Елена Лобанова - За Пределом

— Светлый, ты испортил мне настроение. Даэроссс. Нашел где о нем напомнить. Держали они. Сколько могли. Только одно дело держать падающий сверху груз, и совсем другое дело — когда я давлю. Силой. Дал посопротивляться недолго, а потом всё, что от них осталось нашли тремя уровнями ниже. Слилось по отводному стоку вместе с водой из бассейна. Я же не зверь — оставлять двум осиротевшим девам полную комнату… ну, ты понял чего. А Даэросссс, Полусветлый наглец, шесть моих коридоров своими непроизвольными дырами вскрыл! Пришлось выкручиваться.

— Выкрутился? Это я так, для поддержания беседы спрашиваю. Знаю, что выкрутился. И как?

— Заявили, что вроде как все это — старые ходы. Из первых. Древних. Разведчикам было дано задание искать другие такие. Для воссоздания истории. И не найти. Справились.

— Не знаю, как с тобой жить можно. Только пить. Несчастная Элермэ! — Тиалас отхлебнул и отдал фляжку. — Но разведчики-то…

— Все Старшие разведчики, все, кто чувствует полость в камне, знают об этих ходах. Как только определяют их дар, в двенадцать лет, мальчики воспитываются вне своих Домов. И очень хорошо воспитываются. Специальным образом, не скажу как. Еще не было случая, чтобы в ряды заговорщиков попал разведчик. Их у меня не много. Каждый — просто клад. А Даэроссс Ларгиса… забрал. Гм. Наивный Полусветлый. Ларгис будет исполнять его приказы, только пока я не велю обратного.

— Выползень… Дай хлебнуть. Это не жизнь — это жуть подгорная. Я знал, что ты прикончил родственника и его… друзей. Но не знал, что так жестоко. Ну, ты и…

— Ой, Светлый, ты меня удивил! А когда на тебя Открывающие напали, они что, потискать тебя хотели в каменных объятьях? Они, если ты не понял, собирались делать «Паштет Озерный из Тиаласа», с учетом их новых кулинарных познаний. Конечно, в их планы входило и блюдо «Амалирос — Суфле Подгорное». Думали сразу двоих прикончат. Еще раз мои поздравления — ты прекрасссно справился в одиночку. Изящно. Как видишь, за неудачные заговоры я никого не казню. Ничего, что я им только двести лет добавил? В честь Обряда могу расщедриться и удвоить. Судя по твоему почерневшему взгляду, ты бы утроил. Надо же… осознал-таки истинно глубинный уровень Темных развлечений. Поздновато. Пить меньше надо, Тиалас. Эй, отдай фляжку! — Повелитель поймал рукой воздух. Владыка оказался быстрее. — Ладно. Тебе как гостю, я уступлю. Кстати, мы тут засиделись. Забыл зачем? Давай рассказывай, как водоросли переправлять будешь.

Озерный Владыка вздохнул и начал выдавать Светлую государственную тайну.

— Придется тоже с прошлого начать. Ты же знаешь, Амалирос, что у багрянки древняя, даже легендарная история. Не знаю, какую версию ты предпочитаешь, но у нас, в Озерном Краю верят в подушку, набитую сушеными водорослями, которую когда-то какие-то Темные прихватили с собой, когда покидали наши Владения. Далее в легенде говорится, что жили вы бедно и пили-ели нечто несусветное. Так что теория об изготовлении напитка из бывшей набивки для подушки вполне вписывается в общее содержание рассказов о тех временах. Ну, а поскольку эта водоросль растет у нас, то у нас вы её и закупаете. Мы пробовали сбродить сами. Лучшие умы старались — ничего не вышло. Не бродит она сама. А добавки… В общем, то, что мы получали в результате пить было невозможно. Но ты пойми — ни один напиток в мире не стоит так дорого. Более того — не должен стоить. Два стандартных тарла или восемьсот двадцать золотом… Это — слишком дорого. — Тиалас был вполне настроен выдать государственную тайну, но все-таки опасался, что Темный страшно обидится на Светлое коварство.

— А по двадцать золотом за мешок сушеных водорослей — не дорого? — Амалирос тоже как-то смущенно отводил глаза. — Ладно, легенды вспомнили. Но какое это имеет отношение к способу доставки самих водорослей?

— Непосредственное. Дело в том, мой Правящий Собрат, что они — сушеные. — Озерный Владыка решился. — Вы по этим рубленым-молотым бурым ошметкам не можете опознать, что это за растение такое…

— Так-так… — Амалирос напрягся. — Значит это не водоросли? Не озерная подводная травка? Не редкостная. Обманщики! Можно просто их посадить и будет…

— Нет-нет. Это — водоросли. Только… морские, а не озерные. Берега, конечно, здесь скалистые, собирать будет неудобно, но после хорошего шторма у вас этих водорослей — как грязи. У скал. У нас с этим проще: пара хороших водных смерчей в нужном месте и партия травы готова. Промыть, высушить, смолоть, продать. Эххх… золотую жилу подарил. Совершенно экономически неверное решение. Лаариэ придушила бы меня раньше, чем я открыл рот. — Тиалас был откровенно расстроен. — Мы же понимаем оба, что навсегда канал бы не перекрыли. И цены на водоросли взлетели бы выше птиц…

— Красота… — Повелитель Темных завистливо вздохнул. — Какая потрясающая Светлая хитрость — продавать нам то, что у нас у самих есть. Столько лет… Сколько же у тебя подданных знают, что именно нам продают?

— Шестеро. — Озерный Владыка смотрел на Амалироса с недоумением. Темный не разозлился, не возмутился, даже наоборот — восхитился. Извращенное подгорное понимание красоты замысла — не иначе. — Так я жду ответного шага. Рецепт.

— Отлично… Прикажу набрать травы в порту. А ты покажешь мне, какая именно «грязь» нам так дорого обходилась. Насчет рецепта я свое обещание помню. Но и ты свое не забывай — держи себя в руках. — Амалирос задумался. — Нет, моя щедрость просто не знает границ. Ладно, в честь установления новых приятных отношений между нашими народами я тебя возьму с собой. Пойдем себе багрянки пару бочонков сделаем. Нам пока пары хватит?

— Пока — хватит. Сделаем… Значит выдержка в двадцать, пятьдесят и далее лет — Темный обман? Согласись, это — несколько не то же самое, что продажа неизвестного вам сырья. — Светлый расстроился. Все-таки употреблять невыдержанные напитки не слишком благородно. Но встал и пошел следом за задумчивым Темным дальше вниз по тайному коридору.

Амалирос пояснял пока они шли все ниже и глубже, сворачивая в боковые ходы. И заодно готовился отразить атаку. Он-то знал, что Светлые все-таки разорились не в пример сильнее. Тиалас умеет считать не хуже, значит, не оценит эстетику обогащения. Сорвется и про обещание забудет. Потом, конечно, вспомнит, но будет поздно.

— Насчет выдержки — никакого обмана. Сколько лет заявлено, столько и есть. На производстве настойки у меня трудятся трое. Сейчас познакомишься.

— Трое? На производстве такого объёма? Я у тебя покупал по двадцать бочонков в год! Официально. И по своим каналам еще полторы сотни. У тебя самого… ну ладно, у тебя большого запаса быть не могло. Шестнадцать мешков водорослей на бочонок, а мы продали в прошлом году только…