи.

- Ешь. Вас ждет суд.

Я подавилась, Нирна закашлялась, а Таннер, как ни в чем ни бывало, улыбнулся. Этак коварно и подло, что мне захотелось к людоеду.

От людоеда, по крайней мере, знаешь, чего ждать.

***

Не суд, а балаган какой-то.

Разряженные в пух и прах присяжные обсуждали новые духи: разило от них знатно. Примерно так воняет гнилая картошка, приправленная дорогими духами и украшенная палочками корицы. Вроде все хорошо, а нотки выдают. Судья судорожно перебирал парики, повсюду носились какие-то мужчины в праздничных нарядах.

Маги держались особняком. Похоже, светлых магов прикопали под тюремным крыльцом, поскольку на суд явились одни темные. Мрачно-похоронные капюшоны хранили торжественное молчание - точно прикопали и теперь скорбят.