Ричард Кнаак - Страна-за-Пеленой

— Я знала, что враады пришли. Тебе не удалось этого скрыть. Ничего, мы разберемся с ними, когда вернемся домой.

«Когда», а не «если»… Правда, Ксири явно имела в виду только себя.

— А ты не так уж ужасен… для древнего и непримиримого врага, — заявила она. — Ты бы мог сойти за эльфа, если б не этот ужасный рост и странности в лице.

— И ты не такая, как бы это сказать, ушедшая в себя, как говорят о твоей расе.

— Многие поклоняются себе как чуду. Но большинство научилось отвлекаться. Мы чуть не начали воевать друг с другом.

— А что случилось и почему этого не произошло?

— Наши старейшины напомнили нам о враадах и сказали, что мы им уподобились.

Ксири шла впереди, и выражения ее лица видно не было, но она явно улыбалась.

Пока они шли, все было тихо. Дру и Ксири не верили, что их оставили одних. Всю дорогу им обоим мерещилось, как с ними делают то же, что с искателями… что?

— Стой. — Ксири замерла.

— Что такое? — Он вглядывался вперед, но там ничего не было.

— Я вроде бы кого-то видела. Эльфа или враада. Но когда я моргнула, там уже никого не было.

И Темный Конь говорил что-то похожее. И тоже в этом месте.

— Не квель и не искатель?

— Нет. Я узнала бы искателя. Он был как мы, только… неполный. Не целый. Просто не знаю, как объяснить. — Она пожала плечами.

Дру пошел осторожнее, ожидая какой-нибудь пакости. Ксири шла как раньше — видимо, не верила, что крадущаяся походка что-то даст.

Вот и то место.

— Я ничего не вижу.

— А раньше видела?

— Нет. Но что-то должно быть…

— Если бы это было видимым, искатели давно нашли бы его.

— А стражи бы их пустили? — парировала она. Хороший вопрос. Дру думал, что стражи отреагировали не на них, а на их количество. Они ведь дали пройти Дру и Коню. Видно, не считали, что двое — это угроза. Их связывали правила — может, там что-то говорится о двоих или троих.

— Пока нас никто не остановил. Можно идти. — Ксири сказала это просто и естественно, но Дру только теперь понял, что медленно-медленно идет назад. Страх оказался слишком силен.

— Да. — Маг пересилил себя и направился к дыре. Ничего — только руины вокруг. Может, он спутал место? Вот дурака-то он сваляет перед Ксири…

— Вот! — взвизгнула эльфийка.

Вот он — разрыв в пространстве чуть ниже уровня глаз. И там видно…

«Я говорил — они вернутся! Их надо убрать!» — Рык, раздавшийся у них в мозгу, заставил упасть на колени.

«Нет!» — Четвертый, машинально подумал Дру.

«У них был шанс! Они обманули наши ожидания! — гремел голос. — Они…»

И наступила тишина.

— Что стряслось? — Ксири дрожала как осиновый лист. — Куда они подевались?

— Что-то… что-то их спугнуло.

Новый звук — на этот раз реальный, дошедший через уши.

Перед ними был некто, одетый в простую одежду. Он спотыкался, брел неуверенно, словно не понимал, куда идет. Неудивительно — глаз у него не было. Ушей, носа, рта — тоже.

Баракасов голем!

Откуда? Что же должно было случиться на другом континенте?

Еще голем… еще…

Они выбегали из руин со всех сторон. К врааду, к эльфийке и к дыре между мирами.

Глава 15

Когтистая лапа провела по разодранному лицу, оставляя новые кровавые следы.

Рендел не застонал. Он перестал стонать после первого дня. Хотя боль меньше не стала.

В его измученном мозгу плясали картины. Люди в темных доспехах из чешуи дракона. Смерть наблюдателя, собиравшего информацию. Открытие, что те были такие же, как Рендел.

— Так… для чего… я вам нужен? — Им, похоже, все известно. Зачем обращаться к пленнику? Или они не знают, ко всему прочему, что он предал своих родичей, стремясь, по обычаю враадов, возвыситься над остальными? Рендел дрожал — отчасти от Страха перед пыткой, отчасти потому, что враги оставили его без одежды, а было холодно.

Главарь птиц убрал лапу и отошел назад. Две самки поднесли пленнику воды и какого-то мяса.

Рендел успел разглядеть кое-что. Тезерени уже знал, как устроено селение птиц: естественные пещеры в горе, которую он назвал Киван Грат. Это было главное гнездовье. Его обитатели вели войну с какими-то двуногими броненосцами, если Рендел правильно разглядел мысленные картинки. Основная территория континента пока принадлежала птицам, но их враги имели обыкновение совершать самоубийственные атаки из-под земли, и при этом пещеры с гнездами зачастую просто обрушивались. Подземные недруги птиц воевали не с воинами: они надеялись извести молодняк врагов. Те, кто не умел летать, гибли почти все. Гнездовье можно отстроить, а вот потомство…

Рендела не очень интересовали военные достижения взявших его в плен птиц. Что его интересовало — так это собственная судьба. И еще сила, скрывающаяся в этих пещерах. Сила более древняя, чем если б ее принесли сюда крылатые обитатели. Но птицы чувствовали ее тоже — и, как уже узнал Рендел, надеялись подчинить ее себе и разыскать ее таинственных создателей где-то внутри горы.

Предводителю птиц явно не сиделось на месте. Он уже дважды выказывал Ренделу свое нетерпение, и весьма неприятным способом.

— Чего вам от меня нужно?

Одна из птиц, старая и облезлая, наклонила набок голову перед вождем и что-то проквакала. Тот рявкнул в ответ. Птицы повскакивали, стали на колени, расправив крылья и свесив набок головы. Клятва или, может, просто знак подчинения. В такой позе они не могли видеть вождя — этакое символическое доверие. Вождь что-то задумал. И Рендел наверняка должен сыграть в его плане важную роль.

Хорошо бы еще узнать об этом заранее. Сейчас Рендел просто жаждал общения. Может, в этом плане — его будущее освобождение.

Образы его клана. И некто впереди, во главе, — не иначе Баракас. И он сам — почему-то среди них. Да, если они повстречались с отцом… Он великий маг и наверняка раздавил своими заклинаниями уже немало птичьего народа. Тогда все понятно.

Новая картина появилась перед ним с такой внезапностью и четкостью, что Рендел едва не лишился чувств. Тезерени, разорванные на кусочки. И знамя с драконом — воткнутое в горло Баракаса.

— Нарисовано со вкусом, — выдавил Рендел, — теперь попробуйте сделайте…

Еще картинка. Свободный враад рядом с гнездом. С ним делятся знаниями. Вот у него собственный замок. Замок, кстати, скорее всего, уже существовал — построенный той же древней расой, что внесла сюда силу. Он пустует, ждет хозяина.

Короче говоря, это было приглашение вторично предать свой клан и завести Тезерени в какую-нибудь смертельную ловушку. А в обмен Рендел получит то, о чем мечтал, — собственное королевство и все секреты птичьего народа.

Рендел не обольщался мыслью, будто доживет до обещанной награды. Они, пожалуй, потерпят его до победы и даже позволят покопаться вместе с ними в тайнах древней расы, но личных владений ему не видать.