Роман Выговский - Игра без Правил

— Нет, ты напуганный человек. Напуганный неис-свес-снос-стью, — рассмеялся Сслар. Анри впервые слышал смех нага, зловещий булькающий, будто пузыри под водой пускаешь. — Ты творет-с, и ты так с-сахотел.

Маркизу стало стыдно за свой страх, щеки залились красным. Говорил же наг, что видит насквозь. И не удивительно, сам спокойный, бесстрастный как статуя, и взгляд внимательный холодный. Змей одним словом.

— Мы сами творцы своей судьбы, может мы и не понимаем, как мы это делаем, но…, - Ситара тяжело вздохнула. — Меня тоже выдернули из моего мира, родного города. Хотели убить… Но это часть жизни, нельзя останавливаться на этом. Нужно идти дальше. Искать причину того кто мы, зачем это?

— И как, удается? — с недоверием спросил Анри, поднял глаза.

— С переменным успехом, — улыбнулась в ответ девушка.

Туннель внезапно закончился, последняя ступень осталась за спиной. В квадратной просторной комнате все заполняет черно-синее сияние. Свет идет откуда-то сверху, льется равномерным но не сильным потоком. Гладкие блестящие каменные плиты на полу подсвечены темным огнем, и кто их тут полирует? Все вокруг покрыто толстой коркой водорослей, а эти начищены до блеска, словно стальные рыцарские латы.

На лицо Анри пала прозрачная пепельная тень, он поднял глаза. Высоко под самым потолком, горит громадный темно-синий камень, даже не горит, тлеет как угли в отгоревшем костре. От него исходит страшный тусклый свет, загадочно выплясывает на острых как клинки гранях кристалла. Длинные тени ползут по стенам, полу, растворяются в ярких вспышках голубого сияние, что идет от центра. Там вращаются три громадных обруча, любой знает, что такая тяжелая вещь не может висеть в воздухе, да еще и вращаться. Но она висит без всякой опоры, и кружится, хотя никто не вертит. Когда все три обруча сходятся, зал растворяется в голубом сиянии, в глазах колет от яркого света, кажется ты и сам этот свет, но лишь на миг. Мгновение спустя вспышка гаснет, и ты вновь оказываешься в темном и тусклом зале, где кисло пахнет сыростью и водорослями.

— Это вход? — спросил Анри первым.

— Да, — ответила она, — это тот портал, о котором я говорила. Предки Сслара умели строить такие, но сейчас знание утеряно, а его цивилизация деградировала.

— Как инки? — переспросил маркиз.

— Есть некое сходство, — кивнула Ситара.

Анри недовольно скривился, посмотрел на обручи портала, на лбу прорезались складки:

— И зачем я должен туда идти? Как завершится инициация, что за злую вещь хочет Сслар?

Ситара вздохнула с облегчением, в глазах блеснули искорки, разгорелись, уже сияют глаза целиком, крупные губы налились краской, стали ярче, чуть дрогнули уголки рта, губы маняще приоткрылись. Анри застыл завороженный, взглядом ловил каждое мгновение. И не зря, вот он жемчужный блеск, яркий и живой, на мгновение обнажились два ряда ровных и красивых зубов.

Значит все-таки пойдет, не побоится. Сейчас все зависит от его воли, если желания будут эгоистичными, воля слабой — зло поглотит его и изменит. Слишком близко подобралась тьма к сердцу, и хочется по-дружески предупредить, но нельзя, иначе появится страх. А страх сковывает лучше любых цепей, тогда точно шансов нет.

— Анри, только ты, из всех кого я знаю, можешь пользоваться Харнскими артефактами. То о чем говорит Сслар, та злая вещь, один из них. Черная Ложа собирает любые вещи той эпохи, возможно, они знают и об этом предмете. Может это опасно, но это единственный путь…

— Ладно-ладно, — улыбнулся Анри натянуто, — я понял, что легко не будет, чем дальше, тем хуже. Как это выглядит, и что завершит инициацию. Хочется скорей покончить с этим.

— Мертвые хранят с-сферу. Черный шар, в с-солотой оправе, — ответил Сслар так спокойно, что Анри зевнул. — Шар находитс-ся во двотс-се. Ты увидиш-шь, там много мертвых вокруг. Очень много.

— Просто замечательно, — съязвил Анри, — я подойду и прошу и скажу: Мсье, вы не против, если я одолжу ваш шарик?

— Не получитс-ся, они будут против, — ответил Сслар незлобиво. Видно чувство юмора нагам не свойственно, а может, и нет его вовсе.

— Анри, Сслар хочет помочь, не надо колкостей, — строго сказала Ситара, нахмурила красивые брови. — В городе располагался Храм, в нем проходили инициацию многие из тех, кто искал Силу или Жизнь. Но этот ритуал никто не совершал уже много тысяч лет назад, потому что город погиб, и жрецы тоже. Но есть еще путь, о нем мне рассказывал Аллор. Это пройти инициацию самому. Это очень сложно, но возможно. Тебя будет ждать испытание, какие я не знаю.

— Значит храм и дворец?

— Да, но это очень опасно и ты должен будешь отправиться один. Я не могу, — грустно сказала Ситара, — сразу погибну, а Сслару нельзя входить в портал.

— Почему?

— С-слар не может, С-слар должен держать проход открытым или человек не вернетс-ся. Человек с-станет как все — мертветс-сом. Злым мертветс-сом.

— А почему эту сферу до сих пор не забрал никто из светлых? — спросил Анри, задумчиво почесал подбородок.

— Это инструмент некроманта. Она обращает человека в бесплотный дух, — сказала девушка мрачно. — Никто из светлых не может такого коснутся.

— А я могу? Это точно?

— Теоретически да…, ты же держал скларт, открывал его. Это могут только темные, — сбивчиво ответила Ситара. — Но ты не такой как все, я это чувствую, но обьяснить…, обьяснить сложнее.

Анри скрестил на груди мускулистые руки, мышцы бод коричневой кожей взбугрились. И Ситара и Леонор пользовались разными колдовскими штучками. Он и сам пользовался, а значит и он обладает той странной мощью, что за гранью человека. Но как этим управлять?

— Что я могу? — прошептал он, едва шевеля губами. — Я всего лишь человек. У меня есть, пускай были, власть и имение, положение в обществе. Это не у всех есть, не совсем как все, но все же — человек. Не колдун…

Кровь прилила к лицу, Анри опустил взгляд. Не мог он сейчас смотреть Ситаре в глаза. Не мог и все… Ведь уверен же, она смотрит разочарованно, с упреком. Да что там, сам чувствовал, что оправдывается, ищет объяснения слабости, хочет спрятаться от жизни, а не принимает ее такой, какая есть.

Сслар свирепо блеснул исподлобья серыми глазами, руки потянулись к поясу.

— Вот, вос-сьми… Выпей, — скзазал наг тихо, но напряженно, будто собирался сказать грубость, но сдержался. Медленно протянул руку вперед.

— Что это? — переспросил Анри озадаченно, с опаской взглянул на вздувшиеся желваки на лице нага. — Вода?

— С-спирт, — ответил Сслар мягко, на безгубом змеином лице прорезалось улыбка, обнажились два ряда крупных, острых как ножи зубов. — Ис-спугалс-ся? Мор-ской народ умеет шутить.