Анна Алмазная - Лоза Шерена

    Когда он очнулся, Мир был рядом и смотрел уже не настороженно, а встревожено, мягко. Беспокоится? Рэми попытался улыбнуться... но даже на это ему сил не хватило.

    - Тисмен! - закричал Мир, устраивая Рэми поудобнее на скамье. Дождь чуть приутих. Как и боль.

    - Тисмен!

    Рэми выгнулся дугой, проклиная пегаса. К чему было ему встречаться с Миром? Чтобы умереть на руках оборотня?

    - Рэми... - испуганно прошептал Мир.

    - Прости...

    Будто со стороны, без эмоций, без любопытства, смотрел Рэми, как по темной от дождя дорожке идет невысокий, худой человек, повидавший в своей жизни лет двадцать пять, не больше. Легкий ветерок развивает полы изумрудного плаща, шаги незнакомца мягки и упруги, как у хищника, а зеленые глаза чуть светятся синим блеском.

    Рэми никогда не любил подобный блеск. И сразу же невзлюбил незнакомца.

    - Тисмен! - вновь позвал чей-то смутно знакомый голос, но незнакомца зов, казалось, не касался. Он медленно обернулся и вдруг посмотрел на Рэми, холодно изучая его взглядом. Рэми почему-то удивился. Смертные не должны его видеть... А сам он кто?

    Рэми охватил страх, медленно переходящий в ужас. Глаза незнакомца вспыхнули синим сиянием. Он медленно поднял руку и поманил Рэми к себе.

    Рэми покачал головой. Поздно. Озарилось все вокруг мягким, золотистым сиянием, и Рэми стало легко и спокойно, как в далеком, давно забытом детстве.

    Медленно, одна за другой, рвались нити привязанностей, уходили в землю ненужные эмоции, а тело ли, душа ли, какая разница, с каждым мгновением легчала, поднимаясь к небу.

    А незнакомец тем временем все более хмурился. Зеленые глаза стали холодными, жесткими, а с тонких губ слетел приказ:

    - Вернись!

    Рэми продолжал медленно подниматься вверх, ему не было дело до чужих приказов. Ни до чего не было дела.

    - Вернись!

    Маг разозлился не на шутку. Темно-зеленые глаза полыхнули огнем, в воздухе запахло грозой, и Рэми понесло к беседке. Испугаться он не успел - раньше его догнала боль.

    Он не мог дышать: легкие полыхали жаром, сжирал все изнутри огонь боли. Рэми попытался вскочить, но кто-то вжал его в скамью и заорал:

    - Я убью тебя, Тисмен!

    Крик оборотня резанул лоб болью. Рэми попытался вдохнуть побольше воздуха, но лишь беспомощно закашлялся, задыхаясь от нового приступа.

    - Отойди!

    Перед глазами мелькнуло что-то зеленое. Рэми скатился со скамьи, ударившись локтем о мрамор. Его вырвало кровью, живот пронзило болью, будто кто-то вогнал туда кинжал и медленно поворачивал, накручивая на лезвие кишки.

    - Тише! - шептал мягкий голос. - Тише... дыши... Дыши... спокойно... дыши со мной...

    Рэми хватал ртом воздух. Рука незнакомца легла ему на спину, и через чужую ладонь влилось в грудь холодное, зелено-синее сияние. Стало гораздо легче. Рэми несмело вдохнул. И хотя в груди разорвалось от боли, но боль теперь можно было терпеть. Только зачем?

    - Нет! - приказал кто-то, когда Рэми вновь попытался вырваться из пылающего тела. - Я сказал - нет!

    Рэми перевернули на спину, да так грубо, что плечо полыхнуло жаром. Рэми застонал, где-то рядом оборотень выругался, крикнув:

    - Полегче!

    На грудь навалилась тяжесть, боль вдруг отхлынула, и Рэми остался лежать, наслаждаясь отдыхом, вдыхая полной грудью влажный воздух и не в силах надышаться.

    - Жить будет, - насмешливо сказал чей-то голос. - Остальное позднее. Спи!

    - Нет! - резко ответил Рэми, пытаясь подняться.

    - Спи! - повторил Тисмен.

    Зеленые глаза вновь загорелись синим, на Рэми нахлынула чужая мощь, подчиняя и завораживая, новый приказ обжег не только слух, но и душу, глуша гнев и непокорность.

    - Спи!

    Рэми не мог сопротивляться. Тело стало тяжелым, несвоим, вновь накатилась предательская слабость. Рэми подняли и осторожно уложили на скамью, щеки коснулась на мгновение мягкая ткань, и рожанин отдался во власть целительного сна, погрузившись в прохладный белоснежный туман. Ему стало хорошо и спокойно.

    Сквозь дрему чувствовал он, как его выносят из парка. Потом - прохлада простыней, холодная ладонь на лбу и быстрая череда приказов. Рэми с трудом понимал большую часть из них, но, услышав знакомое слово, простонал:

    - Не надо Виссавии, - возражение было слабым, но его услышали:

    - Не будет Виссавии, - мягко заверил Мир.

    Проснулся он глубокой ночью, когда кто-то настойчиво поднимал его на кровати, подкладывая под спину подушки:

    - Не двигайтесь, - сказал этот кто-то, и холодный голос показался Рэми смутно знакомым. - Слабость сейчас пройдет.

    Рэми медленно открыл глаза. Понадобилось время, чтобы очертания комнаты стали нормальными, но боли уже не было, осталось лишь тягучая тяжесть в плече и мягкое одеяло слабости. Через туман Рэми медленно узнавал сидящего возле кровати зеленоглазого человека. Разглядывал его изящные, лепленные богами с любовью и тщательностью черты, его чуть горькую улыбку, внимательных взгляд, бледное лицо в обрамлении коротко стриженных каштановых волос. И медленно вспоминал имя - Тисмен.

    Взяв с прикроватного столика чашу, архан протянул ее гостю.

    - Это были вы... - с трудом сказал Рэми, отпивая глоток кисловатого, густого питья.

    - Где? - искренне удивился Тисмен.

    Рэми вздрогнул. Странным был этот маг. В одно мгновение жесткий до жестокости, а в другое - как сейчас, искренний и улыбающийся.

    - Я ведь умер, так? - осторожно поинтересовался Рэми, допивая зелье. - Умеете возвращать мертвых?

    - Ну что вы! Я не всесильный, - усмехнулся Тисмен, забирая от Рэми пустую чашу. - Вы не хотели уходить, тело еще не остыло и вернуть вас оказалось почти просто. Но мы поговорим не об этом.

    - Не будем мы говорить! - насторожился Рэми, чувствуя в словах мага осторожную угрозу.

    - Уверены? - мгновенно ожесточился Тисмен, и Рэми только теперь понял - играет с ним архан. Как кошка с мышью играет. - А я вам что-то объясню. Я умею лечить, это правда. Но у моей силы есть две стороны: боль я причиняю так же легко, как ее исцеляю.

    Глаза мага вновь загорелись синим, и Рэми сглотнул.

    - Не пугайте меня, архан, - медленно сказал он. - Сила пугает тех, кто с нею не знаком. Я уже давно знаком.

    Маг перестал улыбаться. Взял руку Рэми, изучил его запястье, не активизируя, впрочем, нити татуировки.

    - Рожанин, - сказал он почти презрительно.

    - А вы - архан, - в тон ему ответил Рэми.

    - И маг.