У Чэн-энь - Путешествие на Запад. Том 2

Духи тотчас же поднялись в воздух и рассеялись в разные стороны. А Сунь У-кун встряхнулся и превратился в праведника даоса. И вы только послушайте, как он был одет:

Он надел кафтан монаха,Перештопанный кафтан,Скорбно, траурно причесан,Бил в овальный барабан.Древним поясом Люй ГунаЗатянул он гордо стан,Приклонившись у дороги,Духов ждал Царь обезьянИ дождался… Тотчас гневомБыл свирепо обуян.

Вскоре появились два духа, – это были слуги. Сунь У-кун выставил вперед свой посох, а духи, не заметив его, споткнулись и полетели на землю. Лишь поднявшись на ноги, они увидели Сунь У-куна.

– Какая неосторожность! – воскликнули духи. – Если бы наш повелитель не относился с почтением ко всякого рода паломникам, мы бы с тобой поговорили!

– О чем же это вы поговорили бы? – спросил Сунь У-кун. – Даосы должны встречать друг друга, как родные.

– А с какой стати ты здесь развалился, да еще заставляешь нас падать?

– Когда молодые послушники встречают такого почтенного даоса, как я, – сказал Сунь У-кун, – они должны пасть ниц перед ним и преподнести ему деньги.

– Когда мы приветствуем нашего начальника, – отвечали духи, – то и он ограничивается только двумя лянами. Почему же мы должны падать перед тобой ниц и преподносить деньги? Ты, конечно, не здешний, и у вас другие обычаи.

– Совершенно верно, я не здешний, – отвечал Сунь У-кун. – Я пришел с горы Пэнлайшань.

– Да ведь гора Пэнлайшань находится на морском острове и является обиталищем бессмертных.

– А я, что же, по-вашему, не бессмертный? – возмутился Сунь У-кун.

Эти слова показались духам забавными, и они, желая продлить веселый разговор, выступили вперед и воскликнули:

– О почтенный бессмертный! Не гневайся на нас за то, что мы глазами простых смертных не смогли распознать вас и оскорбили своими речами.

– Да я не сержусь, – отвечал им Сунь У-кун. – Недаром говорят: «Бессмертный не ходит по земле». Как же вы могли узнать меня? Я пришел к вам в горы для того, чтобы увести с собой одного человека, познавшего дао и достойного стать божеством. Кто из вас отправится со мной?

– Учитель! Я пойду, – сразу же отозвался дух Цзин Си-гуй.

– И я пойду! – подхватил Лин Ли-чун.

– А вы откуда? – спросил Сунь У-кун, продолжая притворяться, так как хорошо знал, кто они такие.

– Мы из пещеры Цветов лотоса, – отвечали те.

– А куда направляетесь?

– По приказу нашего повелителя мы идем захватить Сунь У-куна.

– Кого? – переспросил Великий Мудрец.

– Сунь У-куна, – повторили те.

– Не того ли Сунь У-куна, который сопровождает Танского монаха?

– Ты угадал! А ты и его знаешь?

– Как же, знаю, – отвечал им Сунь У-кун. – Эта обезьяна – существо весьма бесцеремонное. Я тоже зол на нее, поэтому пойду вместе с вами и помогу выловить ее.

– Зачем вам утруждать себя, – молвили духи. – Наши повелители владеют магическим средством и благодаря этому сумели переместить горы и придавили ими Сунь У-куна. Теперь он лишен свободы и даже шевелиться не может. Наши повелители дали нам два талисмана, в один из которых мы должны упрятать Сунь У-куна.

– Что же это за талисманы? – поинтересовался Сунь У-кун.

– У меня, – сказал Цзинь Си-гуй, – тыква-горлянка из червонного золота, а у него – кувшин из белоснежного нефрита.

– Каким же образом вы упрячете его туда? – продолжал расспрашивать Сунь У-кун.

