О. Шеремет - Время верить

— Вельзевул!

— Кхм. Неподвластна богам. Однако существует несколько порталов — я не слишком умно выражаюсь, иллитири? — порталов, ведущих из Гинунгагап в наши миры.

— Кто их создал? Мессир.

— Это скорее дырки, которые не удалось заткнуть. Всего…

Девять?

-..всего их девять. Порталы были структурированы в материальную форму.

— Зеркала, — вставила Шэли.

В Содом тебя через Гоморру, как выразилась бы Лаэли!

— И?

— И? Мальчик, зеркала спрятаны так надёжно, что даже мы не знаем их дислокацию.

— Вель…

— Местоположение.

— Что будет, если зеркала разобьются?

— Ничего хорошего, юный иллитири, — бог закинул руки за голову. — Я не существовал ещё в те времена, когда Мировая Бездна не была запечатана. Никто из ныне живущих богов не видел этого. Кроме, пожалуй, старших — Светозара и Рода, но они скорее проглотят свои языки, чем расскажут нам.

— Что ты знаешь о зеркалах, Дарм'рисс?

Если Шэли называет меня полным именем, дело плохо.

— Ну, э… Зеркала делают из серебра и стекла.

Боги и Владыка не слишком дружелюбно уставились на меня. Моя тушка почувствовала себя очень неуютно…

— Я… я подслушал разговор преподов в МУМИ. Они говорили о том, что были найдены двое убитых магов. В потайных комнатах, рядом с разбитыми зеркалами.

— Это мы знаем, — вздохнул Вельзевул. — Только не знаем, что это значит. И, к сожалению, узнаём о происшествиях слишком поздно.

— Погоди, Вельзевул. Он же лжёт, — в голосе богини послышалось шипение ядовитых змей. — Зеркала пропали, не оставив осколков — Ким со своей командой не могут знать, что именно было в комнатах убитых!

В жизни меня так глупо не ловили на лжи… Разучился, что ли? Стыдно, Архимаг.

— Я не знаю, Шэли. Ким сказал — зеркала. И осколки на полу. Логично предположить…

— Ты зря недооцениваешь Кима, — неожиданно поддержал меня Вельзевул. — Он более чем не глуп и мог догадаться.

— Да, пожалуй, — увяла красотка. — Но, мальчик, на каждом уровне Игга находятся три зеркала. Одно в Асгарде и одно в Мидгарде уже разрушены. Ты ведь всё равно шатаешься по мирам. Не мог бы… повнимательнее смотреть по сторонам?

— То есть вы хотите повесить на меня поиски этих демоновых зеркал?!

Боги слегка смущённо потупились.

— Мы сами не можем вмешаться, малыш.

— Но ты можешь взять помощников среди своих однокурсников, — извиняющимся тоном предложил бог. — Не рассказывай им всей правды, конечно. Вы, дроу, отлично это умеете.

Совсем ни к месту я вспомнил обжигающий взгляд землянки на приёме, больше похожий на пощёчину.

— Прелестно. Вы предлагаете мне заняться самоубийством на одному, а в компании.

— Малыш! О, ну хорошо. Если ты поможешь нам, я помогу вам с ллотами.

— А ты уверена, что так можно? — после некоторого молчания спросил Вельзевул.

— А ТАК можно? — вскинулась Шэли'и'Ксан, намекая на что-то, мне неизвестное.

— С-с-стерва, — не без восхищения процедил бог. — Ну что, дроу, ты согласен? Это щедрое предложение.

Я бросил взгляд на Владыку. Проклятый Маг с равнодушным и даже скучающим миром изучал потолок. Но его рука стиснула подлокотник дивана с такой силой, что кожа на костяшках посерела и готова была порваться от напряжения.

Согласен ли я? Это наш Шанс. Единственный, возможно. То, за что было отдано так много жизней. Это значит — будущее… То будущее, которого у моего народа — пусть лживого, жестокого, сохранившего иные гнилые традиции Паучихи — нет. То Будущее, которое я могу дать ценой всего лишь одной жизни.

— Согласен.

Боги постарались подавить вздох облегчения.

— Я могу идти, Владыка?

— Иди, Дарм'рисс.

Я сдержанно поклонился и отправился к выходу. К голове прилила кровь — и она сейчас глухо стучала в висках, мыcли путались.

— Погоди-ка, — это Вельзевул. — Кенррет. Лаэли Стрекоза ведь увяжется за тобой в поисках зеркал?

— Д-да, наверное. Не знаю.

— Присмотри за ней, прошу…

Мне оставалось только отвесить очередной поклон и убраться восвояси, гадая, что за странности валятся с неба на мою бедовую голову, словно манна небесная и каким образом с этим связана Стрекоза?

ЛАЭЛИ.

Не кончается пытка, и карлик трясёт головой…

Это было слишком. Я улыбалась, как кукла, танцевала, как марионетка и отвечала на поклоны, как заводная игрушка.

Хорошо, что мне есть теперь куда сбежать от реальности.

Я — сосуд и содержимое, облачение и сущность. Во мне живут тысячелетия в каждом своём мгновении. И это прекрасно — и сложно.

Существует легенда о том, что извечный Хаос стремиться придти в этот мир, но не чтобы разрушить его, а чтобы помочь Порядку. Ибо только в Равновесии жизнь. Но, если Порядок может существовать здесь всегда, то Хаос приходит из неведомых глубин только через посредник — через 'сосуд Хаоса', который должен быть под стать своего благородному содержимому. Мы же не пьём 'Шардене' из пластиковых стаканчиков, правда?

Чародей, который с рождения обладает способностями хаотика, должен провести некий обряд, суть которого заключается в предложении Хаосу своего бренного тела на пост 'сосуда'. Закавыка в том, что пройти этот простой обряд должен в храме Хаоса, который становится таковым лишь после разрушения — но если сохранится алтарь! А противник Хаоса такие дотошные — жуть просто: если сносят, то сносят всё. Занимаясь с детства магией под небрежным руководством старшего брата-медиума, я поклялась перед плакатом покемонов, что найду такой храм и стану воплощением Хаос.

Зачем? Элементарно, Ватсон. Передо мной открылись практически безграничные просторы знаний — это то, к чему стремится всякий маг! Не каждый, правда, захочет получить в довесок необходимость постоянно следить за состоянием потоков магии в Игге и исправлять их: где-то распутывать, а где-то обрезать. Ещё один ма-аленький момент: рано или поздно Хаос поглотит меня. Он уже начал захватывать мою сущность, и когда-нибудь я стану просто частицей этой извечной силы — не скоро, надеюсь…

Так вот. Я что-то отвечала Рилдану, занимаясь линиями огня в Асгарде, когда сквозь все барьеры пробился знакомый голос.

— Леди не заскучала?

— Нисколько, Принц Рилдан был так любезен.

Кенррет смотрит на меня испытующе. В чём дело? Он же не догадывается, зачем мне нужен был заброшенный храм Ллос, правда?..

— Чрезвычайно ему благодарен за это. Но, к сожалению, нам пора уходить.

— Так скоро? Какая жалось.

Ура! Ура! — Вопил помешавшийся от счастья внутренний голос.

Под руку с Кенрретом мы вышли на улицы Города Мира. Он всё ускорял шаг, пока не затормозил — резко, как всегда. Я всё же успела остановиться раньше, чем вписалась носом в его лопатку.