Вероника Иванова - Право быть

- Я, если вы не возражаете.

Гизариус посмотрел на меня с таким выражением, словно хотел сказать: «а твое волеизъявление вообще не имеет значения, пойдешь в обязательном порядке», но я слишком рано порадовался, что смогу перекинуться с лекарем парой слов наедине, потому что наблюдатель, покряхтывая, поднялся со стула.

- Идемте, чем короче будет цепочка ртов и ушей, передающих сведения, тем быстрее мы доберемся до истины.

Для осмотра доставленного с помощью городской стражи

гола нам пришлось спуститься на этаж ниже, в подвал, но не в самую его глубину, потому что, как красноречиво подмигивала лестница продолжением своих пролетов вниз, в недрах Опоры существовали секреты поважнее неопознанных трупов.

Неудавшийся убийца лежал на столе, завернутый в не первой свежести полотнище, видимо, ту самую пресловутую «пеленку», из-за ветхости которой расстраивался Поллан. И в самом деле, беглый взгляд на Втором Уровне зрения показал, что в контуре заклинания, переплетенного с нитями ткани, осталось совсем немного Силы, в результате чего все магическое сооружение держалось на честном слове создававшего его мастера. Гизариус, не имевший к чародейству ни малейшего касательства, примерно в одно время со мной выяснил то же самое, но более привычным лекарю способом: откинув край полотна и дотронувшись кончиками пальцев до кожи на шее мертвеца. А выяснив, не преминул разразиться горьким сожалением:

- Ай-ай-ай, мастер Поллан, ну как же так можно? Понимаю, что мало кому по нраву возиться с «пеленкой», но, чтобы зачаровать новую, не одна жадная рука залезет опять в карман казны. Или вам опять предложат услуги недовыпускников Академии?

- Заполучить выходца из Саэнны сложнее, чем может показаться, даже если ваша фантазия безгранична, мастер Гизариус, потому обходимся тем, что имеем… Но вы правы, разумеется: легче поддерживать в надлежащем состоянии уже подготовленный к службе предмет, чем раздобывать новый. И я прослежу, чтобы виновные в небрежности непременно понесли…

Лекарь трагически махнул рукой:

- Если речь идет о Йерисе, то понесет он домой вовсе не результат наказания и чувство вины, а монеты, выделенные на покупку нового заклинания! Впрочем, хватит о нем. У меня есть дело, и, чтобы не задерживать вас, я в первую очередь начну, пожалуй, его делать.

- Разумеется, мастер Гизариус, разумеется. Мы не будем нам мешать, тем более надо выяснить обстоятельства, оставшиеся вне трупа.

Поллан повернулся ко мне:

- Итак, начнем по порядку?

- Что вы хотите услышать?

- Все. Не более и не менее.

- Но разве до расшифровки записей будет правильным… Наблюдатель смешливо фыркнул, а находящийся за его

спиной Гизариус показательно поднял страдальческий взгляд к потолку.

- А вот мы и сравним ваши слова, сказанные тогда и сейчас. Что, стало не по себе?

Я решил не тревожить своего собеседника игрой в самоуверенное спокойствие и признался как можно искреннее:

- Есть такое.

- Если вам нечего скрывать, не нужно бояться быть честным.

- Я боюсь другого. Мои слова, особенно произнесенные после событий… Они ведь будут наполнены моими впечатлениями, не так ли?

- Несомненно.

- Но разве чувства - хороший помощник в таких делах? Поллан окинул меня взглядом, колючим, как еловая ветка,

но быстренько вернул на лицо прежнее выражение доброжелательного внимания в надежде, что я ничего не замечу. Я бы и остался в счастливом неведении, если бы не знал, какой реакции следует ожидать в ответ на рассудительность, весьма далекую от наивного напора новобранца.

- Чувства нельзя исключать. Никогда,- наставительно поднял палец наблюдатель.- Итак, что же потребовала от Опоры ее светлость маркиза?

- Свидетельство чистоты крови. Брови Поллана удивленно приподнялись.

- Чьей крови?

- Ее родственников, конечно. Маркиза выразила обеспокоенность появлением у своего младшего брата новой любовницы.

- Ах, вот оно что… - Наблюдатель брезгливо скривился.- Но любовница - это еще не жена, даже если осчастливлена бременем. Вы были у Магайона?

- Да, и честно говоря…

Колючесть снова наполнила взгляд Поллана, только теперь она была сильно разбавлена азартным интересом.

- Дела обстоят серьезно?

- Более чем. Герцог в действительности сильно увлечен. Так сильно, что в ближайшем и весьма скором времени готов сделать любовницу супругой.

Разве это беда? - усмехнулся наблюдатель.- Одной женой больше, одной меньше… Его светлость вполне может себе позволить хоть пяток жен сразу.

И целый выводок детей, чтобы лишний раз позлить престарелую сестрицу. Можно было бы предположить, что Магайон именно этого и добивался, приводя в дом женщину, однако прочие обстоятельства свидетельствовали об ином. Вряд ли причиной происходящего стало желание по-детски напакостить.

- Я придерживался подобного мнения до беседы с герцогом.

- А теперь считаете иначе? - Да.

Наблюдатель потер ладони друг о друга, прислушиваясь к тону моего голоса, словно хотел убедиться в твердости моего впечатления, прежде чем продолжать расспросы.

- И что заставило вас разделить тревогу маркизы? Уверенность, к сожалению, пока лишенная весомых доказательств.

Уверенность в чем? Ну вот и настал ключевой момент всего разговора. После того, что я скажу, повернуть вспять будет крайне затруднительно, а быть может, и вовсе невозможно. - Герцога приворожили. Поллан задумчиво пропустил прядь своих седых волос через гребень пальцев.

- Такое заявление делать опасно.

- Я понимаю. Но поведение Магайона и присутствие в его доме так называемого брата будущей герцогини не находит другого объяснения.

Один мужчина и одна женщина почти всегда могут находиться вместе по обоюдному желанию, одна женщина и двое мужчин - совсем другое правило, и наблюдатель точно знал разницу, потому что нетерпеливо велел:

- Рассказывайте!

- Во время беседы герцог вел себя весьма зло, напористо,

необдуманно, словно желал поскорее избавиться от нас и вернуться к своей возлюбленной. А как только она присоединилась к беседе, перенес все внимание на женщину, стал намного спокойнее. Но женщина пришла не одна, а со своим якобы младшим братом, которому, судя по всему, не просто доверяет, а подчиняется в любых обстоятельствах. Можно было бы поверить в родство этих двоих, закрыв глаза на слишком большое различие черт, но поведение мужчины выглядело странным. В частности, он, услышав название небольшого и мало чем примечательного городка, поспешил уйти, сославшись на нездоровье.

Поллан нахмурился: