Наталья Авербух - Ведьма и вампир

— Что?

— Слушай внимательно. Вы напали на инквизитора. Вы втроём. Он пришёл к вам ночью, один, привязав рядом свою лошадь. Возле дома на него сначала прыгнули сверху — значит, Лим, — потом инквизитор освободился, поднялся, прислонился к стене и упал. Кто-то из вас его усыпил. Так?

— С чего ты взял?

— Думали скрыть правду от оборотня? Я могу прочесть следы через год после событий. Вы приволокли инквизитора в дом, в твой кабинет, оттуда в подвал. Потом привели на кухню. Потом дотащили до лошади — все трое. Бросили на землю. Ведьма села в седло, Лим поднял инквизитора, а ты обернулась и взлетела. Вы доволокли инквизитора до границы владений своего сеньора и бросили там. Ведьма сидела рядом с ним, вампир ходил вокруг, а ты стояла в отдалении. Раздели инквизитора раньше, там, где бросили первый раз. После ты упала, твой практикант понёс тебя обратно домой, а ведьма опять поехала верхом. Дома вы отпустили кобылу инквизитора, погнав её к хозяину. В эту же ночь поспешили избавиться от награбленного. Я прав?

— Нет! И близко не прав!

— Кто из вас это сделал?

— Что сделал?

— Продал вещи? Погоди-ка, тебя видели с самого утра, а Лим якобы спал… Знаешь, что получается?

— Не знаю, и знать не хочу!

— Инквизитора могли избить двое — твой практикант и ведьма. Ты на это неспособна. Одно увечье — возможно, но не столько. Не понимаю, как ведьме это могло удаться, но всё бывает. От вещей избавился практикант. Ты при всём этом только присутствовала. Свидетель, не более. Или соучастница.

— И что?

— Не понимаешь? Тебе достаточно подтвердить мои слова, рассказать в подробностях о событиях той ночи — и можешь рассчитывать на прощение.

Если бы оборотень не был готов к этому, он бы наверняка погиб на месте. Разъярённая вампирша бросилась к нему в слепой ярости, собираясь то ли выцарапать глаза, то ли перегрызть мерзавцу глотку. К счастью для себя, следователь ждал именно такой реакции на свои слова и успел перехватить девушку за руки. На стороне Веймы была большая, чем у оборотня, скорость, но она никогда ещё не нападала на живое существо, а её противник умел как атаковать, так и защищаться. И был сильнее, гораздо сильнее.

— Тише, тише, — почти ласково проговорил оборотень, с трудом отводя когти от своего лица. — Себе же хуже сделаешь. Куда мне с тобой, обморочной, возиться?

— Пусти, — угрюмо ответила вампирша приходя в себя. Вот позорище-то, чуть проклятого не загрызла! Мало ей прошлого раза!

— И не подумаю.

— Пусти, я закричу.

— Если я тебя отпущу, ты убежишь, — проницательно возразил следователь. В самом деле, сейчас Вейма только о том и думала, как бы скрыться от него подальше вместе со своей ненормальной вспыльчивостью. Раньше с ней такого не случалось.

— Не убегу.

— Так я и поверил. Лучше стой спокойно и слушай дальше.

— Чего ты хочешь? — устало спросила девушка. — Я не буду ни на кого доносить.

— Зря.

— Отпусти меня.

— Я ещё не договорил.

— Оставь меня.

— Нет, помолчи. Сейчас ты права, у меня нет человеческих доказательств. Но я найду их или обвиню вас огульно. Инквизиция пойдёт на всё, лишь бы заполучить вас и выпытать из вас доказательства преступления.

Вампирша зло расхохоталась.

— Я им не завидую, если они подумают напасть на Лима!

— При чём тут твой практикант? Он не житель этих мест, все усилия инквизиция направит на ведьму.

Вампирша снова рванулась — сначала к лицу оборотня, а потом прочь, в тщетной попытке высвободиться.

— Что тебе ведьма? Ты ведь вампир. Оставь её одну — и спасёшься.

— Пусти немедленно! Как у тебя только язык поворачивается?!

— Не хочешь? А почему?

— Пусти!!!

— Тихо! Дай мне подумать.

— Думай, только без меня!

— Куда ты так рвёшься? Домой, предупреждать ведьму? А что она сможет сделать? Её бегство только подтвердит обвинение.

— Ты не боишься нам угрожать?

— Нет. Моя смерть насторожит и Совет, и инквизицию, вы не посмеете.

— Ещё как посмеем!

— Тихо! А теперь отвечай: что ты знаешь о врагах барона?

— Что-о?!

— Что слышала. Враги барона — кто они?

— Да откуда мне знать… — растерялась от неожиданного вопроса вампирша. — Это дела человеческие, я в них не вмешиваюсь.

— Ты здесь три года, неужели ничего не слышала?

— Барон не делится своими проблемами с нами, — ещё больше растерялась девушка. — Зачем тебе это? Думаешь, кому нас продать подороже?

— Если бы вопрос был в этом, я давно бы продал ваши головы и получил за них изрядную сумму.

— Сначала попробуй их снять!

— На практиканта надеешься? Вампира можно убить, можно выманить туда, где он не успеет вмешаться. Нет, покупатель есть, только это подставное лицо.

— О чём ты?

— Когда меня снаряжали сюда, ко мне подошёл — ночью, заметь! — человек в маске. Пообещал огромные деньги, если докажу участие барона в преступлении. Поменьше — за подозреваемых, из которых можно вытащить показания. Кто это может быть?

— Ты — оборотень и не знаешь?!

— Откуда мне знать?

— Погоди, ты же чуешь…

— В том-то и дело. А у этого не было запаха. Почему?

— Не знаю!

— А ты подумай, — посоветовал оборотень. — Когда ты меня увидела, ты наверняка пыталась прочесть мои мысли. Так?

— Ну, положим.

— Без «ну». Я уверен. Но у тебя ничего не вышло.

— Ну, не вышло.

— А почему?

— За идиотку меня держишь?!

— Нет, ответь.

— Сила проклятых на проклятых не действует, это все знают. Но ты ведь чуял наши следы!

— От твоего практиканта пахнет кровью, ты слишком слаба, а на ведьм это правило никогда не распространялось.

— Тогда чёрный маг или вампир, если успел отмыться. Оборотней ведь ты чуешь?

— Оборотней я узнаю, а выследить могу, только если они сами пожелают, — поправил следователь. — Только я не о том. Итак?

— Чёрный маг или вампир. Но зачем ему?

— Ты можешь выяснить у клана, нет ли им дела до барона?

— Я могу спросить, конечно… — задумалась девушка. — Ватара попросить, может, он что-то знает. Только мой учитель — не самый влиятельный среди вампиров.

— Всё равно, спроси, — решил оборотень и отпустил собеседницу. — Надо проверить все варианты.

— Погоди! — спохватилась вампирша. — С чего ты взял, что я буду тебе помогать?!

— Мне? — непритворно удивился следователь. — Своему барону и себе заодно!

— А ты тут при чём? Какое тебе дело до нас с Магдой и барона Фирмина?

— Да никакого, — признался оборотень. — Только я служу Совету, а не проклятым в масках. Если я вас выдам, я сыграю кому-то на руку… а барона в Совете уважают.