Вероника Иванова - Берег Хаоса

– Что-то случилось? – Не преминул спросить Кайрен.

– Похоже на то. Поток...

– Что с ним не так?

– Он... уполовинился.

В самом деле, сияние стало тусклее ровно вдвое, но более не менялось. Что бы это могло означать?

– Она снова колдует? – Предложил свою версию происходящего дознаватель.

– Нет, не похоже: при заклинаниях Поток не мелеет таким образом. А тут выходит, что... Он стал ровно вполовину меньше. Но ведь только что...

Решение проверить уровень Потока на пути нашего следования пришло само собой и доказало невероятное: примерно в четырёх футах позади нас находилось самое настоящее разветвление. Помнится, в лекциях кто-то из академических наставников упоминал о такой возможности, но видеть всё своими глазами... Даже мурашки побежали по спине. А может быть, я просто начал замерзать.

Договорившись идти вдоль того же рукава, что и раньше, мы, как два барана, только уставившиеся не на ворота, а на стальную пластинку, продолжили путь к дому воровки. И каково же было наше удивление, когда за десяток шагов до ворот пластинка снова ослепительно засияла! Кайрен недоумённо потёр лоб, а я... Начал понимать, что происходит.

В границах Кенесали существует редчайшее явление – разветвление Потока. Но оно ещё удивительнее описанных в Архивах, потому что... Два рукава снова становятся одним, и происходит это аккурат перед домом несчастной девицы, которая...

– Дрянь ты эдакая! Ну сколько же ещё можно! За что боги так меня наказывают!

Со стороны, противоположной той, откуда пришли мы, приближались две женщины. Одна, сухая и прямая, как кол, что называется, видала виды: хоть кожа и обтягивала её череп плотнее некуда, но морщины всё равно покрывали лицо предательской сеткой. Впрочем, со спины эта hevary, в изысканной белой шубке и платье, из-под которого кокетливо выглядывало кружево нижних юбок, сошла бы за родную сестру покорно идущей рядом. Бледное даже на морозце лицо, страдальчески сжатые губы, тоска в больших глазах – всё говорило о том, что девушка чувствует себя нехорошо. Но по какой причине?

Пока я строил предположения, Кайрен шагнул навстречу парочке.

– Доброго дня, hevary!

Пожилая прищурилась, разглядывая обратившегося к ней мужчину.

– А, это Вы... Надеюсь, прибыли с хорошими вестями?

Дознаватель виновато улыбнулся:

– Простите, но пока ничего не выяснено.

– Вот как государственные службы выполняют свой долг! – Взорвалась старуха. – «Ничего не выяснено»! Да Вы и не пытались! Моя девочка страдает, но никому, слышите, никому нет до этого никакого дела!

– Неужели... опять?

– Да, всего четверть часа назад!

– Простите моё вмешательство, hevary, – встрял в разговор я.

– Это ещё кто? – Бдительно спросила, как можно было догадаться, мать несчастной.

– Он со мной, – ни к чему не обязывающе ответил Кайрен, и старуха, как и любой другой человек на её месте, восприняла слова дознавателя единственно возможным образом, то есть, записала меня в ту же управу.

– Четверть часа назад... Ваша дочь находилась дома?

– А где ей ещё было быть?

– И что случилось потом?

– Всё, как и раньше: ни с того, ни с сего встала, накинула шубу и вышла на улицу.

– Вы пытались её остановить?

– Да она меня даже не слышала!

– А дальше?

– Дальше... – Старуха зло раздула крылья горбатого носа. – Пошла прямиком в лавку и вырвала у торговца прямо из рук пучок лука. Совсем обезумела!

– А вот тут Вы ошибаетесь, hevary: Ваша дочь в здравом уме. И её несчастью можно помочь.

– Как? – Жадно спросили меня оба, и Кайрен, и мать воровки.

– Я непременно сообщу об этом, но чуть позже, если позволите. А сейчас мне нужно немножко подумать.

И, оставив, по меньшей мере, двоих из троицы в недоумении, исполненном надежды, я зашагал к выезду из города. Дознаватель присоединился ко мне сразу же, как смог успокоить старуху, но это заняло как раз столько времени, сколько понадобилось для приведения мыслей в порядок.

– Так как её вылечить?

– А нужно ли? Девушка обладает редким даром чувствовать Поток, и ей цены нет: вполне может заменить мага, если необходимо определить наилучшее место для извлечения.

– Но она же страдает!

– Ты так близко к сердцу принимаешь её беду? – Подмигиваю, и Кайрен почему-то краснеет. – Да ладно, шучу... Конечно, негоже оставлять её на съедение такой грозной матери. Проблема решается просто: девушку надо поселить в другой части города.

– В другой части? И как это поможет?

– Рассказываю, – я довольно щурюсь. – Сегодня ты сам видел, что происходит во время извлечения. Что-нибудь понял?

– Ну...

– Хорошо, объясню на пальцах. Чтобы получить «капли», маг строит своего рода запруду, замедляя движение Потока, почти останавливая его, потом полностью опустошает полученный... скажем так, водоём от рыбы, попавшей в запруду.

– Это когда пластинка стала чёрной?

– Точно. Но как только маг снимает свои чары, течение Потока начинает восстанавливаться, и обычно это занимает около получаса, как и в нашем случае. Но! – Делаю паузу, чтобы перевести дух. – Что бывает, когда стенки запруды падают?

Кайрен попытался представить.

– Вода начинает течь очень быстро и сильно, большой волной.

– Вот! Возникает волна! А в Кенесали эта волна делится надвое, чтобы потом снова стать единой. Но когда две волны сшибаются друг с другом, они могут наделать много бед, верно?

– Это всё понятно, – кивнул дознаватель. – Только объясни мне другое: почему происходили кражи?

– Не знаю.

– Как это, не знаешь?! Про Поток знаешь, про волны знаешь, а сказать, почему, не можешь... Я тебе не верю!

– Да не верь, если не хочешь... В самом деле, не знаю. Поток – словно река, несущая свои воды по руслу. А река обычно что делает? Подмывает берег и уносит с собой песок, частички глины, упавшие ветки, словом, всё то, что не принадлежит руслу, а произошло извне.

– И что?

– Если бы речь шла о заклинании, всё было бы понятно, но тут... Дикая Сила, ничем не управляемая. Возможно, она подхватила встретившиеся на пути чьи-то чувства или мысли и, пропустив через себя, переделала... Правда, не знаю! Я же не магик, забыл?

– Магик, не магик... – недовольно проворчал Кайрен. – А сейчас куда топаешь?

– К тому, кто понимает в извлечении больше меня, конечно.

– К магичке?

– Именно.

– И что ты ей скажешь?

А и правда, что я скажу? Когда приду на место, придумаю. Наверное. Может быть.

Открыв дверь, Варита едва поборола явственно читавшееся на бледном лице желание выгнать надоедливых посетителей вон. Но к счастью, справилась с гневом и снова пустила нас в дом.