Феликс Крес - Страж неприступных гор

Раладан молчал и думал.

Посланники многое знали, но немногое могли. «Подарки» вроде Шара Ферена, посылка охотников за головами вроде Броррока — все это, возможно, было куда опаснее, чем встреча с ними лицом к лицу. Ридарета с ее способностями вполне могла рискнуть. Или ей все же следовало постоянно убегать и скрываться? Как долго?

— Тебе заплатили вперед, капитан?

— Дали только задаток. — Старик огорченно почесал нос. — И потому я говорю, что у меня есть дело. Заплати остальное, добавь еще немного… То есть ты или Тюлениха, все равно.

— Не нравится мне эта история.

— Ладно, Слепой. Но я тоже кое-что кое-кому обещал. Могу вилять вокруг да около, поскольку с дураков станется, но полностью слова не нарушу. Пират, Слепой, это не какой-то там торговец, пират должен быть, знаешь ли, честен — иначе никто ему ни за что не заплатит. Скажи «нет», и я сам отправлюсь на поиски твоей цыпочки — и, чтоб мне сдохнуть, что будет, то будет. Я старый человек.

— Видишь ли, капитан, — задумчиво ответил Раладан, — мы ведь с тобой уже немного знакомы. И потому мне отчего-то кажется, что ты хочешь сдержать слово без всякого обмана.

— Вот и разговаривай с таким! Рыжий, скажи ты хоть ему… Я же Рыжего внизу оставил, — одумался Броррок. — Мы сговорились с Китаром, поскольку твоя дочурка слишком много опасного зверья на своем корабле возит, и лучше ее искать вдвоем. Не то чтобы я хотел ей что-то дурное сделать, но кто ее знает, что ей в голову придет. А Китар в гроб ложиться не собирается и не пойдет на такое, за что ты его до конца дней будешь ненавидеть. Ибо ты, Слепой, ваше высочество князь, слишком многое можешь. Скажи, Китар: что я тебе говорил?

— То же, что и сейчас, — ответил армектанец. — Я, Раладан, ничего не имею против Прекрасной Риди, а даже если и имею, то уж точно не меч… Она красивая. Золота я уже немного заработал, — он кивнул в сторону Броррока, — а теперь охотно отвез бы Прекрасную куда-нибудь. Вряд ли это будет скучный рейс. Не сердишься, братец, что я так говорю?

Раладан, может быть, и рассердился бы, но все, что говорил и думал о Риди известный своей слабостью к женщинам капитан, увы, было чистой правдой.

Рейс вряд ли был бы скучным.

— Не знаю, верить ли вам. Но к счастью, я не знаю и того, где сейчас или где будет Ридарета, так что решать мне ничего не придется. Она ушла на своем корабле. У нее есть право захода на Малую. В Ахелию — уже нет. Все.

— Как это? На Малую, но не в Ахелию?

— Порасспросите в кабаках, в чем дело, — отрезал Раладан, вставая в знак того, что разговор окончен. — Вы тут до завтра?

— По крайней мере.

— Я пришлю вам деньги. Сколько?

— Погоди… но… — Броррок, правда, сам говорил, что у него нет времени, однако очень не любил, когда что-то делалось как попало. — То есть мы договорились?

— Посланники дали задаток, я должен заплатить остальное и добавить еще немного. Ну так я плачу и добавляю. Сколько?

— Золото ты уже давно не считаешь, — с завистью, но и с уважением сказал дед всех пиратов.

— Не считаю. Ну так сколько?

Броррок выпалил сумму. Раладан кивнул. Броррок остолбенел и обиделся.

— Мы договорились, — сказал Раладан. — Теперь договаривайтесь с Ридаретой, но о деньгах она больше не должна услышать от вас ни слова. Китар, тебе говорю, поскольку ты, капитан, всегда был немного хитроват. По рукам?

Старик снова обиделся. Китар кивнул:

— По рукам.

— Ну тогда убирайтесь.

