Джули Кагава - Железный предатель

Когда мы снова вышли из Междумирья, аллея была пустынна, а улицы тихи. Я проверил часы, которые застыли на отметке 00:12, и подождал, пока они, мигнув, не показали 3:48. Лучше, чем я надеялся. С этой чудной разницей во времени между Страной Фейри и миром людей  нам повезло, что это сумасшедшее приключение произошло за одну ночь.

— Куда теперь? — спросил Кейран, глядя на меня. Я потер уставшие глаза и постарался напрячь мозги.

— Домой, — сказал я. — Обратно в мой город. Гуро — вот кто нам поможет.

— Человек, которого мы встречали раньше, — произнес Кейран. — Твой учитель. Ты уверен, что он поможет?

— Он говорил, что попытается. И он единственный, кто пришел мне в голову.

Железный Принц настороженно кивнул.

— Я испробую все. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Итан. Ладно…— Он взглянул на то место, откуда мы появились прямо из воздуха, затем снова поднял руку. — Пошли.

Я моргнул.

— Через Междумирье?

— Конечно, — в замешательстве оглянулся Кейран. — А ты как думал туда попасть?

— Эм, на моей машине?

— Через Междумирье будет гораздо быстрее, — объяснил Кейран. — Как  Страна Фейри и тропы, оно не подчиняется обычным законам пространства. Можно попасть из одного конца страны в другой за несколько минут, если знать, куда идти, и найти место, где Завеса наиболее прозрачна. — Через его лицо пробежала тень тихого ужаса. — Ты же не… подвез Анвил, да? На машине?

— А ты как думал, мы туда добрались?

Кейран содрогнулся, затем снова провел рукой по воздуху и раздвинул реальность как шторы. Я тоже вздрогнул. Называйте это как хотите, но это было жутко.

— Ладно, — пробормотал я, готовя себя к еще одной порции мрачного Междумирья. И вихрящейся пустоты. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Стойте, — сказала Кензи.

Мы все повернулись к ней.

— Прежде, чем мы куда-то пойдем, — начала она, выжидающе смотря на нас с Кейраном, — я должна вернуться к папе. Я хочу рассказать ему, где буду в этот раз. Не то чтобы он беспокоится, но я не хочу волновать Алекс или мачеху. — Она указала на здания вокруг нас. — Я не могу просто исчезнуть в странном городе, не сказав им, где я. Даже отец переполошится. — Она откинула волосы, внезапно занервничав. — Так что мы можем быстренько заглянуть в мой отель прежде, чем идти? Это недолго, обещаю.

Я прикусил язык. Я видел по напряженным плечам Кензи, по упрямо вздернутому подбородку, что она ждет, что я начну спорить и уговаривать ее остаться. Она собирала аргументы для спора, а я… а я совершенно не хотел с ней больше ссориться. Я все еще хотел, чтобы она была в безопасности, но ее последнее обвинение поменяло мои взгляды. Кензи получила Видение, прекрасно понимая, что это значит. Она не боялась, хотя и знала обо всех опасностях так же, как и я. А я оставил ее за бортом, стараясь защитить. Как будто не слышал все то, что она говорила мне, что хочет жить, что люди по-другому к ней относятся, что у нее нет времени отсиживаться в безопасности. Она говорила мне все это и раньше. Я просто не слушал.

Боже, я был таким дебилом.

Я посмотрел на Кейрана, кивнул, и он вздохнул.

— Хорошо, — согласился он, и Кензи расслабилась. — Еще одна остановка, но потом мы действительно должны идти. Итан, что насчет твоей семьи? Ты скажешь им, что происходит?

Я покачал головой.

— Они уже знают. Точнее, они знают, что я тут и не вернусь в ближайшие пару дней. — Я просто надеялся, что мы быстро со всем этим разберемся, что Гуро сможет помочь и что нам не нужно будет пересекать Завесу в Страну Фейри. Я больше не мог скрывать от родителей эту сторону своей жизни. И раз уж я снова должен был исчезнуть в Небывалом, я определенно не предвкушал этот разговор.

Ничего удивительного — Кензи остановилась в одном из лучших отелей на Бурбон-Стрит, шикарном старом здании, который был настолько далек от моего ценового диапазона, что я чувствовал себя оборванцем, просто проходя через передние двери. Когда я прошел за Кензи в вестибюль, администратор за столом проводил меня подозрительным взглядом, не видя двух фейри за нами. Кейран сделался невидимым, а Анвил сейчас была больше духом, нежели кем-то материальным, так что никто даже не взглянул на них.  Или на Разора, который нервно лепетал на плече Кейрана, сверкая бело-голубыми зубами в тускло освещенном помещении. Однако, меня — подростка-отморозка, который ввалился в приличный отель в середине ночи — они определенно заметили. Кензи лучезарно улыбнулась администратору и в ответ удостоилась кивка, меня же продолжали прожигать взглядом на протяжении всего пути через холл.

Около лифтов я бросил взгляд на Кензи, понимая, что если мне придется объяснять все ее отцу, все мое спокойствие улетучится.

— Нам подождать тут? — спросил я, на что она нахмурилась. Я быстро продолжил, пытаясь объяснить, что в этот раз я ее не кидаю. — Это не лучшая идея, появляться в четыре утра с… со мной, и объяснять, что я отвожу тебя домой. — Я хотел сказать «со своим парнем», но не был уверен, что я все еще ее парень. — Если вам надо поговорить наедине, мы можем подождать снаружи.

— Нет, — тихо произнесла Кензи, стоя лицом к лифтам. — Я хочу, чтобы вы были там. Отец должен понять, почему я это делаю, даже если я не могу рассказать ему всей правды. — Она бросила на меня взгляд, и, возможно, разглядела  в моем лице настороженность, потому что добавила, — Но тебе необязательно идти, Итан. Я пойму, если ты захочешь остаться здесь. Ничего страшного. Я могу сама с ним поговорить.

Прямо сейчас я не желал ничего больше, чем подождать в вестибюле. Я уже видел, как отец Кензи прожигает меня взглядом, когда его дочь сообщает ему, что уезжает с парнем, который недавно на неделю увез ее в Нью-Йорк. Если он не посадит Кензи под пожизненный домашний арест, он точно обвинит меня, может в этот раз даже сдаст полиции  и отправит в колонию для несовершеннолетних. Даже если не так, то я все равно не могу представить, что после всего этого он будет от меня в восторге. А отец Кензи был как  раз тем, кого я точно не хотел выводить из себя.

Но в голосе Кензи я услышал скрытый страх и понял, что она так же нервничала, хоть и не показывала этого. И сейчас, когда она была здесь, я не собирался позволять ей делать что-либо в одиночку. Даже если это значило, что придется встретиться с ее отцом, я это приму и разделю с ней ответственность. В конце концов, это моя вина, что она пришла.

— Нет, я иду с тобой, — мягко сказал я ей. — Но ты же понимаешь, что твой отец после этого меня возненавидит, да?

— Он переживет, — сказала Кензи, хотя ее голос стал мягким и с горечью, и она смотрела на двери лифта так, как будто силой воли могла заставить их открыться. — Не волнуйся. Если он будет кого-то обвинять, это буду я. Он обвинял меня во всем остальном. Почему этот раз должен стать исключением?