George Martin - Танец с драконами

– Топор? – фыркнул всадник покрупнее – дюжий мужчина с косматой бородой и копной рыжих волос на голове. – Хэлдон, ты слышал? Этот коротышка хочет с нами драться!

Его спутник был старше, с чисто выбритым, морщинистым лицом аскета и волосами, стянутыми в узел на затылке.

– Маленьким людям свойственно доказывать свое мужество недостойной похвальбой, – заявил он. – Ему и утку не убить.

– Давайте сюда утку, – пожал плечами Тирион.

– Ну, если ты настаиваешь, – пожилой всадник взглянул на своего спутника.

В ответ дюжий мужчина извлек из ножен полуторный меч.

– Утка – это я, болтливый ночной горшок.

«Боги, смилуйтесь».

– Я имел в виду утку поменьше.

Верзила взорвался хохотом.

– Хэлдон, ты слышал? Он хочет Утку поменьше!

– Мне бы хватило и Утки потише, – человек по имени Хэлдон изучил Тириона холодными серыми глазами, потом повернулся к Иллирио. – У вас какие-то ящики для нас?

– И мулы, чтобы их тащить.

– Мулы слишком медлительны. У нас есть вьючные лошади, перегрузим ящики на них. Утка, займись.

– И почему это Утка вечно крайний? – верзила сунул меч в ножны. – Чем ты занимаешься, Хэлдон? Кто из нас двоих рыцарь, ты или я?

И, тем не менее, он спешился и потопал к навьюченным мулам.

– Как поживает наш юноша? – полюбопытствовал Иллирио, пока Утка таскал туда-сюда ящики. Тирион насчитал шесть дубовых ящиков с железными засовами. Впрочем, Утка носил их с легкостью, водрузив на плечо.

– Ростом он уже с Грифа. Три дня назад он опрокинул Утку в поилку для лошадей.

– Меня не опрокинули. Я сам упал с коня, чтобы его рассмешить.

– Значит, проделка удалась, – ответил Хэлдон, – я сам обхохотался.

– Там в одном из ящиков для него гостинец – засахаренный имбирь. Мальчик всегда его обожал, – голос Иллирио звучал до странности грустно. – Я думал, что смогу доехать с вами до самого Гхоян Дрохе. Прощальный пир, прежде чем вы пуститесь вниз по течению...

– Нет времени пировать, милорд, – ответил Хэлдон. – Гриф хочет отправиться вниз по реке, как только мы вернемся. Из низовьев пришли грозные вести. К северу от Кинжального озера видели дотракийцев – разведчиков из кхаласара старого Мото, а за ним через Квохорский лес идет и кхал Зекко.

Толстяк издал неприличный звук.

– Зекко навещает Квохор каждые три – четыре года. Обычно квохорцы дают ему мешок золота, и Зекко возвращается восвояси на восток. Что до Мото, его люди немногим младше его, и с каждым годом их становится всё меньше. Настоящая угроза – это...

– Кхал Поно, – закончил за него Хэлдон. – Если слухи верны, Мото и Зекко бегут от него. Последний раз Поно видели в верховьях Сельхору с кхаласаром в тридцать тысяч человек. Гриф не хочет попасться ему на переправе, если Поно вдруг решится пересечь Ройн, – Хэлдон поглядел на Тириона. – Твой карлик ездит верхом не хуже, чем ссыт?

– Он ездит, – вмешался Тирион, не дав властелину сыра ответить за него, – хотя он ездит лучше, если под ним специальное седло и лошадь, которую он знает как следует. И ещё он умеет говорить.

– Вот как, значит. Я Хэлдон, врачеватель нашего маленького братства. Кое-кто называет меня Полумейстером. Мой спутник – сир Утка.

– Сир Ролли, – поправил верзила. – Ролли с Утиного Поля. Любой рыцарь может посвятить в рыцари другого, и Гриф посвятил меня. А тебя как зовут, карлик?