— Дал бы ты мне, братец, в подарок одну такую. — Китар показал подбородком на невольницу.

— Купи себе, лучше всего в Дартане. Цены упали, поскольку дело идет к войне. Оружие дорогое, невольницы и дома все дешевле.

— Вот как, говоришь? А может, и куплю. Собственно, хорошая мысль… Я еще никогда ничего не покупал.

Два грозных корабля, блестевшие бронзой орудий, предвещали измученной Малой Агаре самое худшее. Большая толпа ребятишек, на всякий случай расплакавшись, бросилась бежать в глубь острова. С высоты носовых надстроек два капитана с любопытством разглядывали черное пепелище, видневшееся сразу за пристанью. Целым остался только один дом.

Воняло гарью и трупами. Китар посмотрел на головешки вблизи, причмокнул, поднял с земли зеленый платок, к которому была привязана какая-то тряпка, но ничего интересного не нашел.

В уцелевшем доме капитан «Колыбели» обнаружил полубезумного человечка с трясущимися руками, которого уже ничего не волновало — разве что собственная жизнь и жизнь близких; терять ему было больше нечего. Он наверняка знал, что к пристани подошли корабли, но даже не вышел на порог. Китар спрашивал, человечек отвечал — слегка бессвязно, тихо, но понятно.

— Весь остров? Все селения? Жители?

— Оставила только детишек, несколько старых бабок им для опеки. Почти сотня голодной малышни. Младенцы начинают… подыхать. Это ведь даже не смерть.

— Никто больше не спасся?

— Десятка полтора рыбаков сбежали, кто-то наверняка до сих пор еще прячется. Один повесился, я вчера его нашел. Может, все повесились.

— Что вы ей такого сделали?

— Княжне? Мы — ничего, господин. Но она велела сказать… только…

— Что она велела сказать?

Хозяин дома пожал плечами. Из угла донеслись рыдания его жены.

— Я спрашиваю — что она велела сказать? И кому?

— Его высочеству князю.

— Князю Раладану?

Управляющий острова кивнул поседевшей головой.

— Да, князю. Что Прекрасная Ридарета благодарит его за все. Я… не знаю, за что. Ничего больше не знаю. Эти люди… всю жизнь ловили рыбу.

— Куда они ушли?

— Думаешь, я спрашивал, господин? Даже… даже весельной лодки мне не оставила, чтобы я мог послать на Большую… — совершенно невпопад добавил он. — А впрочем… Не знаю, кто бы на ней поплыл? Разве что моя жена и я.

— Ты ничего не слышал? Она ничего не говорила своим офицерам?

Человечек вздохнул и покачал головой.

Китар вышел и вернулся на пристань. Сперва он поднялся на борт «Кашалота». Броррок, уставший от недавней беготни по Ахелии, на этот раз не спешил сойти на берег.

— Ну? Что там?

Армектанец рассказал о том, что видел и слышал. Броррок задумался.

— Говоришь, весь остров спалила? Недурно, хе-хе… — захохотал он и закашлялся.

Китар ждал. Старик кашлял и хрипел, таращил глаза, плевался и никак не мог перевести дух.

— Когда-нибудь… сдохну я от этого, чтоб меня… — наконец пробормотал он и снова тихонько кашлянул. — Ну… кхе… пусть меня закоптят. Ну… хотел бы я видеть Слепого, когда ему об этом расскажут. Иди, ищи, говори со всеми! — потребовал он. — Дам тебе Рыжего и парочку умных парней, чтобы один не бегал. Я бы тоже пошел, но сам видишь — стоит мне посмотреть на все это вблизи, и меня уже не спасут… Не такая уж она и дурочка, девица сообразительная и задиристая. Вот только неряха, каких мало, да еще и шлюха. Иди, сынок, спрашивай! В Ахелии же нашелся дурачок, который подслушал болтовню матросов, будто капитанша обязательно заглянет на Малую. Ну и тут найдется кто-нибудь ушастый. Чтоб мне брюхо вспороли, если не так.