Брэнт Йенсен - Вендия 1. Город у священной реки

— Я не думаю, что результаты работы с телом окажутся столь ошеломляющими, как вы это пытаетесь представить. В лучшем случае, удастся понять, была ли то магия, яд или иное не связанное с ними воздействие. Слово «оружие» я применил исключительно для простоты. Поверьте, сотник, мы имеем дело не с заколдованным мечом и не с волшебным платком богини Кали. Вероятнее всего, это все же заклятье… Сотник! Поведайте-ка мне, пожалуйста, как убивает ваша тень. Вы ведь видели труп гвардейца?!

— Глаза выпучены были, руками за шею держался, — совсем не похоже на покойного посла. Хотя тень тогда еще ослабленная была после утреннего нападения. Возможно, успей она набрать полную силу, убила бы парня мгновенно. Тогда сходство, наверное, было бы.

— Вы говорите о ней так, словно ей опыта не хватает. Одно нападение не удалось, во время второго силы не рассчитала.

— Думаю, что так оно и есть. Тень пока только учится убивать, и когда она войдет в полную силу, я не хочу, чтобы она по-прежнему в качестве своей цели видела меня.

— Вы все еще ее ощущаете? Где она сейчас?

— Кажется, в углу по правую руку от вас. Но я не уверен. Она хорошо умеет растворяться, выдает себя только, когда двигается.

— Проклятая тварь! Чем быстрее вы от нее отделаетесь, тем лучше.

— Если вам больше нечего мне рассказать, я бы занялся решением этой задачи немедля.

— Идите, — махнул рукой Сатти. — Завтра встретимся здесь в это же время, ни к чему лишний раз беспокоить Телиду. К храму Сарсавати знаете как выйти?

— Нет, — ответил Конан. — Как?

— Пойдете по этой улице в сторону восхода, – сказал кшатрий. – Как доберетесь до квартала деревянных дел мастеров, считайте что пришли. Спросите любого прохожего, он укажет вам дальнейший путь.

— Спасибо. Осторожнее с некромантией.

— Вы тоже берегите себя, сотник.

Конан поспешил прочь от квартала Тринадцати Стен. Уже смеркалось, Айодхья готовилась погрузиться во мрак ночи. И у киммерийца не было никакого желания находиться в опасной близости от неприкасаемых, когда на город опустится тьма.

На бег киммериец не переходил лишь по одной причине: боялся, что неприкасаемым не хватит ловкости своевременно уступать ему дорогу. Ближе к ночи те стали какими-то совсем вялыми.

Все это время тень неотступно следовала за киммерийцем.

Конан за сегодняшний день уже приспособился замечать ее среди других теней, имеющих естественное происхождение.

Как и по пути в квартал Тринадцати Стен, киммерийцу не удалось обнаружить той границы, что отделяла его от владений беднейших из шудр. И в том, и в другом месте северянин чувствовал себя достаточно неуютно. Лишь когда он заступил на обещанную Сатти территорию деревянных дел мастеров, его оставили неприятные ощущения.

— Где искать храм Сарсавати? — спросил Конан у пожилой женщины, что торговала пирожками.

— Сейчас направо повернешь, — для верности вендийка протянула руку в означенном направлении. — А как увидишь дом с желтой дверью, свернешь налево. Там через пару домов и будет храм. Понял?

— Да, спасибо.

Киммериец откланялся и продолжил путь. Есть ему хотелось, но купить пирожок он не решился, испытывая вполне обоснованные подозрения по поводу начинки.

С ориентиром, указанным вендийкой, проблем не возникло. Желтая дверь была только у одного дома.

Храм Сарсавати мало чем отличался от большинства храмов Айодхьи. Разве что, деревянных деталей в нем было побольше, но это объяснялось его месторасположением.

Где именно здесь искать алхимическую лавку, Сатти не сказал. Не долго думая, Конан решил обойти храм кругом и посмотреть, что находится по сторонам. Над дверью одного из домов, располагавшегося позади храма, обнаружилась резная вывеска: небольшой котелок, подвешенный над костром.

— Грамотно, — оценил вывеску Конан.

Без лишней помпезности и сразу ясно, что скрывается за дверью.

Она, кстати, оказалась заперта. Сотник постучался. Время, конечно, уже позднее, но спать хозяева не должны были.

Изнутри послышались чьи-то тяжелые шаги.

Дверь отворилась. На пороге стоял невероятно толстый вендиец с заплывшим от жира лицом и сонно протирал глаза.

— Я от Сатти, — объявил Конан.

Хозяин лавки, если это, конечно, был он, киммерийцу сразу не понравился. Не любил сотник, когда люди доводили себя до такого свинского состояния.

— Не знаю такого, — сказал толстяк и попытался затворить дверь.

Конан не позволил ему этого сделать.

— Вы – Аямал? — спросил киммериец.

— Ну, я, — протянул толстяк, похоже, сообразивший, что от разговора уклониться не получится. — Чего надо?

— Сатти передает вам, что готов простить долг, — Конан подумав решил не ссориться с алхимиком. Еще не хватало, чтобы он ему вместо репилента подсунул яду.

— Что взамен хочет? — спросил Аямал

А ведь только что отрекался от знакомства с тысяцким!

— Снадобье, — ответил Конан.

— Снадобье, говоришь, — повторил за киммерийцем толстяк. — Ну, пошли внутрь.

Конан спорить не стал и преступил порог дома. Правда, старался ни на мгновенье не выпускать хозяина из виду. С того вполне сталось бы стукнуть гостя чем-нибудь тяжелым.

Внутри дома обстановка была препаршивая, хуже чем в квартале Тринадцати Стен. Посреди единственной комнаты стояли четыре котла: один огромный, три поменьше. Над ними в потолке была пробита дыра, чтобы зловония, исходившие от них, поскорее улетучивались. Но спасало это слабо. Конана от местных «алхимических» запахов едва не вывернуло наизнанку.

Вдоль трех стен стояли шкафы с глиняными сосудами. Часть из них была запечатана. Видимо, там находились готовые снадобья. Единственным предметом, не имеющим отношения к выделке алхимических эликсиров, была широкая низкая кровать, стоявшая у дальней стены.

Стоило Конану оказаться внутри лавки, как он тут же ощутил, что ему чего-то не хватает. Лишь спустя несколько мгновений он осознал, что тень не последовала за ним. Это вселяло определенные надежды. Неприятен был этой твари аромат алхимических варений.

— Какое снадобье ему нужно? — спросил Аямал. — И сколько?

— Нужно не ему, а мне, — пояснил Конан. — Но это пойдет в счет уплаты долга.

— Как мне узнать, что ты не врешь? — поинтересовался алхимик. — Что ты действительно друг Сатти, хотя я сомневаюсь, что у него вообще есть друзья.

— Не знаю, — пожал плечами киммериец. — Мог посторонний человек знать о твоем долге?

— Ладно, я тебе верю, — сказал Аямал. — Ты не похож на прохиндея. Говори, что именно тебе нужно.

— Репилент, — ответил Конан. — За мною следует существо, рожденное не в Хайбории. Оно уже пыталось убить меня и наверняка не оставило своего намерения. Мне нужно то, что поможет отогнать эту тварь.