Xxcoy - Послушание змеи

 – Оказывается, не мы одни ищем ту могилу. Пошли.

19

Мы вернулись в зал с двумя статуями и подошли к лестнице. В темноте я разглядел незамеченный ранее проход, ведущий в узкое темное помещение, от которого по обе стороны находились небольшие комнаты со стенными нишами. В них лежали частично сохранившиеся человеческие скелеты, некоторые были закутаны в остатки саванов. Некоторые ниши были закрыты каменными плитами со стершимися символами и надписями, но большинство стояли раскрытыми и осколки их крышек валялись повсюду на полу. Тут тоже горел факел, который Гарретт снял со стены, прежде чем мы двинулись дальше. Из любопытства я хотел рассмотреть поближе человеческие останки в стенных захоронениях и подойти поближе, но он задержал меня и указал на несколько незаметных отвертий в стене справа. Затем, нагнувшись, поднял кусок крышки и  швырнул его перед гробницами. Я с удивлением услышал щелканье, заметил, как плита чуть-чуть вдавилась в пол, и тут из отверстий справа вылетели две стрелы.  Пронзив пустоту, они с силой ударились о противоположную стену и упали на пол. Я стоял как громом оглушенный, а Гарретт, улыбнувшись в полутьме, сказал:

– Ничего здесь не трогай, ладно?

Привстав на цыпочки, я заглянул в нишу позади ловушки:

– Не понимаю, для чего эта защита. В могиле же нет ничего ценного.

– Теперь уже нет... –  услыхал я приглушенный голос Гарретта, поднимабщегося по низкой лестнице в соседнее помещение. Все понятно, он уже явно бывал здесь и наверняка оприходовал эти ниши. Поспешив вдогонку, я уже с опаской наступал на плиты пола.

Из следующей комнаты, как казалось на первый взгляд, не было выхода. Там, как и в предыдущей, находилось множество ниш и пара статуй, угрожающе взиравших на нас в свете факела. В пыли на полу лежал какой-то предмет, показавшийся знакомым. Осторожно подойдя поближе, я увидел боевой молот – оружие моих братьев. Он выглядел ужасно старым и было неясно, как он сюда попал и самое главное, где же его владелец? Кончиком ступни я боязливо коснулся молота, словно страшась того, что он сейчас оживет и набросится на меня. Мой спутник, откровенно забавляясь, наблюдал за всем этим. Я сконфуженно отдернул ногу.

– Его владелец был давным-давно погребен в одной из ниш. Но, видно, он чувствовал себя одиноко и потому покинул ее, чтобы отыскать себе подходящую компанию.

Я испуганно вытаращился на Гарретта. Разумеется, умершие братья тоже могли стать ходячими трупами, как и прочие люди. Но я всегда усиленно гнал прочь подобные мысли.

– Он был... Он ходил по этим комнатам, когда Вы в прошлый раз сюда спускались?

– Ага.

Больше вопросов с моей стороны не последовало. Наверное, в ответ на них последовала бы история о точно пущенной огненной стреле или метко брошенном флаконе святой воды. Теперь я смотрел иным взглядом на пыль у себя под ногами.

Гарретт поставил факел в держатель и ухватился за веревку, которую я не заметил, потому что она висела прямо у двери, спускаясь в маленькое четырехугольное отверстие в полу. Он повис на ней и без всяких слов скрылся в глубине. В который раз проклиная судьбу, я подошел к отверстию. Слабый свет снизу еще раз доказывал, что кто-то до нас здесь уже побывал, а еще стало совершенно ясно, что шахта достаточно глубока, чтобы дважды разбиться насмерть при падении. Взявшись за веревку, я с недоверием разглядывал ее. Вроде бы она казалась надежной, по всей видимости висела здесь не очень давно и к тому же крепилась к потолочной балке несколькими внушительными узлами. Ну конечно, тот, кто зажег факелы, наверняка использовал и эту веревку. Послав Строителю краткую молитву, я медленно полез вниз. Веревка оказалась очень шершавой, так что перчатки весьма пригодились. Я пытался не смотреть вниз и немножко тормозил для равновесия при спуске, упираясь ногами в гладкие стены.

