Джефферсон Свайкеффер - Паутина будущего

Катя задумалась. Волосы у нее были даже длиннее, чем у Марианны, но только совершенно черные. Черными были также ее брови и глаза, но они готовы были тут же засветиться радостью и смехом. На ней был костюм из грубой, наподобие джинсовой, ткани, с огромным числом карманов спереди, сзади и по бокам.

Как гражданке сверхдержавы, принадлежащей к противостоящему Америке военному блоку, ей не разрешалось иметь чоп. Но Катя компенсировала его отсутствие тем, что носила с собой массу мелких приспособлений, в сумме вполне эквивалентных чопу. Кроме того, она умудрялась всегда, когда этой ей было нужно, пользоваться чопами Кристофера и Марианны.

— Сколько?

— Шестьдесят пять.

— Боже мой! — воскликнула Катя. — Вы просите о совершенно невозможном.

— Они — отказники, и поймали их совсем недавно. Частный врач-консультант обнаружил их в районе Больших болот. Он не сразу обратился в Центр контроля болезней, поэтому у них было время, правда, совсем немного, чтобы бежать.

— Какие-либо следы остались?

— Не знаю.

У Марианны вдруг стал очень усталый вид; такой ее Кристофер еще никогда не видел. Он подошел к ней и, мягко обняв за плечи, помог ей сесть в кресло.

— Да, да, да, — сказала Катя. — Ты, конечно, не являешься специалистом по маскировке.

Она резко шагнула вперед, словно усталость Марианны придала ей дополнительную энергию. Трудный рабочий день Марианны закончился некоторое время назад, а для полуночницы Кати день только начинался.

— Существуют тысячи вещей, которые можно упустить из виду. Каждый человек оставляет след. Для большинства этот след имеет протяженность, равную времени их жизни. У твоих отказников след короткий, но он существует. Может быть, один из них когда-то заплатил за ленч. Значит, ему до ареста осталось ждать столько времени, сколько нужно, чтобы взбить молочный коктейль.

— Это не я выводила их оттуда, — сказала Марианна. Правда, она тут же поняла, что эти слова прозвучали словно извинение. Она тряхнула головой: — Что сделано, то сделано. Мне передал их один друг, которому я могу доверять. Он сейчас в подполье. Возможно, он совершил какую-нибудь ошибку. В таком случае будет не шестьдесят пять арестов, а шестьдесят девять.

Кристофер побледнел, хотя ему уже не раз приходилось рисковать. Катя дошагала до стены, остановилась, резко развернулась и улыбнулась той редкой улыбкой, которая выдавала ее спрятанную взбешенность.

— Ну уж нет. Не шестьдесят девять. Не так много.

Затем она несколько успокоилась и подошла к своей кушетке. Мягко опустившись на нее, она потянула за руку Кристофера, и тот сел рядом с ней.

— Простите. Для меня-то, конечно, все не так страшно. Если меня поймают, то просто вышлют домой, где самой большой неприятностью будет то, что мне придется некоторое время жить на зарплату. После этого я получу новое назначение в Грецию, в Италию или, может быть, на Багамы. Интересно, много ли на Багамах технологических секретов, которые я могла бы похитить? Для вас все гораздо серьезнее. У вас нет другого дома.

На некоторое время в комнате воцарилось молчание. Каждый думал о чем-то своем. Первой заговорила Марианна:

— Так ты поможешь нам? Ты пойдешь с нами?

Катя засмеялась:

— Разумеется. Это вызов. А я — человек азартный. И кроме того… — она очень серьезно посмотрела на своих друзей, — есть люди, попавшие в беду, и я могу помочь им. Какой долг, какое призвание могут быть выше этого?

— Хорошо. — Марианна снова встала. — И… спасибо тебе.

— Не стоит благодарности, — махнув рукой, сказала Катя.

— В таком случае, давайте приступим к делу, — сказал Кристофер, которому уже не терпелось начать действовать.

— Да, — согласилась Марианна. — Мы должны переправить этих людей туда, где они будут в безопасности. Придется рискнуть.

Катя выдвинула ящик своего стола, и Кристофер подошел к ней, чтобы посмотреть. Она медленно вытащила тонкую квадратную коробочку. В ней лежала самая обычная кассета. Сделанная из жесткой пластмассы, внутри которой содержалась чувствительная магнитная среда, такая кассета подходила к любому компьютеру в мире.

— Хорошо, что данные их жизней такие короткие, — тихо сказала Катя. — Для записи данных на шестьдесят пять обычных человек потребовалось бы как минимум две кассеты.

Кристофер и Марианна грустно улыбнулись. На кассете были записаны все файлы данных на шестьдесят пять живых людей. Туда были занесены уплаченные налоги, банковские счета, данные, занесенные в бланки переписи населения, дни их рождений, свадеб, переездов, их покупки и продажи, их почта, любимая музыка, их телефонные звонки — вся сумма записанных данных всей их жизни.

Кристофер понимал, что сами люди могли жить где угодно в Соединенных Штатах. Они могли быть в Саусолито, Луисвилле, Арканзасе или Бостоне. Но если они хотели оставаться свободными людьми, если они не хотели провести остаток жизни в горных лагерях Центра контроля болезней, находящихся в Вайоминге и Колорадо, то их кассеты должны были быть интегрированы в национальную компьютерную сеть. Это нужно было сделать быстро, и сделать это должен был специалист.

— Ну что ж, теперь, когда они у нас, надо действовать.

Марианна уже собиралась согласиться с Кристофером, как на ее столе загорелся огонек срочного вызова.

— Сестра Кайзер, срочно явитесь к входному вестибюлю. Там большие проблемы.

Марианна сунула кассету Кате.

— Оставайтесь здесь, — сказала она. Естественно, ни Катя, ни Кристофер этому совету не последовали.

Глава пятнадцатая

Входной вестибюль подрагивал от необычно оживленной и тем не менее какой-то солидной беготни хорошо обученных мужчин и женщин, исполняющих свои обязанности в условиях чрезвычайной ситуации. В силу того, что она была старшей по званию и быстро прибыла на место, Марианна должна была возглавить процесс эвакуации, но он и так протекал достаточно организованно, и она предпочла не вмешиваться.

Она подошла к регистрационному офису, осторожно и неторопливо минуя акустические занавески из стоячих звуковых волн и воздушные экраны. Прожекторами и скрытыми в стенах щелями были установлены невидимые барьеры; их присутствие практически не ощущалось. Человек чувствовал легкий ветерок и покалывание, но мог пройти без помех. Ни один переносимый по воздуху вирус или микроб прорваться через эти барьеры не мог.

Поднятый по тревоге спецперсонал вежливо успокаивал взволнованных людей, в момент тревоги оказавшихся в вестибюле. Марианна едва взглянула на них; эти люди знали, что делать при возникновении паники. Два санитара возились с сердитым молодым человеком, который огрызался и никак не хотел выполнять их указания. Марианна хотела было помочь санитарам, но увидела, что те и сами справляются.