Арес 2 - Аксенов Даниил Павлович

– Однако этот сын барона чуть меня не подловил, – с уважением произнес детина, обращаясь то ли к самому себе, то ли к немногочисленным зрителям. – Не ожидал такого! Ну, пусть живет. Никто не может сказать, что Менел не ценит доблесть.

Глава 12

Когда Виктор был маленьким, то часто болел простудами. Ему с этим делом так не везло, что однажды он даже попал в больницу. В ЛОР-отделение, где ему пришлось хлебнуть горя в виде пункций носовых пазух. Но больница запомнилась не только этим. А еще ранними пробуждениями, когда палата уже ярко освещена, а ты лежишь, смотришь на светлые стены и потолок, слышишь голос медсестры, раздающей таблетки, и думаешь о том, что вот, настал очередной прекрасный день, который не принесет ровно ничего хорошего.

В то самое утро, когда Антипов открыл глаза, в его голову закрались точно такие мысли. Возможно дело было в том, что комната, где он лежал, тоже была наполнена светом, или в том, что стены и потолок были тщательно побелены, или даже в том, что неподалеку маячило чьн-то лицо… довольно знакомое. Хотя, скорее всего, проблема была не в лице, а как раз в утре. Потому что рассвет означал, что пришел новый день турнира и план Виктора рухнул.

– Рикста, – молодой воин пошевелился. – что случилось? Я плохо помню, что произошло вчера. Все как в тумане.

– Господин! Вы пришли в себя! – рыжеволосая голова с радостной улыбкой нависла над лежачим. – Наконец-то!

Виктор попытался сесть. На удивление он чувствовал себя неплохо, если учесть, что провалялся без сознания несколько часов.

– Рикста, ты на вопрос отвечай, – пробормотал Антипов, оглядываясь и убеждаясь, что он находится в незнакомом помещении с четырьмя топчанами, большим окном и амуницией, сваленной в углу. – Что произошло со мной вчера?

– Ничего, господин, – произнес слуга, разглядывая собеседника так, словно силясь найти отличия между тем Ролтом, который был до ранения, и теперешним. – Вчера вы лежали здесь без сознания.

Виктор поднял руку, посмотрел на нее и потер ею лоб. Туман потихоньку рассеивался.

– Послушай, ты говори не о том, что случилось после драки, а о том, чем она закончилась.

– Вчера не было никакой драки, господин, – продолжал настаивать Рикста. – Вчера вы лежали здесь без сознания. А бой, в котором вы пострадали, был два дня назад.

– Что?! – если бы Антипову сообщили, что замок Орреант разрушен взбесившимся мамонтом, он удивился бы не больше. – Ты хочешь сказать… я валяюсь тут уже два дня?!

– Да, господин, – совершенно серьезно кивнул слуга.

Виктор со стоном рухнул на кровать, его глаза расширились и бессмысленно уставились куда-то наверх.

– Рикста, – прошептал он, даже не глядя на собеседника, – это же конец! Турнир проигран! Арес… Да что там Арес… графиня… Ласана… она уже могла окончательно выбрать этого Женара. Офигеть. Просто офигеть!

Слуга осторожно и успокаивающе прикоснулся к плечу Ролта.

– Не переживайте насчет ан-Котеа, господин, – сказал паренек. – Он уехал.

Глаза Виктор быстро обрели прежнее осмысленное выражение. Воин повернул голову и внимательно посмотрел на Риксту:

– Уехал? Куда уехал?

– Надо полагать домой, господин. Тут у нас кое-что произошло.

Интонации слуги заставили Антипова снова сесть. На этот раз рывком. Он свесил ноги, на которых были только белые портки, прочно поставил ступни на пол и, опершись о колени, подался вперед.

– Что произошло, Рикста? Ты меня не томи. Я и так уже не в себе. Рассказывай.

Слуга легонько вздохнул, как вздыхает человек, которому предстоит долгое и неприятное повествование. Он отошел на пару шагов и уселся на соседний топчан, скопировав позу собеседника.

– Разрешите я начну сначала, господин. – просительно предложил Рикста и, дождавшись нетерпеливого кивка, продолжил. – Когда Менел ударил вас по голове, то вы потеряли сознание и я с другими слугами перенесли вас в комнату, которую занимали Нарп и Пестер. Здесь не очень просторно, но спать можно…

– Менел? – переспросил Виктор. – Это был тот самый Менел? Герой?

– Да. Вам с ним не повезло. Нам всем не повезло. Наскочить на такого воина…

– Продолжай! – Антипов лишь махнул рукой. Уже в ходе самой схватки он начал догадываться, что не все так просто, потому что мастерство его противника превосходило даже самые смелые предположения. О герое он подумает после, сейчас нужно сосредоточиться на главном.

– Ну так вот, – с нарастающим энтузиазмом начал вещать Рикста, – В тот день, когда вы выбыли из турнира, Нарп и Пекста сделали все как положено. Они разузнали, зачем ан-Келени приезжал в замок. Сотник поговорил с жрецами и ее сиятельством, а потом уехал без промедления!

Ни один мускул не дрогнул на лице Виктора, хотя сообщение явилось очередным ударом. Если бы Антипов знал заранее, что ан-Келени так быстро уберется, то переждал бы опасность в замке. Он слишком поспешил, а вышло, что опоздал.

– А потом госпожа графиня собрала всех и объявила, что турнир не будет завершен, – продолжал Рикста, оживленно жестикулируя. – Ристалище, например, точно не состоится! Что те, кто хотят, могут уехать сразу, но она бы предпочла, чтобы дворяне остались. И не только на те состязания, которые еще будут, но и вообще. Чтобы защитить ее! Хотя мне кажется, что многие уедут… уже уезжают.

– От чего защитить? – тут же встрепенулся Виктор, впиваясь взглядом в лицо слуги. – И почему дворяне уезжают?

– От дяди ее сиятельства! Господин, он ведь добился позволения короля прикарманить графство! А король дал ему даже войска для этого. Ан-Келени приезжал, чтобы уведомить наших жрецов. Те выступали против! А дворяне уезжают потому, что не хотят связываться с королем.

Антипов вскочил на ноги. Хотя голова немного побаливала, он не обращал на это никакого внимания, а шарил глазами по комнате, разыскивая одежду.

– Я сейчас достану, ваша милость, – Рикста верно угадал желания хозяина. – Все под этим топчаном. Вот только есть еще кое-что…

Тон, которым это было произнесено, заставил Виктора прекратить поиски и снова посмотреть на слугу.

– Что еще? – Антипов был так взвинчен, что ему казалось, что лучше одним махом узнать все.

– Вам два послания, – охотно пояснил Рикста, вставая с топчана. – Одно устное, в его важности я не уверен, а другое – на бумаге. Очень важное. Но с разрешения вашей милости я начну с первого послания. Вдруг оно все-таки важное? А то второе может вас огорчить и вы не уделите внимания первому. Так ведь всегда бывает!

Виктору меньше всего хотелось сейчас слушать чьи-либо рассуждения о важном и неважном. Поэтому он просто подошел к окну, состоящему из прочной рамы и довольно прозрачной промасленной бумаги, наклееной поверх деревянных планок, и остановился там, пытаясь рассмотреть что-то снаружи и одновременно поглядывая на слугу.