Очутившись в маленьком переходе со скошенным потолком, содинявшим два помещения, я в который уже раз за сегодня с радостью ощутил под подошвами тверый пол. Гарретт уверенно потянул меня в левую сторону. Там находился однажды бассейн, но вода давно иссякла, лишь зеленоватый налет на стенках напоминал о ней. Вор без малейших проволочек спрыгнул туда и через широкий темный лаз заполз в водопроводную систему. Без всякого удовольствия я лез следом по запутанной паутине изгибов и ответвлений, пока мы снова не оказались в другом просторном бассейне, разделявшем комнату на две неравные половины. Одна была просторная, украшенная статуями и настенными росписями, другая – скромно обустроенная, узкая и на первый взгляд пустая. Машинально я начал карабкаться ну ту половину, что выглядела более привлекательной, но он остановил меня и потянул на другую сторону. Лишь теперь бросились в глаза знакомые мелкие отверстия в боковых стенах возле статуй, куда меня чуть было не занесло. Выбравшись из бассейна, я поспешил за Гарреттом, а незаметная ниша у стены радостно встречала нас новой бездонной шахтой. К счастью в этот раз на внутренней поверхности имелась закрепленная лестница. Вор начал быстро спускаться, а мне после беглого взгляда вниз оставлось лишь покориться судьбе – ничего утешительного, все та же темная бесконечная глубина. Скрепя сердце и стараясь не заострять внимание на расшатанных скрипящих лестничных скобах, я полез и в эту шахту. * что-то однообразно, уже не хватает никаких синонимов Гарретт, поджидавший внизу, тотчас же рванул меня за рукав, оттаскивая в сторону, едва мои ноги соскользнули с последней перекладины. И вовремя: раздалось не предвещавшее ничего хорошего щелканье уходящей в пол плиты и что-то открылось на внутренней стенке шахты. Несколько увесистых булыжников тяжело грохнулись на то самое место, где еще секунду назад находился я, а потом сползли в торону по покатой поверхности плиты. С безобидным щелчком она вернулась в прежнее положение, поджидая новую жертву. Камни выглядели очень внушительно. На полу в отдалении валялось еще несколько и я невольно задался вопросом, сколько раз должна сработать ловушка, прежде чем закончатся эти смертоносные снаряды?  Как видно, Гарретт спрыгнул с лестницы, не коснувшись плиты, в противном случае мне во время спуска был бы слышен грохот. Подняв один обломок, он внимательно его разглядел – в слабом свете на камне виднелись темные пятна.

 – Кто-то был недостаточно осторожен, – констатировал вор, потрогав булыжник в этом месте. – Еще не совсем высохло.

Конечно же пятна оказались кровью, на полу тоже осталось несколько капель. Тот, кто угодил в эту ловушку, в общем-то родился в рубашке, так как смог уйти отсюда своими ногами.

Помещение, в котрое вела шахта с лестницей, было очень просторным и неправильной форму. В мелькающих тенях я различил стены, сложенные из массивных светло-коричневых блоков. Наверное, понадобилось бы с десяток взрослых мужчин, чтобы лишь сдвинуть один такой с места. Не вызывало бы никаких сомнений, что эти стены воздвигнуты здесь на веки вечные, если бы не одна из них, находившаяся как раз напротив нас и павшая жертвой прошедших столетий. Обрушившись, она открывала ранее скрытый и оберегаемый от посторонних глаз проход. Тут бы и конец нашему пути, если бы не отверстие, пробитое кем-то справа от места обвала. Нет, не пробитое – слово выкопанное подходило куда больше. Дыра выглядела как исполинская мышиная нора и была так велика, что туда не сгибаясь мог пройти взрослый человек. По той уверенности, с какой Гарретт направился туда, стало очевидно его знакомство с этой пещеркой. Я же немного мешкал, поскольку догадывался о том, кто проложил этот ход и не особенно жаждал встречи с кем-то из строителей.