Иллирио поспешно ответил:

– Его зовут Йолло.

«Йолло? Звучит как кличка для обезьянки». Кроме того, это было пентошийское имя, а любому дураку было ясно, что Тирион не пентошиец.

– В Пентосе меня звали Йолло, – быстро сказал он, чтобы по возможности поправить ситуацию, – но мать дала мне другое имя: Хугор Хилл.

– И кто же ты: маленький король или маленький бастард? – поинтересовался Хэлдон.

Тирион понял, что с Хэлдоном-Полумейстером ему придется держать ухо востро.

– Любой карлик – бастард в глазах собственного отца.

– Без сомнения. Итак, Хугор Хилл, ответь мне на такой вопрос: как Сервин Зеркальный Щит победил дракона Урракса?

– Приблизился, укрывшись за своим щитом. Урракс видел только свое отражение в щите, пока Сервин не всадил ему копьё в глаз.

Хэлдона это не впечатлило.

– Даже Утка знает эту побасенку. Как звали рыцаря, что попытался применить ту же уловку против Вхагара во времена Танца драконов?

Тирион ухмыльнулся.

– Сир Байрон Сванн. Дракон зажарил его заживо... вот только это была Сиракс, а не Вхагар.

– К моему сожалению, ты неправ. Мейстер Манкан в «Истинном повествовании о Танце драконов» пишет...

– ... что это была Вхагар. Великий мейстер Манкан заблуждался. Оруженосец сира Байрона стал свидетелем смерти своего господина и много позже описал его дочери обстоятельства дела. В его воспоминаниях речь шла о Сиракс, драконе Рейениры, что намного логичнее, чем версия Манкана. Сванн был сыном лорда из Марки, а Штормовой предел принял сторону Эйегона. Вхагар же была драконом брата Эйегона – принца Эйемонда. Зачем Сванну пытаться убить её?

Хэлдон поджал губы.

– Попытайся не свалиться с коня, иначе отправишься назад в Пентос пешком. Наша скромница не будет ждать ни мужа, ни полумужа.

– По мне нет ничего лучше скромниц – разве что распутницы. К слову: куда отправляются все шлюхи?

– Я что – похож на человека, который ходит по шлюхам?

Утка прыснул.

– Он не осмелится. Иначе Лемора заставит его молить об искуплении грехов, мальчик захочет пойти вместе с ним, а Гриф просто отрежет ему член и запихнет его ему в глотку.

– Ну, – сказал Тирион, – мейстеру член и не нужен.

– Только вот Хэлдон мейстер только наполовину.

– Раз тебя так веселит этот карлик, Утка, – сказал Хэлдон, разворачивая коня, – ты его и вези.

Утке потребовалось еще немного времени, чтобы закончить с погрузкой ящиков Иллирио на трёх вьючных лошадей. К этому времени Хэлдон уже скрылся вдали. Утку это, казалось, не заботило. Он забрался в седло, ухватил Тириона за шиворот и посадил перед собой.

– Держись как следует за луку, и всё будет в порядке. Ход у этой кобылы хороший, ровный, а драконья дорога гладка, как девичья попка.

Разобрав поводья, сир Ролли пустил лошадь скорой рысью.

– Удачи, – закричал им вслед Иллирио. – Передайте мальчику – я сожалею, что не буду гостем на его свадьбе. Я присоединюсь к вам уже в Вестросе. Клянусь руками моей милой Серры.

Когда Тирион последний раз оглянулся на Иллирио Мопатиса, магистр стоял в своей парчовой мантии у паланкина, опустив массивные плечи. Его силуэт таял за поднятой копытами пылью, властелин сыров выглядел почти маленьким.

Через четверть мили Утка поравнялся с Хэлдоном-Полумейстером, и с этого момента они ехали бок о бок. Тирион вцепился в луку седла, неудобно растопырив ноги и мрачно ожидая от ближайшего будущего судорог в мышцах, волдырей и натёртых ссадин.