– Эти талисманы надо перевернуть дном кверху и тут же позвать: «Сунь У-кун!» Если он откликнется, значит попался. После этого отверстие надо заклеить листом бумаги, где написано заклинание великого Лао-цзюня, и попавший в ловушку мгновенно превращается в гной.

Выслушав их, Сунь У-кун даже испугался.

«Это уж чересчур, – подумал он. – Однако дух-страж говорил о пяти талисманах, а здесь только два. Интересно, какие же это еще три талисмана»?

– Ну-ка, уважаемые, покажите ваши талисманы! – попросил Сунь У-кун.

Духи, ничего не подозревая, вытащили из рукавов талисманы и обеими руками почтительно преподнесли их Сунь У-куну.

«А ведь замечательные вещицы, – подумал Сунь У-кун, глядя на талисманы, которые держал в руках. – Стоит мне дернуть себя за хвост, и я умчусь отсюда. Тогда и драгоценности будут мои. Нет, так нехорошо! Это называется грабеж среди бела дня. Ведь от подобного поступка пострадает мое доброе имя».

– А моей драгоценности вы не видели? – спросил он духов, возвращая им талисманы.

– А что у вас за драгоценность, учитель? Может быть, простым смертным на нее смотреть опасно?

Тут наш чудесный Сунь У-кун выдернул у себя из хвоста волосок и произнес заклинание:

– Изменись!

В тот же миг волосок превратился в огромную тыкву-горлянку червонного золота, длиной в один чи и семь цуней. Вытащив ее из-за пояса и передавая духам, Сунь У-кун сказал:

– Вы не видели моей тыквы?

Лин Ли-чун взял тыкву в руки, посмотрел и сказал:

– Учитель! Твоя тыква и велика и красива, однако пользы от нее никакой.

– Почему ты так думаешь? – спросил Сунь У-кун.

– Вот если взять наши талисманы, – отвечали духи, – так в каждый из них можно поместить тысячу человек.

– Конечно, ваша тыква, в которую можно улавливать людей, – тоже редкостная вещь, – отвечал им Сунь У-кун. – Но в мою тыкву может уместиться все небо.

– Все небо? – изумились духи.

– Да, все небо.

– Что-то не верится, – усомнились духи. – Ну-ка, покажи нам, что может сделать твоя тыква-горлянка. Тогда мы тебе поверим.

– Когда небо рассердит меня, – отвечал Сунь У-кун, – я в течение месяца могу упрятать его в мою тыкву-горлянку раз семь, а то и восемь. Если же оно мне не досаждает, я за целые полгода ни разу не смогу этого сделать.

– Дорогой брат, – сказал тут Лин Ли-чун, – в этот волшебный талисман можно упрятать небо, сменяйся с ним.

– Да разве он согласится? – сказал Цзинь Си-гуй.

– Мы можем дать ему в придачу кувшин, – сказал Лин Ли-чун.

«Что ж, – подумал Сунь У-кун, – обменять тыкву на тыкву, да получить еще в придачу кувшин, – не так уж плохо».

– Ладно, – сказал Сунь У-кун, беря за руку Лин Личуна. – Если я упрячу сюда небо, будем меняться?

– Упрячешь – будем, – отвечал тот. – Будь я подлецом, если откажусь от своего слова.

– Идет, – согласился Сунь У-кун.

После этого наш Великий Мудрец наклонил голову и, произнеся заклинание, вызвал духов дневной и ночной охраны и духов – хранителей пяти стран света.

– Отправляйтесь немедленно к Нефритовому императору, – приказал он, – и доложите ему, что я встал на путь Истины и охраняю Танского монаха в его паломничестве в Индию за священными книгами. На пути нам попалась высокая гора, где моему учителю угрожает серьезная опасность. Местные духи обладают талисманом, который я хотел бы получить у них в обмен на мой. Пусть Нефритовый император разрешит мне запереть небо на один только час, и я выполню то, что задумал. Если же он вздумает отказать мне, я поднимусь во дворец Священного небосвода и устрою там разгром.