Елена Минькина - Утро бабочки

– Но вы же понимаете, что это невозможно?

– До того как это со мной произошло, я тоже так считала. Но это было.

– В таком случае вам необходимо обследоваться и лечиться, это галлюцинации, я не буду от вас скрывать, это называется психоз или шизофрения. У вас были в роду больные этим заболеванием?

– Доктор, как я могу вам доказать, что я говорю правду? У вас есть методы, чтобы проверить это? Есть же детектор лжи, например.

– Детектор лжи можно обмануть, – грустно сказал доктор. – Если вы больны, то все галлюцинации вы примете за правду. И детектор лжи здесь не поможет.

– И как мне доказать, что я не вру?

– Да врете, вы, милочка, и сами вы это знаете. Только не пойму, для чего вам это нужно? Ну, ну, не смотрите вы так на меня. Я вам не враг, я хочу помочь вам. Знаете, существует гипноз, скажите, вы помните точную дату, когда с вами стали происходить эти события?

– Я помню не только дату, а также день, час, когда это произошло. К тому же Матрена, то есть Маргарита может подтвердить, что я говорю правду.

– Она была там с вами?

– Нет, ее не было, но она воспитывала мою дочь.

– Возможно, к вам применили наркотики, и вы представляете все в искаженном виде.

– Если мне дали наркотик, то мой мозг все равно записал правду?

– Да, это так, люди вспоминают, что с ними было, даже находясь под наркозом. Ну, что же, давайте, попробуем, я владею методикой гипноза и могу провести опыт.

После сеанса гипноза доктор с удивлением смотрел на нее.

– Понимаете, вы действительно все это видели. Но скажите мне, были у вас еще когда-нибудь подобные видения?

– Доктор, наш разговор не имеет смысла, вы не верите мне.

– Нет, что вы, не волнуйтесь, я вам верю. Есть такое заболевание, когда человек начинает жить второй жизнью. Кроме него никто не видит ни людей, ни явлений, которые проходят у него перед глазами. Иногда заболевание находится в длительной стадии ремиссии, вот, например, как у вас, но с этого момента вы должны будете принимать таблетки каждый день, причем вам придется пить их всю жизнь. У вас очень неустойчивая психика. Подумайте о детях. Вы можете стать для них опасной, и тогда вам придется остаток жизни провести в больнице. Вы должны очень серьезно подойти к своему состоянию.

Маринка, видя, что доктор все равно не верит ей, сказала:

– Хорошо Иван Иванович, я вас поняла, я все сделаю, как вы скажете, я, конечно же, не хочу в больницу, я буду пить ваши таблетки.

– Да, да, у вас уникальный случай, даже под гипнозом, вы утверждали то же, что и написали. Такое в моей практике впервые. Это целая тема для диссертации.

Наконец, надоедливый доктор оставил ее в покое. Она решила поспать до вечера.

Скоро она увидит своих девчонок, как же она соскучилась по ним! И с этой счастливой мыслью она уснула. Врачи больше ее не беспокоили, очевидно, диагноз ей они уже поставили.

Вечером Сережа ворвался в палату. Он был очень довольный:

– Все. Маринка, у нас с тобой ничего нет, всем владеет наша подруга. Я взял билеты на поезд, через час отправление. Девчонки с Марго ждут в машине, собирайся быстрей, я поговорю с твоим доктором, пока ты переоденешься. Мы как раз успеваем к поезду, но учти, времени совсем впритык, так что поживее.

– Сережа, а как же Рекс?

– Кота я тоже сплавил Марго, сейчас она наш ангел-хранитель.

Маринка быстро переоделась и, не дождавшись Сережу, выскочила на улицу. Девчонки встретили ее с криками восторга. Они повисли на ней, спеша рассказать ей последние новости. На Маринку накатила такая волна счастья, что она захлебнулась в ней и заплакала. Матрена закричала на девчонок:

– Ну-ка, балаболки, отпустите мамочку, она еще слабая, вы ее с ног собьете.

– Ничего, Маргарита (Матреной она называла ее только наедине) я так по ним соскучилась.

Они все дружно уселись в машину.

– Маргарита, ты береги нашего Рекса, он умный, как собака.

– За это не беспокойся: будет у меня жить как король. Марин, там в багажнике ваши вещи, я накупила вам все необходимое, для тебя и девчонок. Домой мы не заходили, Сережа говорит, это опасно, если убили Мишку, то на очереди он. Настена сразу насторожилась:

– А, что, дядю Мишу убили?

– Настенька, тебе об этом лучше ничего не знать, у папы неприятности.

– А ты еще хочешь, чтобы я тебе все рассказывала, а мне, значит, лучше ничего не знать?

– Ну, ладно, ладно, ты права, я тебе все расскажу потом. Но сама посуди, если бы мы с тетей Маргаритой хотели от тебя что-то скрыть, разве мы бы стали при тебе разговаривать?

В эту минуту разговор прервался приходом Сережи. Он явно был очень расстроен.

– Сережа, опять что-нибудь случилось, тебе кто-то позвонил?

– Нет, все в порядке, боюсь опоздаем на поезд, только бы не было пробок. Марго, ты не против, я поеду за рулем, чтобы было побыстрее?

Им везло, пробок не было, доехали очень быстро. Загрузились в поезд, и когда он тронулся, все облегченно вздохнули.

Видно было, что Сергей очень расстроен, Маринка чувствовала это, но при дочках она решила ни о чем мужа не спрашивать. Он сказал им:

– Ладно, располагайтесь здесь, я пойду покурю.

Маринка вышла вслед за ним.

– Сережа, скажи, наконец, что случилось?

Он пристально смотрел на нее:

– Нам надо поговорить. Я разговаривал с врачом, он ставит тебе страшный диагноз.

– И ты поверил ему?

– Марин, он профессор, а твое поведение явно доказывает, что с тобой не все в порядке. Он уверен, что у тебя шизофрения, самая тяжелая ее форма, с галлюцинациями. Он дал мне таблетки и сказал, что если ты не захочешь их пить, то тогда тебя придется положить в больницу, чтобы давать их насильно.

Маринка грустно смотрела на Сергея. Она видела: чтобы она ни сказала сейчас, он ей не поверит.

– Ну, что ты молчишь? Надо было детей отправить с моей мамой.

Эта фраза привела Маринку в бешенство, она заорала:

– Да, Сережа, со мной детям быть опасно, а вот с женщиной, которая называет их выблядками – пожалуйста! Это мои дети, я их рожала, а не твоя мама! Я больше не хочу никогда ничего слышать о твоей маме. Это она нам испортила жизнь!

– Марин, ты успокойся, доктор сказал, что тебе нельзя волноваться. Ты сейчас в таком состоянии, на вот, проглоти таблетку.

– Глотай их сам, – она громко хлопнула дверью тамбура. Ее всю трясло.

Сделать ее сумасшедшей, и зачем только он показал записи врачу, ведь я разрешила читать их только ему?

В купе бесились девчонки. Настена была счастлива, что больше не придется идти в школу, до летних каникул еще целый месяц. Машка радовалась тому, что не будет ходить в садик, она делала это всегда с неохотой. Увидев Маринку, они тут же притихли. А Настя спросила: