Арин - Заря

Я же слушала её вполуха, а записывала вообще по инерции. Мой ум был занят Натой — у той с утра было какое-то очень задумчивое настроение — то ли еще, до какой шалости додумалась, то ли их Надьяном идея увенчалась успехом. Первое настораживало, второе вызывало любопытство — мне же тоже интересно будет книги по магии почитать. Притом, что я честно с ними за фолиантами ходила.

Эх! Знал бы дядя, чем я на лекции занимаюсь! Было бы мне тогда Щастье от слова Щаз.

— Кровь бывает нескольких видов. При том, у разных рас она таки же различается, и при работе с ней надо обязательно помнить, что переливание эльфийской крови без специальных ритуалов приводит к смерти, а крови оборотня к сумасшествию. К сожалению последнее было узнано экспериментальным путем — именно так появились на свет первые ложные оборотни. Переливание человеческой крови может привести к смерти, если только вид подобран не правильно, поэтому именно кровь человека чаще всего используется, как донорская — она, можно сказать, безопасна для всех, — и зачем мастер это рассказывает? Из всех представителей других рас здесь учится только Дик. Может, конечно, где-то затесалась пара оборотней, но они больше предпочитают жить в лесах, каменные города даже с обилием садов и деревьев не для них. Наверно, именно поэтому двух'ипостасные так дружны с дриадами и друидами.[28] Правда, дружба их странна — оборотни хищники, а духи леса все поголовно не приемлят животной пищи.

Догнала я Нату только в коридоре. Она куда-то стремительно шла, и, чтобы поймать её, мне пришлось приложить немало сил.

— Ну? — одним словом обозначила все мучившие меня вопросы.

Подруга странно посмотрела в ответ и, схватив мою руку, потащила куда-то мое многострадальное тело.

— В общем Надьян разработал лупу, сквозь которую при малом задействии магии можно читать на тезаре, — по дороге начала втолковывать она мне, — но вот незадача, нужные материалы просто так не достать. Мастер Илазе обязательно заинтересуется: зачем его ученику стекло с вплавленным серебряным напылением.

— И? — продолжила свой немногословный допрос.

— Ну и думаем, где достать, — ответила подруга, а я сообразила, что мы идем к приноспамятной лаборатории.

Мы завернули в коридор, дошли до кабинета. Я с некоторым смущением и робостью заглянула в неё — все-таки не так уж давно мы её разгромили.

Перед моими глазами предстала та же самая комната, что и до взрыва. Будто не здесь Ната в ярости кинула в Надьяна колбой. Единственное, что изменилось — Интореми стоял к нам лицом и рассматривал с тонкой палочкой угля в руках какие-то бумаги. На этот раз поверх его белоснежной рубашки был надет фартук привычного серого цвета. На безупречном загорелом до бронзы лице (с которым так сочетались пшеничные волосы) застыла гримаса легкого неудовольствия, в глазах отражалась усиленная работа мысли. Похоже, что-то в работе юного целителя шло не так.

— Как дела? — спросила Натарина, усевшись на табуретку, стоящую около стола. Я примостилась на небольшой стульчик находящий у другого края.

— Никак, — грустно констатировал юноша, — нужно именно такое стекло и никак иначе. Что делать — не знаю.

— А остальные ингредиенты? — тихо спросила я — уж больно несчастное стало у Надьяна лицо.

— Да остальные легко найти можно — ту же оправу просто попросить выковать ребят из мастерских, — тут он чуть покраснел и посмотрел в сторону Наты. Мда-а. Понятно, кто просить будет. Хотя… Надьян скорее попросит Илазе дать ему допуск к станкам — гордость у воинов всегда была выше неба, а опуститься до того, что зависеть от женщины… для них лучше смерть.

— А почему бы не попросить их сделать лупу? — предложила я.

— А из чего? — грустно спросила пол Ната, — им же материалы под определенные вещи дают. Для оправы-то можно просто найти кусок металла. А из своих запасов они делать не будут.

— Дела-а, — задумчиво протянула я, уткнувшись подбородком в лежащие на столе руки.

— Кхарт!![29] — неожиданно зло ударил Надьян кулаком по столу, — что за невезение!! Кузнеца что ли ограбить?! Так в город идти надо, да и… — продолжать юноша не стал. То, что это будет аморально, все присутствующие поняли и так.

— Прекрати, — спокойно ответила ему Натарина, — ситуация не безысходная. Впрочем, даже если бы выхода не было, устраивать истерики не стоит.

— Да знаю я, — сел на свой стул Интореми, «уронив» голову на стол прямо поверх бумаг.

Так мы и сидели, каждый уткнулся в свои локти. Было обидно. Всегда жалко, когда все упирается в материалы. Сломать что ли что-нибудь. Сломать и забрать по-тихому. По громкому-то тут же отберут. И унесут. Интересно, а куда весь металлолом и другие испорченные вещи уносят? Подождите-ка… А я ведь знаю!

— Люди! Я знаю, где достать стекло! — от возбуждения я вскочила со стула, радостно улыбнувшись. Мои коллеги посмотрели на меня, как на пророка собирающегося сообщить главную Тайну Мира, — я знаю, куда складывают все испорченные инструменты! Там наверняка есть нужные материалы!.. Только это место закрыто, — добавила я тише.

— Ну, это-то не проблема, — сказал Надьян воспрявший духом, — встречаемся сегодня вечером здесь — пойдем навещать склад.

Мы с Натой стояли у дверей и ждали Интореми. Тот запаздывал, что для пунктуального, как башенные часы юноши было нонсенсом. Меня это настораживало и заставляло нервничать. Ната чистила пилочкой ногти (тем, затвердевшим и пожелтевшим от зелий давно уже было все равно) и как будто не замечала моих метаний по коридору.

— Не суетись, — сказала госпожа Летеш, наконец-то отвлекшись от своих рук. Правда не надолго — закончив со средним, она принялась за безымянный палец.

— Да я и не суечусь, — соврала я и встала около двери.

Тут с другой стороны коридора послышались шаги. Двух человек. У одного шаги были мягкие, как у большинства учеников (в форму юношей входили мягкие полусапожки на тонкой подошве), а вот у второго звонкие чеканные, на этих сапогах были подковки — Надьян и в обуви оставался верен себе (и как мастера это терпят?). Мы с Натой обернулись. Так и есть. Интореми шел не один. Его сопровождал… Тилор. Его-то он зачем притащил?

— Здравствуйте, — юноша смущенно улыбнулся такому с нашей стороны вниманию.

— Он тоже? — удивленно вскинув брови, спросила Ната, — тогда почему я не вижу?

— Нет, просто посвещен, — Надьян хитро улыбнулся, — и именно он нам поможет.

— Чем? — удивилась я. Чем может помочь резчик по дереву?

— А кто, по-твоему, будет вскрывать замок? А у Тилора есть инструмент — с личными вещами принес. Ведь в корпусе не запрещается заниматься любимыми делами. Кто-то рисует, кто-то поет, а он, вот, режет по дереву, — Надьян гордо посмотрел на брата, тот засмущался еще больше — видно не привык к такому большому вниманию (со стороны девушек, хи-х).