Иар Эльтеррус - Пробуждение

— Может и так, — вздохнул ло'Верди. — Хорошо, что мы теперь знаем хоть что-то. Но это нам не поможет справиться с происходящим. Вы что-то говорили о способности Дайра обуздать стаи диких?

— Говорил, — наклонил голову ло'Пайни. — Но обуздать их — это самое малое. Надо устранить причину. Дайр сам предложил способ. Он переподчинит себе какую-нибудь стаю, для него это труда не составит, та вернется к порталу, из которого вышла, но вместе с ней отправится совместный боевой отряд людей и высших зорхайнов. Возможно, удастся поймать или уничтожить тех, кто отправляет диких к нам. Патриарху творящееся сейчас совсем не по вкусу. Сформировать отряд нужно в течение декады. Я дам лучших магов, остальных подберите вы. Очень жаль, что вы в ссоре с невидимками, это лучшие бойцы королевства, их участие не помешало бы.

— Мне тоже жаль, — понурился герцог. — Я не раз пытался помириться, но они так и не простили нам того эпизода. Знаете, иногда излишняя инициативность подчиненных приносит такие неприятности, что не дай Трое…

— Знаю, — покивал ректор. — У меня тоже такое бывает. Ретивые молодые маги — та еще проблема, я вам скажу. Если их не занять чем-то, что покажется им интересным, то такого наворотят…

— Но отряд я подберу из бойцов ненамного хуже невидимок. Правда, на однохвостых карайнах, двухвостые, к сожалению, только у нескольких невидимок есть. Да еще у принца. Но это одно предложение. А второе?

— Недавно на меня вышла группа заговорщиков, о которых ни вы, ни я не имели не малейшего понятия. Причем у этих вполне себе реальная программа действий, в отличие от остальных. Ментальное плетение на них наложено куда более заковыристое. Похоже, кукловодам надоело мое противодействие и они пытаются превратить врага в союзника.

— Как интересно! — подался вперед герцог. — Хотите сыграть с ними?

— Хочу! — в глазах ректора горел злой азарт. — Очень хочу хоть одну тварь взять за глотку! Давно я никого так не ненавидел…

— Слишком опасно… — укоризненно посмотрел на него ло'Верди. — Вы же не мальчишка, чтобы бросаться очертя голову в любую авантюру. А если они вас убьют, что будет? Тогда стране точно конец.

— Я подготовил себе неплохую смену, — по-змеиному усмехнулся ло'Пайни. — Дейр ло'Райлинди — запомните это имя! — вполне готов заменить меня, да и маг он ненамного хуже, опыта просто пока маловато, зато силы — больше. Он в курсе всего, полностью верен и очень умен. Поэтому я рискну.

— Что ж, ваше право, — вздохнул герцог. — Очень надеюсь, что у вас получится. Засим удаляюсь, займусь набором отряда. И еще кое-какими делами.

— Погодите минуту, — встал ректор. — Очень советую вам без промедления откровенно поговорить с королем. Вы оба преследуете во многом одинаковые цели. Но он вам не доверяет, похоже, знает, что вы зорхайн. Вот и скажите ему об этом сами. Если скоординировать усилия, то мы сможем добиться большего. Сейчас не доверять друг другу — слишком большая роскошь. Поодиночке нас передавят.

— Что ж, попробую… — поморщился глава второго аррала, которого перспектива подобного разговора отнюдь не вдохновляла.

Затем он встал, коротко поклонился и вышел, оставив ректора в одиночестве. Тот долго еще сидел и размышлял, его можно было даже принять за мертвого, настолько неподвижен он был. Только по прошествии трех часов ло'Пайни встал и тоже покинул кабинет — ему предстояло очень важное и опасное дело, о котором он герцогу ничего не сказал. Не надо тому о таком знать, а то на пороге бы лег, чтобы не пустить. А зря. Дело нужно делать, и неважна цена, которую придется заплатить за достигнутый результат. Даже если этой ценой станет жизнь.

Мертвый Герцог решил не терять времени и сразу после того, как покинул Антрайн, направился во дворец — с королем действительно нужно было поговорить по душам, их глупое противостояние вредит общему делу. Его величество оказался настолько изумлен просьбой главы второго аррала о срочной аудиенции, что без промедления дал ее. Он встретил ло'Верди в своем кабинете, сидя в любимом старом кресле и нервно крутя в руках опустевший бокал. По мгновенному проблеску страха в глазах Дарлена тот сразу понял — знает. Действительно знает. Что ж, придется приоткрыть карты, сейчас иного выбора нет.

— Выставьте их, ваше величество, — Фарн кивнул на стену напротив, где, как он знал, в потайных нишах прятались арбалетчики охраны. — Речь пойдет о таких вещах, которых не должны слышать ни одни чужие уши. Даже самый верный человек способен предать.

— Да?.. — в глазах короля мелькнуло недоверие. — Я так не считаю.

— Да, — подтвердил герцог. — И сейчас я вам объясню как и почему. Насколько я вижу по вашему поведению, вы знаете, кто я. Меня это ни в малейшей степени не смущает — цели у нас с вами на данный момент общие. Страну хоть как-то сохранить. Скажу прямо — до сих пор я считал вас ничтожеством, но ваши последние действия убедили меня в том, что я ошибался. Вы просто не любите свою работу.

— Ох, если бы вы только знали насколько не люблю… — тяжело вздохнул Дарлен. — Значит, вы решили не скрывать?..

— А зачем, если вы и так знаете? — усмехнулся Фарн. — Думаю, вы неглупый человек и должны понимать, что я Игмалиону не враг.

— Немало думал об этом. И никак не могу понять ваших мотивов. Ведь если вы… э-э-э…

— Отправьте прочь охрану. Им об этом знать уж точно не положено.

— Хорошо, — сдался король и сделал какой-то странный жест рукой.

Из замаскированных ниш вышли четыре человека с арбалетами, поклонились и скрылись за дверью. Герцог отметил, что все они имеют амулеты ментальной защиты и мысленно поставил ректору отметку «отлично». Озаботился, старый хитрец. Да и неудивительно — после последнего покушения-то.

— Сейчас я окончательно уверился в том, что вы знаете — я высший зорхайн, — жестко сказал герцог, внимательно наблюдая за королем.

Тот сильно побледнел, однако заставил себя ответить:

— Я действительно это знаю.

— Но вы не знаете другого, — устало усмехнулся Фарн. — Я не враг людям. У нас с вами сейчас одна цель — остановить то, что творится.

— Но зачем это вам? — откинулся на спинку кресла явно удивленный Дарлен. — Что вам, зорхайнам, до нас, людей?

— Как бы это объяснить… Понимаете, высшие зорхайны сохраняют человеческую личность и память этой личности практически в полном объеме. Вместе со всеми моральными принципами и привязанностями. Именно поэтому многие, осознав себя и вспомнив все, что творили в диком состоянии, от ужаса кончают с собой. Да-да, не удивляйтесь, это правда, именно потому нас так мало — единицы выдерживают момент осознания. Принять иную сущность для человека слишком трудно. Да и те, кто принял…