Сергей Джевага - Посох для чародея

- Будь здоров! - проворчал я и направился к выходу- Эй, чародейчик! - крикнул мне вслед Ргар,- Ты же помнишь наш уговор?

Я остановился на пороге, оглянулся. Увидел: гном хитро улыбается, почесывает бороду, но глаза серьезные, холодные.

- На память никогда не жаловался,- процедил я. Из глубин души стала подниматься черная едкая

злость. Меня трясло уже не от страха, а от ярости. Поймал себя на том, что сжимаю кулаки, скриплю зубами, кровь в жилах начинает закипать. Если сейчас отвесит шуточку, подумал я, не выдержу, кинусь с тем самым свежекупленным мечом. Но гном сдержался.

- Хорошо, это очень хорошо… - ухмыльнулся он. По городу я летел как на крыльях. Время поджимало,

и я знал: если опоздаю на бал, Аш меня точно прибьет. Еще нужно помыться, щетину с лица сбрить. А то уже зарос, аж кожа чешется. Я ж не гном, чтоб бородищу отпускать. Аш обещал подходящую одежду. Интересно, на что расщедрился старший брат. Небось какие-то свои обноски прислал. Это было бы в его стиле.

Я стрелой взлетел на чердак, вихрем ворвался в комнату. Все было по-прежнему: пыльно, грязно, пахнет масляными красками. С холстов на меня смотрят люди, печальные, веселые, равнодушные, убегают вдаль ленты дорог, плывущие по голубым небесам облака похожи на странных зверей. Посох с немым укором наблюдает за мной из своего угла.

- Отвали! - обессиленно прошептал я ему.- Отстань! Займусь я тобой, займусь! Но позже, сейчас других дел навалом.

Меч положил на стол, бухнулся на кровать и попытался отдышаться. Аш не обманул, одежда уже висела на спинке стула. Новый камзол, бриджи, рубашка. Под столом блестели модные лакированные туфли. Времени в обрез, пора собираться. И зачем я согласился идти на этот дурацкий бал? Свои проблемы решать надо, а я в развлечения ударился.

Сбегал на первый этаж, притащил воды. Потом долго ожесточенно смывал с себя грязь, скреб тупой бритвой непослушную щетину. Порезался пару раз, кровь лила, как из поросенка, сворачивалась плохо. Отыскал более-менее чистую тряпицу, приложил к царапинам.

Камзол оказался узок в плечах, сразу же затрещал по швам. Я выругался, повесил обратно. Бриджи тоже шились на какого-то дохляка. Лишь рубашка и туфли пришлись впору. В конце концов удалось отыскать в шкафу более-менее приличные брюки. Я оделся, глянул па себя в зеркало. Вроде бы неплохо. Подумал и прицепил к поясу меч. Не зря ж покупал, да и солидней как-то. Аристократичней.

Дверь содрогнулась от мощного удара, распахнулась настежь. На пороге возникла тетка Свара. Лицо перекошено злобой, волосы всклокочены, а глаза сверкаю i праведным гневом.

- Эскер Гар! - рявкнула она.- Ты мне ответишь за все! Сколько это может продолжаться?

Я глянул искоса. Черная злоба, что ела душу, еще больше разрослась, заполонила разум. Я медленно встал, судорожно сжал рукоять меча.

- Пошла вон! - процедил я.

- Что? - опешила она.

- Я сказал - пошла вон! - раздельно и четко произнес я - Еще раз придешь - превращу в жабу!

Тетка Свара отшатнулась, даже закрылась рукой, словно я нанес удар. На лице испуг, растерянность. Она бледнеет, краснеет, потом чуть ли не зеленеет. Густо накрашенные помадой морщинистые губы жалобно кривятся, дрожат.

- Эскер Гар… - воскликнула она. Голос срывается на писк, в глазах стоят слезы.

- Это мое имя,- хмуро подтверждаю я.- Кыш отсюда, пока не разозлился!

Делаю шаг вперед, скалю зубы в злобной усмешке. Тетку Свару как ветром сдувает. Слышу торопливый стук каблуков, скрип ступенек. Ушла. Нет, даже убежала.

Нехорошо говорить таким тоном с пожилой женщиной. Кощунственно. Мне с детства вдалбливали, что старших надо уважать, слушать, заглядывать им в рот, внимать мудрости. Вот и сейчас чувствую себя полным дерьмом. Хотя знаю, что поступил правильно - сколько можно позволять ездить на себе? Но все равно в душе неприятный осадок, как будто плюнул на городской герб или отобрал у ребенка конфету. С другой стороны, какого Мрона! Я что, должен терпеть маразм старой дуры? Выслушивать ругательства с милой улыбкой? Кушать всю ту гадость, которой она меня поливает? Ну уж нет, я поступил правильно! Мрон с ним, лучше перееду на другую квартиру, но такого больше не допущу.

Ярость не отпускала, лишь утихла немного, осела огненным шаром где-то в районе солнечного сплетения. Но все равно жгла.

Последний раз глянул в зеркало, пятерней пригладил волосы. Все, пора бежать. Выскочил на улицу, направился в сторону мэрии.

Каждый город Свободных Земель управляет сам собой. На ежегодном собрании избирается мэр, заместители, главный воевода, старшина ремесленного цеха. Откуда пошел такой обычай, уже никто и не помнит. Но знати у нас никогда не было. Не было ни королей, ни князей, ни всяких там лордов. Не знаю, к худу это или к добру, но живем в демократии. Не раз нас пытались завоевать, мы ж как бельмо на глазу у всех феодалов. Но каждый раз удавалось отбиться.

Пока наша система власти еще держится, традиции не дают ей разложиться. Но, по мне, монархия лучше, жестче, целесообразней. По крайней мере в наше неспокойное время. Аристократы всю жизнь учатся править, с молоком матери впитывают необходимые знания. Понятия благородства и чести для них не пустой звук. Наши же чиновники за сочный кусок пирожка мать родную удавят. А потом еще и на могилке спляшут, если доплатить. Торговля, нажива, деньги - вот все, что владеет умами людей в Свободных Землях. Зачем воевать, как это делают благородные? Война так расточительна. Зачем хранить честь и достоинство? Ведь это не принесет дохода.

Вот такой подход наверняка и развалил Серый Орден. Ведь целесообразней сделать из гордых и непримиримых магов обычных ремесленников, приравнять к мастеровому люду, сделать винтиком в механизме обогащения. Зачем Свободным Землям чародеи? Зачем тем, кто умеет думать, рассуждать, а самое главное - кто имеет власть все изменить?

Я подошел к воротам мэрии, остановился в растерянности. Было оживленно. Въезжали и выезжали различ ные повозки, бродили разряженные люди. И где искан Аша?

- Эскер!

Я огляделся, нашел взглядом брата. Тот стоял у самых ворот в компании каких-то богатеев и махал мне рукой. Я взглянул: Аш разодет в пух и прах, камзол вышит золотом, весь надушенный и напомаженный, на знакомой мне с детства физиономии выражение самодовольства и тщеславия. Я подошел, остановился в трех шагах. На меня тут же обратились презрительные взгляды богатых снобов, ощупали с головы до ног, словно мерзкие, паучьи лапки и, потеряв интерес, отпустили.

- Ты опоздал,- нахмурился Аш.- Где твоя хваленая пунктуальность?

- Там же, где моя несуществующая смелость,- попытался пошутить я.